«Вся Европа против СССР», или как политику можно опрокидывать в прошлое вдвоем

Историк Норин о том, кто действительно воевал с Красной Армией под знаменами Гитлера

Один из самых популярных тезисов современных политиков и публицистов России состоит в том, что в 1940-е против нашей страны воевала вся Европа, и Гитлер создал практически «Евросоюз», который и вторгся в СССР. В самом заостренном виде этот тезис звучит как «Против СССР сознательно воевала вся Европа».

Причина такого взгляда лежит скорее не в исторических фактах, а в извивах текущей политики. Здесь мы не единственные (и если на то пошло, не первые) кто начал опрокидывать текущую политику в прошлое. Западным авторам случается и высокоморально оттопыривать пальчик по поводу того, что святое дело борьбы с нацизмом скомпрометировано участием в нем «сталинской тирании» (легко говорить «фи», когда тирания уже сделала для мира всю грязную работу), и что именно СССР вместе с нацистами, де, развязал мировую войну (и опять же, почему-то когда требовалось сражаться с Гитлером, все предпочитали держать такие соображения при себе). Все это суть гнусные риторические упражнения неблагодарных.

Однако не следует перегибать палку в противоположную сторону. Система вынужденных союзов, добровольной коллаборации и перипетий стратегии в середине ХХ века не была обязана соответствовать повестке дня сегодняшней эпохи. Так что давайте все же попробуем отделить агнцев от козлищ, а реальную политику 1940-х от современных фактоидов.

Гитлер-демократ?

Первый устойчивый миф касается, собственно, Германии. Существует регулярно транслируемый тезис, согласно которому Гитлер пришел к власти демократическим путем. В реальности партия НСДАП была одной из самых многочисленных и мощных в немецкой политике, однако она никогда не имела большинства. Ее лидерство оспаривали, часто успешно, левые партии — социал-демократы и коммунисты.

Гитлер получил пост канцлера благодаря сговору правых политиков и прямой поддержке престарелого фельдмаршала Гинденбурга. Однако он не выигрывал выборы, и чтобы окончательно взять власть в свои руки, ему пришлось разгромить внутринемецкое сопротивление, физически перебить или посадить в лагеря активистов противящихся ему партий. Собственно, первые узники «Дахау» — это именно немцы. Вскоре нацисты получили возможность отформатировать общество под себя и так или иначе склонить к сотрудничеству пассивное большинство. Однако на выборах, с помощью демократических процедур, их пиком стало создание крупнейшего меньшинства в рейхстаге.

Точно так же союзные Германии режимы были в основном авторитарными. Муссолини в Италии, Хорти в Венгрии, Антонеску в Румынии пришли к власти так или иначе бесчестным путем. Чуть ли не единственной страной, которая действительно голосовала за правительство, толкнувшее свой народ в объятия Гитлера, была Финляндия.

Официальные союзники

Говоря о «войне против всей Европы», стоит все же определиться, о каких конкретно странах идет речь, и в какой форме они участвовали в гитлеровской агрессии. Проще всего с официальными союзниками третьего рейха. Таковых насчитывалось, на самом деле, не так уж много. Это Румыния, Венгрия, Болгария (не участвовала напрямую в боевых действиях), Италия, Финляндия. Можно вписать в этот скорбный список также Австрию, поскольку эта страна участвовала в войне как часть Германии и не показывала каких-то серьезных отклонений от общенемецкого уровня сочувствия рейху. Также в милых затеях Гитлера и Муссолини участвовали марионеточные правительства Словакии, Хорватии и Албании.

Всех остальных нацистам пришлось так или иначе оккупировать. Во фронтовых частях доля союзников Германии на Восточном фронте была значительной, но даже на самом пике кое-как дотягивала примерно до 20% общих сил вторжения. При этом как раз попытки массово задействовать на фронте европейских союзников Германии регулярно приводили рейх к серии тяжелейших поражений, кульминацией которых стал разгром группы армий «Б» в серии котлов, самым известным из которых стал Сталинград, зимой 1942/43 годов. Тогда кроме собственно немецких сил четыре союзных Германии контингента были наголову разгромлены (две румынские, итальянская и венгерская армии). Попутно «на сдачу» был уничтожен хорватский полк, после чего размах участия союзников в войне на Восточном фронте резко снизился.

Особняком стояла, опять же, Финляндия, которая участвовала в войне до лета 1944 года, после чего переметнулась и короткой операцией выбила части вермахта с собственной территории. Пока отметим: общий вклад союзников Германии в ее военные усилия на Восточном фронте никогда не превышал примерно пятой части людей. И кроме финнов эти соединения всегда имели меньшую боевую ценность, чем, собственно, немецкие части.

Арсенал диктатуры

В результате дипломатических усилий и военных кампаний к 1941 году Германия приобрела ресурсы значительной части континентальной Европы. Что это означало в реальности?

Если поупражняться с цифрами и привести, так сказать, вагоны зерна к подводным лодкам, то Германия перед Второй мировой войной располагала ВВП порядка 370 млрд у.е. (это в данном случае «международные доллары» с ценами на 1990 год; эту условную единицу используют для подсчетов экономических показателей прошлого и стран вне долларовой системы), Австрия — 24 млрд, Италия — 140-150 млрд. Чехословакию Германия получила без войны, она добавила еще 30 млрд у.е.

В ходе войны Германия оккупировала огромные территории. Экономически крупнейшей полоненной державой была Франция с 185 млрд у.е. довоенного ВВП. Польша шла на втором месте с 76 млрд, Нидерланды и Бельгия примерно по 40 млрд, а в 1941 году оккупированная территория СССР — это еще 134 млрд. Суммарно Германия приобрела через союзные договоры и грубую силу территорию с довоенным ВВП около 516 млрд у.е., не считая 134 млрд в оккупированной части СССР. То есть, ВВП рейха (включая Австрию) и Италии должен был бы практически удвоиться.

На практике, все было гораздо сложнее. Реальный ВВП Франции к 1942 году упал до 117 млрд у.е, причем включая территорию под контролем режима Виши, то есть, не все это еще и могло использоваться нацистами. Примерно на четверть упал ВВП Нидерландов и Бельгии; о Польше достоверные данные фактически не могут быть получены из-за передела границ и военного хаоса. Однако уже этого достаточно, чтобы уверенно сказать: рейх мог использовать лишь часть завоеванного. Об СССР говорить нечего: оккупированные территории были тотально разорены, все что успели вывезти с них вывезли, и возможности их экономической эксплуатации были мизерными по сравнению с довоенным уровнем.

Таким образом, говоря о «всей Европе», мы должны понимать, что даже если бы Германия идеально использовала оккупированные территории, ничего не круша и не нанося никакого ущерба хозяйству, основу экономики рейха все равно составляли собственно Германия и Италия. Между тем, установленная блокада, воздушные удары, а также местное сопротивление делали вклад всех прочих союзников рейха значительно меньшим, чем у основных двух стран Оси.

Посчитай фольксдойчей по головам

После Первой мировой войны территория Германии значительно сократилась, а Австро-Венгрия полностью распалась. Эльзас и Лотарингия ушли Франции, Познань и Западная Пруссия — Польше, Чехословакия и Венгрия получили независимость, крупные части Австро-Венгрии отлетели в пользу Югославии и Румынии. За пределами Германии образовалась многочисленная диаспора немцев. В рамках расовой политики Германии этих людей обозначали термином «фольксдойче» — этнические немцы, в противовес «рейхсдойче» — немцам в Германии.

После начала войны и оккупации Германией континентальной Европы фольксдойче стали массово использоваться в вооруженных силах рейха. Крупнейшей группой стали немцы Эльзаса и Лотарингии — более полутора миллионов человек. Примерно столько же жило на территории Польши и Данцига, 800 тысяч в Румынии, 700 тысяч в Югославии, 600 тысяч. в Венгрии и т.д. Нюанс в том, что на территориях, включенных в Германию, вели мобилизацию общим порядком, не добровольно. В Эльзас-Лотарингии были мобилизованы 130 тысяч человек. На оккупированных польских территориях, включенных в состав рейха, также вели принудительную мобилизацию, и по разным подсчетам, речь идет о сотнях тысяч людей. Оценки таких «поляко-германцев» сильно плавают, однако речь идет всегда о сотнях тысяч людей, мобилизованных в качестве немцев.

Нюанс в том, что попав в плен, такой человек немедленно вспоминал о своем происхождении. Отсюда и удивительное количество поляков, французов и чехословаков в советском плену после войны. Более 60 тысяч поляков, более 23 тысяч французов, 22 тысячи югославов и почти 70 тысяч чехословаков в плену у РККА — это в первую очередь результат мобилизации и набора добровольцев в ряды вермахта и СС среди фольксдойче. Однако эти люди постоянно использовались в пропаганде — тогдашней немецкой, которая рассказывала об общеевропейском походе в СССР, и современной — для обоснования тезиса о войне «всей Европы» с Советским Союзом.

Череп на рукаве

Частый довод в пользу массового «крестового похода» Европы на Советский Союз состоит в том, что нацисты массово использовали национальные «легионы» и дивизии СС. Что мы видим на практике?

Реальность состоит в том, что нацисты действительно использовали все возможности, чтобы сформировать лояльные военные соединения из жителей союзных и покоренных держав. Однако их успехи оказывались очень различны в разных странах и регионах. Коллаборационизм в СССР тема, разумеется, отдельного разговора, разве что стоит отметить действительно массовое участие в СС бывших граждан независимых Латвии и Эстонии, а также Галиции (но именно ее, за пределами запада Украины активных коллаборационистов было плюс-минус на общем уровне). А вот что касается участия в нацистских формированиях других европейцев, стоит приглядеться к ним поближе.

Северные европейцы чаще всего вступали в два конкретных соединения СС. Дивизия «Викинг» была сформирована в ноябре 1940 года, и аккумулировала «германские или родственные народы». Однако реальная численность дорогих родственников не превышала 10% личного состава дивизии. Финнов был батальон, позднее он был сменен эстонским батальоном. Подавляющее большинство членов дивизии было немцами и гражданами Германии.

Другим «северным» национальным соединением была дивизия СС «Нордланд». Она была сформирована во второй половине войны и также собирала эсэсовцев северных народов. Однако реальная численность этих людей не отвечала наименованию. Из 16 561 человека на момент прибытия на театр боевых действий (в Хорватии) датчанами были около 1400 человек, норвежцами — немногим более 500, шведы, бельгийцы и голландцы — по несколько десятков человек. Остальные были немцами из Германии и фольксдойчами. «Нордланд» в итоге был полностью уничтожен в битве за Берлин, его остатки были разгромлены, во время попытки прорыва остатков гарнизона из города.

Франция в 1941 году дала полк, воевавший на территории СССР, через который прошло около 6500 человек за все время войны. Кроме того, из французов после серии переформирований создали дивизию войск СС «Шарлемань» численностью в 7340 человек. Боевая история дивизии оказалась короткой: в конце февраля она прибыла на фронт, к середине марта была разгромлена РККА в Померании, из остатков сформировали батальон, который уничтожили в Берлине. Сдаться американцам сумел только стройбат. Занятно, что среди французов воевали таец и негр, также убитые в Берлине.

Из голландцев немцы сформировали полк, который воевал под Ленинградом. Немецкие голландцы поучаствовали в гибели 2-й Ударной армии генерала Власова, но в целом воевали без особого блеска, и в 1943 году были выведены с фронта. На их базе сформировали дивизию «Нидерланды», которая воевала в Прибалтике. Для этого пришлось изъять голландцев из «Викинга». В 1945 году немцы вывезли дивизию из Прибалтики на кораблях; однако эта «мощная» сила составляла лишь около 5 тысяч человек. Весной 1945-го РККА добила голландских эсэсовцев в котле южнее Берлина.

Примерно в том же духе проходило формирование пронацистских частей по всей Европе. Активисты фашистских и просто ультраправых партий, авантюристы и просто романтичные придурки. В среднем нацистам удавалось наскрести материала максимум на одно формирование дивизионного класса, причем статус дивизии присваивался сплошь и рядом для солидности: так, бельгийские «Лангемарк» и «Валлония» даже при формировании оставались по сути усиленными бригадами по несколько тысяч штыков в каждой.

Некоторые случаи оказывались довольно неинтуитивными. Так, формально не участвовавшая в войне Испания направила на Восточный фронт знаменитую «Голубую дивизию», через которую за счет ротаций прошло 40-50 тысяч человек, из которых порядка 5,5-6 тысяч были убиты или попали в плен, а более 18 тысяч — ранены. Любопытную девиацию выдала Дания — около полутора тысяч датчан служили в формированиях рейха в качестве немецкого меньшинства (жители региона Шлезвиг), но около 4500 были именно датчанами. В результате Дания потеряла за время войны более 1000 человек в рядах Сопротивления, около 2000 — в составе союзных формирований и в ходе боев с немецкой армией в качестве датских комбатантов и, наконец, почти 2000 в составе собственно сил рейха.

Дутая Европа

Как легко заметить, выше говорится почти всегда о небольших формированиях. Батальон, бригада, максимум дивизия. Это при том, что в 1941 году в Советский Союз вторглась орда более чем в 5 миллионов штыков. На разных этапах против РККА воевало 150-190 немецких дивизий, еще несколько десятков, от 35 до 60 на разных этапах, причем самый крупный контингент составляли румыны. То есть, реально речь идет именно о Германии с Австрией, а также Румынии, Финляндии и Венгрии.

Все остальные вместе взятые никогда не давали больше считанных по пальцам руки формирований дивизионного класса. Причем это происходило не потому, что в соответствующих государствах не хватало людей. Так, Франция воевала в 1940 году более чем 90 дивизиями, но французов на войну против СССР удалось наскрести великими трудами одну дивизию.

Иллюзию многочисленности пронацистских контингентов из Европы поддерживали их постоянные переформирования. Например, французские эсэсовцы прибыли на Восточный фронт в качестве дивизии «Шарлемань». После ее образцово-показательного избиения из остатков начали формировать полк, но не закончили, и скомплектовали два отдельных батальона. Фактически, то, что помирало в Берлине, это были те же самые «шарлемани», которых отделали в Померании. Однако из-за серии переформирований глаз просто замыливается обилием номеров и названий.

С противоположной стороны иллюзию поддерживают фольксдойче. Очевидно, что называть поляком немца из Данцига или Бреслау на том основании, что после войны они стали Гданьском и Вроцлавом — было бы в лучшем случае лукавством. Тем не менее, этот фокус проделывают прискорбно часто. В итоге даже перед заинтересованным темой человеком предстает, казалось бы, очевидная и не допускающая иных трактовок картина: жители страны массово поддерживают Гитлера, и множество ее граждан служит в целой россыпи воинских частей. В то время как в реальности это несколько тысяч ультраправых активистов и мобилизованные местные немцы.

Европа против Гитлера

При этом, если мы посмотрим на антинацистские формирования в тех же самых европейских странах, то обнаружим вполне представительные контингенты. Британия воевала против нацистов с сентября 1939-го по май 1945-го, от звонка до звонка, здесь нет вопроса о ее лояльности нацистам. Партизанские движения и подпольные организации той или иной степени мощности существовали во всех странах, оккупированных нацистами, включая собственно Германию и Австрию.

Там, где было возможно, правительства в изгнании формировали свои вооруженные силы на базе союзных армий. Здесь стоит выделить Польшу: после разгрома страны в 1939 году поляки сформировали массовое партизанское движение, а контингенты в СССР и армиях союзников насчитывали сотни тысяч человек. Войско Польское, воевавшее совместно с РККА, насчитывало на пике более 300 тысяч штыков, сведенных в две общевойсковые армии. На Западе такого размаха польское участие в войне не достигало, но речь о десятках тысяч солдат и офицеров в разнообразных соединениях. Скажем прямо, это не убогая «Валлония». Кровавая плата за победу была чудовищной, и к концу войны доля погибших поляков была сравнима с долей погибших среди белорусов.

Французские войска были быстро разгромлены в 1940 году, и этот провал затенил последующее трудное и кровавое участие французов в освобождении Европы в ходе кампаний 1944-1945 годов. Войну закончила трехсоттысячная французская армия, которой удалось нанести вермахту несколько болезненных ударов, а зимой 1945 года ей удался даже полноценный котел в Эльзасе.

Малоизвестным сюжетом для наших соотечественников остается Словацкое восстание. В 1944 году словаки подняли его против нацистов с расчетом на скорый подход сил РККА. Несмотря на то, что освободить Словакию тогда не удалось, повстанцам удалось вырваться навстречу русским значительными силами. Хотя Словакия как государство союзничало с рейхом, несогласие граждан с этой политикой было не просто массовым, но и крайне деятельным.

Схожей была ситуация в Италии: там фактически шла гражданская война параллельно мировой: итальянское Движение Сопротивления к середине 1944 года дошло до «партизанских республик» вроде тех, что наши партизаны создавали в тылу немецких групп армий «Центр» и «Север» в 1941-1944 годах. Классическое партизанское движение с «поездами под откос» существовало в Греции. Ну а кромешный ад, который происходил в Югославии, сравним только с ужасами оккупации и ожесточенностью партизанской войны в Белоруссии.

Значительная часть европейских союзников Гитлера по ходу войны сменила ориентацию. Так, Румыния потеряла более 37 тысяч человек, воюя уже на стороне СССР. Самым парадоксальным получилось болгарское участие в войне: оставаясь союзником рейха до осени 1944 года, она приняла участие в войне и понесла серьезные для маленькой страны потери уже воюя на стороне Советского Союза до мая 1945-го.

Наконец, Европа вела войну против рейха классическим способом: национальными армиями. Причем тем же грекам удалось сломать нос вторгшимся итальянским группировкам Муссолини, и разбили их уже силы вермахта. Да, регулярные армии Польши, Франции, Бельгии, Нидерландов, Норвегии, Югославии, Греции и пр. — были разгромлены нацистами в начале войны быстро. Но скажем прямо: до зимы 1941 года ни у кого против вермахта на сухопутных театрах не получалось почти ничего. Победы над фашистами Муссолини чуток скрашивали картину, но их только ленивый не побил. Проблема в том, что немцев в СССР удалось послать в нокдаун колоссальной ценой, которую ни одна другая европейская страна просто не могла заплатить.

Наши предки во Второй мировой войне сыграли главную роль и были первыми среди тех, кто остановил нацизм; эту роль у них невозможно отнять, как бы этого ни хотелось детям и внукам разнообразных европейских унтернаугадфюреров.

Однако не стоит уклоняться в противоположную крайность. Типичное европейское правительство времен Второй мировой войны состояло в Антигитлеровской коалиции, и типичный европейский участник войны за пределами нескольких стран Оси — это не доброволец СС. Это солдат или моряк, сражающийся с нацистами в регулярной армии или партизанском движении. И то, что сейчас наши отношения с Европой худшие за очень долгое время, не должно замыливать этого факта. Лучшее орудие против лжи — это не более приятная и «правильная» ложь. Это правда.