Ордынство как троянский конь
Публицист Белоусов рассказывает, почему исламские структуры продвигают чуждый Русскому миру нарратив
В последнее время в информационном поле все чаще всплывает тема, которая на первый взгляд кажется сугубо академической — речь об ордынстве и его месте в истории России. Однако за историческими экскурсами просматривается вполне конкретная идеологическая подоплека, заставляющая присмотреться к этому явлению повнимательнее.
Недавняя публикация на сайте Духовного управления мусульман РФ статьи Александра Дугина под названием «Наше дело — встать на тропу Чингисхана» вызвала закономерную реакцию. Общественный деятель Кирилл Кабанов оценил этот материал как идеологическую диверсию против русского народа и русского мира, назвав происходящее проявлением исторического экстремизма.
В самом тексте Дугин весьма вольно обходится с реальными историческими фактами. Его тезис о каком-то «западном иге» над русскими княжествами не выдерживает критики — история столкновений с немцами и шведами была для Руси скорее периферийной. Но гораздо опаснее другое: восхваляя ордынское иго, философ полностью игнорирует то, как сами монголы относились к покоренным народам, в том числе к мусульманам.
Темная тень на исламском мире
Достаточно вспомнить, что Чингисхан запрещал мусульманам халяльную разделку мяса и обрезание, мотивируя это тем, что они являются покоренными народами. А внук Чингисхана Хулагу и вовсе стал черной легендой для исламского мира. В середине XIII века он совершил так называемый желтый крестовый поход — крестовый потому, что его супруга была христианкой, а главный полководец Китбука исповедовал несторианство.
Монголы прошлись опустошительным смерчем по Аббасидскому халифату, уничтожили государство исмаилитов-ассасинов, дошли до Египта. Десятки мусульманских городов были стерты с лица земли, сотни тысяч людей порабощены или истреблены. Арамы до сих пор гордятся тем, что египетские мамлюки под руководством Бейбарса смогли в итоге сокрушить монголов.
Создается устойчивое впечатление, что подобные публикации направлены на то, чтобы поссорить русских с мусульманами. Если уж обращаться к реальной истории, то именно такую цель они и преследуют.
Окно Овертона для альтернативных проектов
Но зачем вообще сегодня пробрасывать ордынские нарративы? Ответ лежит в плоскости политических технологий. Для многих деятелей внутри России это своеобразное окно Овертона, позволяющее постепенно внедрять альтернативные национальные проекты. Сепаратисты ведь не могут начать прямо с призывов к отделению того или иного региона. Сначала приходится предлагать такие вот темы, чтобы затем плавно перейти к тезисам о «тюрьме народов» и «имперских оковах». Разумеется, это деструктивная история, несущая в себе семена будущих расколов.
Особое недоумение вызывает тот факт, что текст опубликован на сайте Духовного управления мусульман РФ. И это не первый звоночек. Год назад разразился громкий скандал: замглавы ДУМ РФ Дамир Мухетдинов давал интервью на фоне картины «Пир монгольских военачальников Чингисхана после победы на реке Калке». Тогда это тоже вызвало вопросы.
Чтобы понять логику происходящего, нужно разобраться в специфике структуры исламского духовенства в России. В отличие от христиан, оно носит децентрализованный характер. Помимо ДУМ РФ, в стране существует еще около 79 духовных управлений мусульман. И все они вынуждены конкурировать между собой за паству.
Большинство остальных управлений апеллируют к конкретным коренным народам России — башкирам, татарам, ингушам. ДУМ РФ в этой конкурентной борьбе в последние годы все больше делает ставку на мигрантов и так называемых новых россиян из числа приезжих.
Среднеазиатский фактор и риск радикализации
Здесь важно понимать контекст. В государствах Средней Азии, откуда прибывает основная масса мигрантов, местные власти еще с 90-х годов жестко преследуют любые проявления исламизма. Там действует суровое законодательство, запрещены публичные намазы, ношение никабов. А ДУМ РФ своими недавними инициативами — фетвами о многоженстве, о недопустимости курьерской доставки харамных продуктов — стремится переманить этих мигрантов на свою сторону. Естественным косвенным последствием такой политики становится их радикализация.
Оппоненты наверняка вспомнят Александра Блока с его «скифы мы, азиаты с раскосыми и жадными глазами». И спросят: чем же ордынство так мешает русскому миру? Почему одно исключает другое?
Ответ дают еще дореволюционные и советские историки, которые последовательно боролись с идеями ордынства. И делали это совершенно справедливо. Ордынское нашествие нанесло колоссальный урон развитию русской цивилизации. Попытки представить героями тех, кто веками угнетал русских, выглядят по меньшей мере странно. Примерно, как если бы мы сегодня начали героизировать нацистов.
В советских учебниках — у Шестакова, Грекова, Косминского — монголо-татары представлены с опорой на реальные исторические источники как настоящие варвары-кочевники. И существовала четкая иерархия: выше стояли народы урбанизированные, оседлые, с развитой культурой. Кочевники же шли и уничтожали целые цивилизации — тот же цветущий исламский Хорезм с его городами, торговлей, купечеством.
«Массовые убийства, страшные пытки, свирепые казни должны были внушить всем непреодолимый ужас перед именем монголов», — писал Косминский.
Важно и другое: историки (и имперские, и советские) возводили современных татар к волжским булгарам, а не к завоевателям. Подчеркивали, что Волжская Булгария тоже была завоевана, лишена независимости и угнетена монголами.
Идеологический конфликт на горизонте
Тема ордынства и тема русского мира сегодня действительно формируют новый идеологический конфликт внутри страны. С одной стороны, будут нарастать нарративы про евразийство и «особый путь», с другой — сторонники традиционного понимания русской истории будут вынуждены говорить громче.
Для одних, как для деятелей ДУМ РФ, ордынство — это попытка найти новую паству, новую целевую аудиторию среди мигрантов. Для других, как для Захара Прилепина и ему подобных, это выход из тупика, в котором оказалась идеология коммунизма, на которой базировался советский проект. Апеллировать к марксистским идеям сегодня бессмысленно, поэтому ничего не остается, как вспоминать Льва Гумилева, Петра Савицкого, Трубецкого и других евразийцев, нахваливать Чингисхана и говорить о торжестве Орды.
Только вот к реальной истории все это не имеет никакого отношения.
