Куда исчезла магия дорогой нефти
Коза уйдет — заживем: почему экономика застряла в высокой инфляции, но паниковать рано
Нефть Urals торгуется выше 75 долларов за баррель. В 2004-м или 2012-м Россия уже купалась бы в нефтедолларах. Сейчас Минфин считает убытки, до плана по доходам не хватает около 700 миллиардов рублей.
Былая магия растворилась. Власти гордятся, что доля нефтегазовых доходов снизилась до 23%, и фондовый рынок за нефтяными котировками следит все менее пристально. Но есть и сугубо технический нюанс: на август пойдет нефть, купленная по июньским ценам — а в начале июня был пик дешевизны. Временной лаг работает против бюджета.
Добавляется и фактор импорта. После долгих месяцев страданий от его нехватки пошел повышенный спрос на юань — нужно закупать оборудование для разрушенных нефтезаводов, бензин и прочее. Данные засекречены, но повышенный импорт давит на рубль, а это дополнительный проинфляционный фон.
Секвестр, девальвация и рост налогов: меню на осень
Если нефть не спасает, а занимать под дикие проценты ЦБ — кабала, государство пойдет комплексным путем. Первым делом включат секвестр бюджета. Затем — постепенное ослабление рубля. Потихоньку, чтобы не было социальных взрывов.
Когда варишь лягушку на медленном огне, она не замечает. Так и здесь: рубль будут плавно спускать, а гражданам объяснят, что это естественные колебания свободной валюты. Ориентир на конец года — 85 за доллар, но это гадание на кофейной гуще: параметров, от которых зависит курс, никто сейчас не знает.
Налоги тоже повышать не перестанут. Предпринимателей уже готовят: НДС не предел, в других странах выше. Держитесь.
Почему умирает малый бизнес и кому это выгодно
Повышение налогов убьет малый и средний бизнес, но медленно. Частная инициатива замирает: ИП одно за другим сворачивают активность, замирают под корягой, как рак. Банки удивляются и предлагают кредиты, думая, что у предпринимателя нет денег, а у него просто нет желания активничать в такие времена.
С точки зрения чиновников, в период долгой СВО централизация — естественный процесс. Управлять одним крупным предприятием, выполняющим госзаказ, проще, чем двадцатью частниками. План-заказ на 20 миллионов детонаторов логичнее отдать одному заводу. Укрупнение бизнеса неизбежно, а деградация малого — оборотная сторона мобилизационной экономики.
Только инновации рождаются в гаражах, а не в головах менеджеров «Роснефти». С деградацией малого бизнеса уходят и темпы роста, которые страна показывала в 2010-х. Ни 8%, ни 6% ВВП больше не увидеть. Ждать расцвета частной инициативы, пока идет спецоперация, просто наивно.
Эффект домино: долги компаний грозят обвалом, но мы сгущаем краски
Долги компаний друг перед другом уже в четыре раза превышают задолженность перед банками. Это классическая цепочка неплатежей: поставил сегодня, заплатят через полгода. Если рухнет одно крупное предприятие, вокруг которого кормится масса мелких, каскадный эффект неизбежен. Представители крупных банков подтверждают: очень большие проблемы у лизинга, а лизинг аккумулирует множество сфер. Температура в экономике нездоровая.
Впрочем, все это — закладывание на осень плохих вариантов. Когда эти варианты не реализуются, все будут радоваться, как в старом анекдоте про козу, которую привели в дом, а потом вывели. Пока же девальвация, эффект домино и прочие страхи — это та самая коза. Когда ее уведут, заживем счастливо.
Где брать инвестиции? На фондовой бирже ждали арабов, ждали китайцев. Инвесторы приходят, но только чтобы по серым схемам забрать свои прежние вложения. Никаких новых денег нет. С начала ковида государство вливало и вливало бюджетные инвестиции, обещая, что с 2025 года их заменят частные. Замены не происходит. Ландшафт для частного бизнеса стал плохим: идет перечерчивание собственности, заводы уходят из рук в руки, новости одна ужаснее другой. Оптимизма это не прибавляет.
Китайские инвестиции присутствуют — каждое второе автоматизированное машиностроительное предприятие оснащено китайским оборудованием. Но это не глубокое вложение, а тактическое. Китайцы заходят так, чтобы в случае чего быстро умыть руки и уйти. На станках — портреты обнимающихся Си и Путина, наладчики — китайские, комплектующие — китайские. Но руки у них остаются чистыми.
Инфляция как образ жизни
Официальная инфляция и та, что на ценниках, — две разные вселенные. Для того, кто каждый год меняет машины, инфляция одна, а для питающегося с нижних полок «Магнита» — другая. На нижних полках с красными ценниками цены контролируются жестко, некоторые товары ритейлеры продают даже в убыток, просто чтобы быть. Ощущаемая инфляция для среднего домохозяйства составит около 10%. И это надолго. Период высокого инфляционного фона напоминает Америку 1968–1982 годов. Россия застряла в этой траектории до окончания спецоперации.
Снизить бюджетные расходы невозможно — оборонные траты святы. У соперника поставки вооружений в 2026 году выросли почти вдвое, парировать это можно только встречным наращиванием. Срезать расходы никто не даст. Проблема с инфляцией начнет решаться только после завершения СВО.
Ветераны высокой инфляции вспоминают 1991 год, когда заморозили вклады на два месяца. Люди и тогда любили, дружили, ходили в кино. Зацикливаться на росте цен не стоит. Когда козу выведут, заживем счастливо. Осталось дождаться.
