Кортес, импичменты и нефть
Американист Дудаков разъясняет, почему Трампу осталось 80 дней на политическое выживание
Политический ландшафт в Америке за 80 дней до выборов напоминает поле боя, где левые штурмуют истеблишмент, республиканцы застыли в ожидании преемника, а Трампа атакуют сразу с нескольких фронтов. Сигналов много: конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес заявляет о возможном выдвижении от левого крыла Демпартии, ходят мифы о Камале Харрис. Все это рисует картину неумолимой радикализации демократов и консервации республиканцев.
Окасио-Кортес уже почти десятилетие олицетворяет левый бунт в Демпартии. Сейчас она стоит перед выбором, способным перекроить партийную иерархию. В 2028 году она может бросить вызов Чаку Шумеру на праймериз в Нью-Йорке — и, с высокой вероятностью, снести лидера демократов в Сенате. Партийная база Шумеру не простила центризм, и победа «левой принцессы» над своим же боссом станет знаковым уничтожением.
Второй путь — президентские праймериз. Он куда тернистее. Эффективность AOC (так в народе называют конгрессвумен) как политика вызывает скепсис, а ее радикальная повестка пока отпугивает даже левеющую Демпартию. Тем не менее тренд очевиден: левые набирают вес. На недавних праймериз в Мичигане победил Абдул Эль-Саед — социалист и яростный критик Израиля. Левые умело используют провал центристов и непопулярность Трампа. Если не в 2028-м, то позже, их кандидат пробьется на самый верх. Пока же их стратегия — идеологическая осада: они заставят всех демократов смещаться левее. Успех на праймериз может обеспечить AOC или кому-то из ее соратников пост вице-президента или ключевое кресло в кабинете. И тогда демократическая администрация станет куда более антиизраильской, чем при Байдене и Обаме.
А что насчет Камалы Харрис? Миф о ее выдвижении, растиражированный российскими СМИ, не имеет под собой почвы. Харрис не объявляла о планах идти на выборы, она лишь размышляет о 2028 годе.
Вэнс на якоре и демократы в предвкушении
У республиканцев интриги нет. Джей Ди Вэнс остается единственным очевидным наследником. Слухи о его замене на Марка Рубио этой весной оказались пустыми. Трамп открыто поддерживает Вэнса, и тот лидирует в опросах с двукратным-трехкратным отрывом от любых однопартийцев. Никто даже близко не приближается. Республиканская машина замерла в ожидании передачи эстафеты, и Вэнс, судя по всему, станет главным бенефициаром трамповского наследия.
Информация Reuters о планах демократов начать серию расследований против компаний и финансовых структур, связанных с Трампом, если они победят на выборах в Конгресс, никого не удивила. Импичмент публично не анонсируют — электорату это скучно, — но после прихода к власти левое крыло наверняка продавит и эту процедуру. Отстранить президента не выйдет: две трети голосов в Сенате собрать нереально. Зато устроить бесконечный ад для Трампа, его министров и советников — вполне.
Парламентские расследования превратят последние два года его президентства в непрерывную оборону. Работать с Конгрессом и так было сложно, а станет сущим кошмаром.
Бензин, война и пустые резервуары
На этом фоне внутренний кризис лишь усугубляет положение. Война с Ираном и закрытый Ормузский пролив взвинтили цены на топливо вдвое. Рейтинг Трампа в экономике рухнул ниже 30%. Каждая американская семья ощущает войну не по сводкам с фронта, а по чеку на заправке.
Администрация пыталась тушить пожар, распечатывая стратегические нефтяные резервы. За две недели запасы сократились почти на 10 миллионов баррелей, упав ниже 300 миллионов. До критической отметки в 250 миллионов, ниже которой опускаться нельзя ни по закону, ни по техническим причинам (угроза обрушения соляных шахт-хранилищ), осталось всего ничего. Запасы практически исчерпаны. Если война продолжится, а пролив останется заблокированным, бензиновые цены добьют рейтинги Трампа и республиканцев как раз к 03 ноября.
80 дней до выборов — и каждый день приносит плохие новости для действующего президента.
