Бюджет вопреки: почему Госдума приняла спорный финансовый план под аплодисменты
Станислав Обищенко – об устрицах как индикаторе благосостояния
Принятие российского бюджета на этот раз оказалось на удивление противоречивым и ярким зрелищем. Если раньше этот процесс проходил относительно спокойно, то сейчас депутаты, чиновники и правительство не стесняются во взаимных обвинениях, а некоторые открыто говорят о подлоге цифр. Эта необычная атмосфера заставила внимательно пересмотреть все заседание Госдумы, где в первом чтении принимался проект федерального бюджета на 2026-2028 годы.
Цифры сами по себе интересные. Доходы составят 40 трлн рублей (17% ВВП) в 2026 году, с последующим ростом до 43 и 46 трлн. Расходы же окажутся еще больше: 44 трлн в 2026-м, 46 в 2027-м и 49 трлн в 2028-м. Дефицит составит 1,6%, 1,2% и 1,3% соответственно — в принципе, вполне перевариваемые показатели. Однако перспектива роста внутреннего госдолга до 47 трлн рублей к началу 2029 года не может не напрягать каждого гражданина.
Есть и внешний долг, который по прогнозам будет уменьшаться с $66 млрд до $62 млрд. Сумма не сумасшедшая, и страна могла бы выплатить ее за несколько лет, но этого делать не будут — по словам министра финансов Антона Силуанова, для «контролируемого охлаждения экономики».
Парламентские страсти: как бюджет превратился в поле боя
Перед голосованием развернулись настоящие парламентские страсти с расследованиями, спорами и прениями. Нынешний созыв Госдумы не промах, а появление новых лиц и целой партии явно расшевелило этот закостенелый организм.
Причины бюджетных баталий все те же: экономика страны продолжает замедляться. Если в январе рост ВВП был около 3%, то сейчас говорят лишь об 1%, и казна недополучит 5,7 трлн рублей. В Минфине, однако, уверяют, что все под контролем, называя это «мерами по плановому охлаждению экономики». Якобы это делается для снижения инфляции и процентных ставок, чтобы обеспечить новое качество роста со следующего года.
Согласно новым ожиданиям, инфляция действительно должна снизиться до 6,8%. Как объясняет Силуанов, это часть контролируемого замедления экономики для ее оздоровления. Правда, в прошлом году обещали, что цены вырастут максимум на 4,5%.
Инфляционная ловушка: почему цифры правительства не сходятся с реальностью
Звучат вполне резонные вопросы: как может быть инфляция 6,8%, если с 1 июля тарифы на ЖКХ поднялись как минимум на 12%, а бензин продолжает дорожать? Даже в Счетной палате обновленный правительственный прогноз по инфляции назвали «избыточно оптимистичным».
Экономисты и вовсе категоричны, предупреждая, что экономика России может скатиться по спирали: высокая ключевая ставка замедляет рост ВВП, товаров становится меньше, цены растут, инфляция разгоняется — и ставка снова повышается. Замкнутый круг.
Существуют серьезные споры по поводу представленных цифр: где-то доходы завышены, где-то расходы занижены. Многие депутаты открыто заявляют, что выйти на заявленные параметры будет крайне сложно. Причем все это говорилось в прямой трансляции на всю страну.
Нефтяная игла: демпинг и бюджетные риски
Если в июне правительство ожидало сокращение нефтегазовых доходов на четверть, то осенью заговорили о падении сборов по НДФЛ и налогу на прибыль предприятий. Это красноречиво свидетельствует: предприятия производят меньше продукции, меньше продают — и им попросту некуда сбывать товар. Результат — минус 2 трлн рублей.
Небольшим плюсом стал рост стоимости нефти с $56 до $58 за баррель. Минфин традиционно играет в «угадайку» с ценой на нефть, но сейчас ситуация осложнена демпингом из-за санкций. В ответ страны Ближнего Востока наращивают добычу, и вместо $58 может получиться $55. Хотя в Минфине и это предусмотрели, заложив в бюджет цену в $55 за баррель.
Налоговый маневр: зачем повысили НДС и почему не вводят налог на роскошь
Выпадающие доходы нужно чем-то компенсировать — отсюда и решение поднять НДС на 2 п.п. Интересно было слушать объяснения главы комитета по бюджету и налогам Андрея Макарова: «Чтобы получить красивый ответ, нужно верно выбрать систему координат».
Заявляется рост ВВП с 201 до 217,3 трлн — то есть на 9%. Но если учесть инфляцию в 14% (включая рост ЖКХ и другие факторы), то о каком реальном росте может идти речь? Для многих это остается загадкой.
Коммунисты предложили свой путь — ввести налог на роскошь, расширить шкалу подоходного налога и увеличить нагрузку на богатых. Критикуя остановку предприятий, они указывают на статистику: из 74 млн трудоспособного населения только 10 млн работают в обрабатывающей сфере.
Однако их оппоненты парируют: уменьшение доли обрабатывающей промышленности — это естественный процесс, на смену которому приходят наукоемкие производства. Что касается налогов на роскошь, то они уже существуют — взять хотя бы повышенные сборы на мощные автомобили.
Прения эффектно завершил Вячеслав Володин, который сумел потушить пожар и вывести дискуссию в нужное русло. Он справедливо отметил, что многие главы государств с вожделением смотрят на то, как российская экономика справляется с вызовами, и любые наши трудности лишь вдыхают в них энергию.
И здесь спикер действительно прав. В условиях колоссального внешнего давления, когда вводится уже 19-й пакет санкций, инфляция в 14% при прогнозируемых 6,8% выглядит вполне реалистично.
Единство вопреки: почему все критиковали, но все проголосовали «за»
Итог оказался предсказуемым: проект поправок в бюджет не получил ни одного голоса против. При том, что все выступали и критиковали, в итоге «за» проголосовали 323 депутата, 79 воздержались, «против» — никто.
Володин назвал это огромным итогом работы Минфина и правительства, отметив, что «коса на камень находит в том случае, когда не слышим друг друга». Все понимают: бюджет обеспечивает социальные обязательства, решает вопросы безопасности и обороны в это непростое время. Критиканство и демагогия оказались разрушительны.
В результате Россия получила бюджет на три года вперед — в отличие от США, которые не могут договориться о бюджете на следующий год. Да, бюджет дефицитный, но не настолько страшный, как его представляли. МРОТ поднялся до 27 тысяч рублей — увеличение на целых 20%, что наводит на мысль о реальной инфляции.
А в качестве легкой точки в бюджетных дебатах прозвучала тема устриц. Володин пошутил, что рыбопродукты облагаются по льготной шкале, и устрицы идут как детское питание. «У кого в рационе устрицы? Руки поднимите», — спросил он, добавив: «Тот, кто их полюбил, может и платить другую цену».
На этой гастрономической ноте и закрылись прения по бюджету. Остается пожелать, чтобы каждый мог позволить себе не только устрицы, но и вообще вкусную и полезную еду. Ведь еда должна приносить удовольствие — а это удовольствие должен обеспечивать кошелек, позволяющий вкусно питаться.
