Атомная мягкая сила: что Россия экспортирует вместе с реакторами

Почему зарубежные АЭС «Росатома» — это не только мегаватты, но и кадры, инфраструктура и влияние на поколения вперед

На днях глава «Росатома» Алексей Лихачев на приеме у президента России в очередной раз напомнил, что в настоящий момент корпорация ведет переговоры сразу с 15 странами. И если эти переговоры завершатся положительно, в мире появится сразу 50 новых атомных энергоблоков российского проекта. Кроме того, отметил Лихачев, корпорация прямо сейчас имеет действующий портфель подписанных соглашений с шестью странами, подразумевающий возведение еще 17 энергоблоков. Если же говорить не о перспективах, а об уже физически реализуемых проектах, то прямо в эти минуты специалисты «Росатома» строят 28 атомных силовых блоков большой, средней и малой мощности сразу в девяти иностранных государствах.

Это не первая подобная новость, благо пресс-служба нашего атомного монополиста активно работает со всеми федеральными и прочими небезразличными СМИ. Однако, как ни странно, такая информация далеко не всегда находит радостный отклик с нотками заслуженной гордости. Как правило, причиной является низкая осведомленность о механике и алгоритмике реализации подобных стратегических проектов, а также о юридических условиях, которыми они обкладываются сверху донизу ещё на этапе предварительной проработки.

В этой связи наш сегодняшний разговор неожиданно будет не об энергетике как таковой, со всеми обязательными атрибутами вроде реакторов, турбин, генераторов, высоковольтных ЛЭП и ярко горящих в каждом доме лампочек. Речь пойдет о российской атомной экспансии как проявлении мягкой силы, форме глобального и регионального воздействия, а также о физических изменениях в жизни десятков, а может быть, и сотен тысяч людей. Причем, что характерно, без ущерба для российских финансовых и стратегических интересов.

Контракт длиной в несколько поколений

Начнем с небольшого официоза, без которого не будет понятен масштаб действия и горизонт перспектив.

Четверть века назад на уровне ООН была принята так называемая Декларация тысячелетия, одним из пунктов которой значилось формирование глобального партнерства в целях развития. Говоря простым языком, ее суть сводилась к тому, что сильные и развитые страны должны объединить усилия и помочь странам развивающимся и нуждающимся совершить если не рывок, то хотя бы уверенный шаг на пути прогресса и улучшения жизни их граждан.

Большинство подписантов за давностью лет про сей документ благополучно забыли, но не Россия. Президентским указом на базе Россотрудничества была образована комиссия по вопросам содействия международному развитию, и оно имеет самое прямое отношение к нашему сегодняшнему разговору.

Государственная корпорация «Росатом» свои проекты разрабатывает, согласовывает и реализует не в одиночку, а во взаимодействии с государственными ведомствами. Хотя бы потому, что деятельность «Росатома» в итоге превращается в инфраструктурные объекты государственной важности. Китай, Индия, Турция, Египет, Иран, Бангладеш, Венгрия, Белоруссия и Узбекистан, где ведется строительство энергоблоков, уже осознали и приняли степень этой важности. В очереди стоят Казахстан и Вьетнам.

Страны — получатели российских ядерных технологий предельно ясно осознают весь комплекс выгод. Потому что строительство и дальнейшая эксплуатация АЭС — это колоссальная стройка, куда привлекается большое количество местных компаний и персонала. Участие в подобном проекте — это гарантированная загрузка на десятилетие, уникальный опыт, изрядная прибыль и редчайшая запись в корпоративном портфолио. «Мы строили атомную станцию!» — это звучит гордо и донельзя солидно.

После того как перерезана торжественная ленточка, а генераторы устойчиво выдают ток в сеть, начинается самый длинный и самый главный этап протяженностью минимум 60 лет, ведь именно столько составляет проектный срок эксплуатации российских реакторов с возможностью продления. Станция не висит в вакууме, станция — это люди, специалисты, число которых с каждым годом максимально пополняется за счет местных кадров. Не в рамках системного просчета, а потому что у России просто нет такого количества своих атомщиков, чтобы десятилетиями держать их за рубежом.

Отсюда и вырастает то самое содействие развитию.

Не просто построить, а научить работать

Еще до заливки первого бетона в стране открываются представительства МИФИ и прочих «ядерных» вузов, где местных отличников начинают ударно учить русскому языку и физике нейтронов. Допускается только 100-процентная успеваемость, поэтому спустя годы эти люди становятся национальной научной, а часто и политической элитой.

На низовом уровне строятся дороги, мосты, а рядом с любой станцией неминуемо возникает городок, а то и целый город. Как правило, возникает он с нуля, обрастая детскими садами, школами, поликлиниками, водоочистными и насосными станциями, парками, стадионами, пекарнями, типографиями, кофейнями и супермаркетами.

Для многих стран подобная инфраструктура — это нечто сродни фантастике, потому такие проекты затем часто «расползаются», вовлекая в себя жителей области, а то и региона.

Не везде новый город — но почти всегда новая среда

Как говорится, пример на пальцах.

В кишлаке Безымянном не было ровно ничего, люди жили за чертой бедности и старались уехать. И тут возникает гигантская стройка, которая затем превращается в целый город. Чтобы в нем заработала хотя бы одна школа, мало построить здание. Нужно выучить педагогов, построить им жилье, напечатать учебники, доставить их на место, вырастить и организовать доставку продуктов, работу столовой, медицинский пункт с медсестрой, обеспечить все это водой, светом, канализацией и еще тысячей незаметных вещей вроде регулярного ремонта крыши. И там, где вчера была только пустота и отчаяние, возникают тысячи рабочих мест. Возникает надежда на будущее, а люди перестают уезжать.

И все это под эгидой России, в тени ее флага, полощущегося на главном флагштоке на въезде в город и АЭС. Да, наша страна делает это не бесплатно и на каждом проекте только в виде процентов получает сотни миллионов долларов.

Но главное здесь — не извлечение прибыли любой ценой, а реальное улучшение жизни множества людей на долгие годы вперед. Людей своих и не только, ведь цивилизационный путь настоящей державы, империи, если хотите, гораздо шире примитивного ростовщичества.