Собянин не метит в президенты, но примеряет кресло премьера

Кадровая логика Кремля: пакетные решения и усталость команд. Кто уйдет, кто придет — не угадает никто

Разговоры о том, что Сергей Собянин бросил перчатку силовому блоку, не выдерживают проверки простым фактом. Министр внутренних дел Владимир Колокольцев — бывший начальник УВД Москвы, прямой выходец из команды Собянина. Было бы любопытно посмотреть, как мэр бросает вызов собственному протеже. Но никакой перчатки нет. Это не перчатка, а скорее вежливый поклон в сторону городского электората. Силовики здесь ни при чем.

У интервью Собянина ТАСС абсолютно понятная функциональная задача. Достаточно наложить его на тайминг избирательной кампании в Госдуму. Собянин входит в федеральный список партии власти. Каждое лицо в правильно составленном списке — сигнал определенной группе избирателей. Роль Собянина — диалог с жителями городов, с городским классом. Это около 30–40 миллионов политически активных граждан, и не только в Москве. В регионах у Собянина высокий уровень узнаваемости. За ним прочно закрепился образ суперэффективного, прогрессивного городоначальника, который сделал из Москвы конфетку. Через него партия посылает месседж: смотрите, есть политик, способный сделать страну комфортнее и пригоднее для жизни. Логика простая: успокоить городского избирателя, который боится мобилизационной экономики, и подтолкнуть его к голосованию.

Звучит как заявка на президентское кресло? Нет. Чтобы менять страну, в России достаточно получить поручение президента. Должность главы государства для этого не обязательна. Есть политики, которые даже кресло премьера не занимают, но вполне себе меняют государство. Интервью ТАСС — не поле боя, а предвыборная трибуна. Собянин использует ее, чтобы обратиться к тем, кто боится за свои кошельки и привычный уклад.

Византийщина без перчаток

Есть и более изощренная версия: силовой блок, конкретно второй отдел ФСБ, продвигает ужесточение и мобилизацию, бизнес сопротивляется, а Собянин открыто встает на сторону бизнеса. Звучит красиво, но не работает. В наших властных кругах ключевые сообщения через СМИ не передают. Для этого существует понятный механизм — совещание у президента. Там можно и перчатку кинуть, и по столу ею поводить. Собираются руководители ведомств, каждый приводит аргументы, президент выслушивает и решает.

Публичное заявление Собянина — это балансирование в логике избирательной кампании. «Единая Россия» уже заявила устами генсека, что с запретительными мерами перегнули, и надо бы помягче. Часть избирателей этим напряжена: они не хотят мобилизационной экономики, потому что их жизнь завязана на обычную современную экономику — офисы, самозанятость, креативный класс, сотрудники компаний. Они не пойдут на заводы. Собянин фактически успокаивает их, чтобы меньше волновались и лучше голосовали. Он показывает: в элите есть группы, которые не считают мобилизацию правильной. Это создает у избирателей ощущение, что их интересы коррелируют с частью элитных групп. К реальным политическим решениям это имеет очень далекое отношение. Через газеты и сайты решения не принимаются.

Византийщина византийщиной, но публичные заявления — лишь верхушка айсберга. Реальная борьба идет за закрытыми дверями.

Есть и другая часть избирателей, которая считает, что гайки закручивают недостаточно. Они готовы закрутить их сами, да еще и две сверху положить. Но Собянин обращается не к ним. Его целевая аудитория — те, кого запретительные меры напрягают. Попытки манипуляций в инфополе бывают, но успех не гарантирован. Впрочем, не стоит недооценивать и тех, кто верит в теорию перчатки. У них есть своя логика: если бизнес и силовики конфликтуют, то заявление мэра — сигнал одной из сторон.

Кадровые пакеты: гадание на кофейной гуще

Слухи о больших кадровых перестановках после выборов имеют под собой почву. Кадровая политика в стране определяется президентом пакетно. Один пошел туда, второй — туда, третий — туда. Обычно это происходит после крупных системных изменений: после президентских выборов, когда правительство по закону уходит в отставку, а потом возвращается, или после переформатирования Госдумы.

С новой Конституцией роль Госдумы возросла: она утверждает часть руководителей высшего звена, включая главу Центробанка. Логично провести перестановки сразу после выборов, чтобы не делать это посреди созыва. Новый созыв, новый состав — сразу всех поменяли. Плюс есть ощущение, что перестановки назрели. Некоторые команды сидят на местах по 7–8, а то и 9–15 лет. Накопилась усталость. С одной стороны, зачем трогать то, что работает? С другой — новые идеи не появляются. Эксперты и наблюдатели уже открыто просят: «Ну давайте уже кого-нибудь пересадим, изменим что-нибудь».

Рокировка вполне возможна. Момент удобный, запрос на перемены есть. Но конкретные варианты, которые обсуждают в телеграм-каналах, как правило, не оправдываются. Кадровые пакеты — это как игра в пятнашки, только фишки — люди, а правила знает один человек. Впрочем, даже если пакет будет принят, это не значит, что все предсказания сбудутся. Чаще всего они рассыпаются при первом же реальном назначении.

Собянин: куда дальше?

Если Собянин куда-то и уйдет, то только вверх. Он уже был руководителем аппарата правительства и вице-премьером. Выше — только кресло председателя правительства. Поэтому именно туда его и сватают.

У Собянина сильная команда, он реально может занять эту должность. Более того, вариант его перехода в премьеры активно обсуждался после президентских выборов 2024 года. Подобрать ему другую позицию сложно. Суперкорпорация уровня выше «Росатома» — вряд ли. Этот проект самый очевидный, поэтому его и называют. Диванные аналитики из кадровой комиссии просто не видят альтернатив. Собянин — это готовый премьер на скамейке запасных. Вопрос только в том, выпустят ли его на поле.

Собянин возглавляет Москву с 2009 года — срок огромный. Он эффективный менеджер, его репутация выходит далеко за пределы Первопрестольной. Но это не гарантия от перемещения. Вопрос лишь в том, куда именно. Поэтому интрига сохраняется. Но точный прогноз дать не сможет никто, кроме президента.

Белоусов, Дюмин и логика цепочек

Идея, что Белоусов после аудита Минобороны пересядет в кресло премьера, а Дюмин займет его место, красива, но далека от реальной кадровой логики. Система назначений на высшем уровне не работает по принципу «мавр сделал свое дело». Человек занимает функциональную позицию, пока соответствует вызовам.

Белоусов поставлен на место министра обороны под конкретные задачи — провести экономический аудит ведомства. Коррупционные дела в Минобороны возбуждались и до него, и при нем. Если он справляется, смысла его двигать нет. Иногда люди сидят на позиции по десять лет и сами просят перевести, но им отвечают: подожди, ты здесь на своем месте. Дюмин тоже на своем месте и вполне справляется. Но все меняет пакетный принцип. Когда начинают переставлять по цепочке, человек, который вроде бы на месте, может уйти на другую позицию, потому что ее нужно заполнить. Логика этих цепочек внешнему наблюдателю непонятна. Сколько ни смотри на пакеты, угадать почти невозможно. Ты сидишь и думаешь: подождите, а это почему, зачем туда? А другого варианта в этот момент просто не было.

Цепочки перестановок напоминают домино: толкни одну — посыплются остальные. Но какую толкнут первой, не знает никто, кроме первого лица. И это главное, что нужно понимать, когда читаешь очередной телеграм-канал с инсайдами.