Procter & Gamble против Тегерана: почему потери в 25 миллиардов никого не волнуют

Востоковед Керимов -- о том, что происходит на Ближнем Востоке

Появились цифры: мировая экономика из-за войны на Ближнем Востоке потеряла 25 миллиардов долларов, авиакомпании — 15 миллиардов только на топливе, Toyota — 4,3 миллиарда, Procter & Gamble — миллиард чистой прибыли.

Могут ли такие потери повлиять на политические решения в Белом доме и Тель-Авиве? Может ли давление глобальных корпораций и угроза рецессии остановить эскалацию быстрее, чем дипломатические решения? Ответ однозначный: нет. Никакое давление, никакие экономические потери не способны изменить курс нынешнего израильского правительства.

Соединённые Штаты, судя по всему, руководствуются логикой, что именно из-за этих потерь нужно доводить дело до конца — неясно, произойдёт ли это сегодня-завтра или через полгода. Конца и края этому конфликту пока не видно.

Стратегическое геополитическое столкновение на Ближнем Востоке не имеет военного решения. Одна из сторон должна потерпеть поражение. С Ираном — это битва не на жизнь, а на смерть. В случае поражения Исламская Республика перестанет существовать. Будет ли существовать сам Иран дальше, в каких границах и в какой форме — большой вопрос.

Что касается поражения США и Израиля, то речь идёт о варианте, который мы наблюдали во Вьетнаме и Афганистане — полное изменение позиций на Ближнем Востоке. Невозможность одержать военную победу над Ираном может заставить американцев полностью пересмотреть свою концепцию в регионе и отношения с партнёрами, в первую очередь с арабскими монархиями Персидского залива.

В Ираке американских военных практически не осталось — пара баз, которые со временем тоже будут переданы иракским властям. В Сирии американцев нет. Но они есть в Иордании, Саудовской Аравии, Кувейте, Бахрейне, Катаре, Эмиратах. Так вот, эти государства со временем могут столкнуться с вопросом: будут ли они и далее живым щитом и вынужденной мишенью в американских геополитических разборках, или выберут коллективную безопасность в регионе и откажутся от американского военного присутствия.

Израиль же считает: если в ближайшие несколько лет или месяцев он не достигнет цели по уничтожению Исламской Республики, больше такой возможности не будет, и регион переформатируется в абсолютно антиизраильский блок. С первой частью утверждения можно согласиться, со второй — категорически нет.

Но исходя из этой логики, говорить, что конфликт прекратится из-за потерь Procter & Gamble, смешно. Никого это не волнует — ни Вашингтон, ни Нетаньяху. Они в гробу видели все эти потери. У них свои цели, именно на них они ориентируются.

Амбиции Нетаньяху против реальности

Часто спрашивают про заявления Нетаньяху о том, что Израиль — сверхдержава, и про проект нефтепровода в обход Ормуза через Саудовскую Аравию и Израиль к Средиземному морю. Это пропаганда для внутренней аудитории или стратегический план? Давайте вернёмся к истории. В своё время в Израиле действовал нефтепровод Эйлат — от Красного моря к побережью Средиземного, в северный сектор Газы. Догадайтесь, чья нефть по нему транспортировалась? Иранская. Во времена шахского Ирана этот трубопровод был построен специально для этих целей. Никто никогда больше оттуда нефть не перегонял.

Сейчас Израиль иногда покупает зарубежную нефть, разгружается в основном в Ашдоде, редко в Эйлате, но порт Эйлат в прошлом году разорился из-за йеменской воздушной и морской блокады Красного моря.

Говорить, что сейчас кто-то будет через Израиль что-то транспортировать или продавать транзитом, — это в пользу бедных. Никаких подобных планов ни у кого нет. Даже если бы Эмираты хотели что-то сделать, я больше верю, что Катар может построить газопровод или нефтепровод через Саудовскую Аравию на Красное море, либо через Иорданию, Сирию, Ирак на побережье Средиземного моря. Там такие противоречия между монархиями, что никакой израильский проект никому не интересен, кроме Абу-Даби и, возможно, Нью-Дели. У Дели свои цели, а у Абу-Даби нет таких возможностей.

Нетаньяху просто пытается переключить внимание международной аудитории и израильского электората в преддверии неизбежных выборов. Снова складывается блок его давних противников — Лапид, Беннет. Они в тандеме пользуются серьёзной поддержкой избирателей. Отставание от праворадикального экстремистского террористического блока Нетаньяху, Смотрича и Бен-Гвира минимальное. Если ничего не изменится, рейтинги Нетаньяху продолжат падать, а Лапида и Беннета — стабильно набирать.

Правда, это не значит, что с уходом Нетаньяху и его партнёров внешняя политика Израиля серьёзно изменится. Агрессивная экспансия, попытки захвата чужих земель, поглощения Палестины, фактическая этническая чистка в Газе и на западном берегу, аннексия Южного Ливана — всё это может продолжаться.

Но, возможно, мы увидим более прагматичные подходы, касающиеся самого существования государства. Потому что сейчас у нынешнего правительства Израиля в голове проекты третьего храма, великого Израиля от реки до моря, от Нила до Евфрата. Ещё Иосиф Флавий, признанный классик античной литературы, прекрасно описал израильский мистицизм и его место во внутренней политике две тысячи лет назад. Современные израильские политики из коалиции Нетаньяху недалеко ушли от этого образа мыслей. У Лапида и Беннета всё-таки более реалистичный подход.

А заявления о глобальной сверхдержаве — это смешно. Что это за сверхдержава, которая в военном плане полностью зависит от иностранного партнёра? Если не будет США, Иран разберётся с Израилем дней за десять. И речь не о трёх часах или двух сутках — за полторы-две недели они решат этот вопрос так, что на несколько поколений закроется.

Что это за сверхдержава, которая в экономическом плане на 80–90% зависит от зарубежных поставок абсолютно всего? Своего ничего нет, а что есть — недостаточно. Это классическая формула государств-крестоносцев, которые тысячу лет назад в Палестине пользовались разрозненностью врагов, захватили территорию, установили военно-оккупационный режим и поддерживались поставками из Европы. Но это же не показатель сверхдержавности. Иначе каждая страна может себя объявить сверхдержавой. Призываю не слушать весь этот бред — он в таких количествах вреден для здоровья — и ментального, и физического.

Почему война на Ближнем Востоке невыгодна России

В регионе происходит тотальная милитаризация. В результате ударов США и Израиля страны региона, по сути дела, готовятся к ядерной гонке вооружений. Это уже не шутки, не странные заявления психически нездоровых людей. Это вопросы мировой стабильности и безопасности.

А для нас, для страны, граничащей с Ближним Востоком, это пограничный, приграничный регион, наши соседи. Что будет, если у нас появится ядерный Иран под боком? А будет ядерный Иран — будет ядерная Турция. Будет Турция — будет ядерная Саудовская Аравия, Египет. И что это за новая реальность? Американцы находятся в Западном полушарии, а мы-то здесь.

И поэтому абсолютная шизофрения — утверждения, что война на Ближнем Востоке в любом измерении выгодна России. Чем она выгодна? Тем, что у нас горит сосед на нижнем этаже, а мы сидим и радуемся где-нибудь в Дивеево? Что потушат пожар и нас не зальёт — мол, горит-то снизу, а не сверху? Или что? Где здесь принцип выгоды для России?