Ордынский миф против исторических фактов: о чём молчат апологеты Чингисхана
Политолог Ухов - об историческом и политическом измерениях ордынства
У темы ордынства есть два измерения — историческое и политическое, и их надо чётко разделять. Начнём с первого. Разговоры о том, что монголы прекратили междоусобицы, интегрировали Русь в единую империю, а современное российское государство наследует Орде структуры управления, централизацию власти, даже почтовую службу — всё это есть в определённой историографии. Проблема в том, что это не бьётся с реальной историей и археологией.
Есть свидетели ордынских вторжений — католические монахи-францисканцы: Плано Карпини, Гильом де Рубрук, Андре де Лонжюмо. В 1230–1250-е годы они ездили по дипломатическим делам в Орду и Каракорум, проезжая в том числе территорию Южной Руси. Все они фиксировали гигантское разорение, массовые убийства. Плано Карпини, проезжая мимо Киева, писал, что там лежали десятки тысяч непогребённых людей. Это не метафора.
Ордынское вторжение послужило триггером того, что мы расхлёбываем до сих пор. Именно тогда началось обособление юго-западных земель, Галицкого княжества, от основной Руси. То, что мы сейчас знаем как Украину, стало отделяться именно из-за мощного удара монголов, расколовшего Русь на две части: Галицко-Волынское княжество ушло к западу, а Владимиро-Суздальская Русь стала ядром будущего Московского государства. Этот раскол — прямое следствие ордынского нашествия. Оно колоссально затормозило нас цивилизационно и культурно, уничтожив порядка тысячи городов. На Руси было около полутора тысяч городов, после фиксируется всего триста. 1200 городов просто исчезли на рубеже XIII–XIV веков. Это результат ордынских дел.
Русские — не прилагательное: кому выгодна идея растворения государствообразующего народа
Второй момент — политический. Идеологию ордынства нам пытаются продать как мягкое седативное средство, чтобы мы спокойнее воспринимали миграцию и растворение русских в некой новоисторической общности без национального самосознания, языка, религии, культуры. Эдакая многонациональная общность — примерно как в своё время пытались создать советский народ.
Теперь промигрантски настроенные идеологи продают эту новиопскую идею: никаких русских не существует, мы все потомки ордынцев, а слово «русский» — вовсе не название народа, а прилагательное. И прочие дебильные идеи о том, что не существует этноса «русский», а есть лишь матрица, на которой паразитически должны существовать другие народы, особенно центральноазиатские, имеющие исторические корни в ордынском прошлом.
Всё это разбивается элементарной этнографией, географией, тысячелетней историей. Восточнославянский этнос составляет более 80% населения страны, и по всем критериям Россия — мононациональное государство. Это просто попытка натянуть сову на глобус, игнорируя колоссальный пласт реальной истории.
Как монголы уничтожили мусульманскую цивилизацию, а их потомки теперь славят Орду
Отдельного внимания заслуживает парадокс: апологию Орды порой слышно даже из Думы. Но Орда нанесла катастрофический удар по Волжской Булгарии — цветущему цивилизационному центру, уже к тому времени исламскому.
В современной татарской историографии считается, что татары идут именно оттуда. Вот только Волжская Булгария была полностью уничтожена Ордой. Субэдэй и Батый после битвы на Калке пошли по Волге и стёрли её с лица земли.
Монголы нанесли катастрофический удар и по центрам арабо-мусульманской цивилизации на Ближнем Востоке. Последний аббасидский халиф был убит ханом Хулагу при осаде Багдада в 1240-е годы. Исторический халифат уничтожили именно монголы. И теперь слышать от некоторых людей апологию Орды просто смешно.
Почему местные элиты отстраиваются от России
Надо разделять историческую Орду и политический концепт. Политический концепт — это попытка обособиться в историко-культурном смысле, найти точку легитимизации собственной государственности где-то в глубинах истории, причём вне контура российской цивилизации, созданной русскими как государствообразующим народом на православной матрице. Попытка выводить легитимность из Орды и евразийских идей — это закамуфлированное желание отстроиться от общероссийской идентичности.
С таким же успехом можно было бы конструировать идентичность Великого Новгорода: мол, он к России никакого отношения не имеет, всегда был членом Ганзейского союза германских городов. Можно вывести свою идентичность из Ганзы — и следующий шаг: орден, УБД, отдельный цивилизационный проект.
А дальше вопрос: зачем мы здесь все собрались? Это nation building в чистом виде. Уже есть язык, культурная особенность, а на уровне идеологии — принятие регионального закона о каком-то ордене. Это прямо политика, инициированная определёнными группами влияния и проведённая через региональное Заксобрание. Так просто это не происходит. Значит, внутри местных элит существует запрос на отстройку от общероссийской идентичности.
И вот тут надо смотреть на эту вещь уже не с точки зрения споров о евразийстве. Компетентным органам стоило бы поинтересоваться, кто это продвигает. Правильно написал Андрей Медведев: с таким же успехом можно было бы учредить орден Гитлера. Ровно та же пропагандистская шелуха, только натянутая на другую матрицу.
В 90-е русским пытались внушить коленопреклонение перед Западом, а теперь появились те, кто пытается внушить коленопреклонение перед Востоком. В обоих случаях цель одна — лишить народ собственной истории и идентичности.
