Орбан не ушел в тень и проиграл. А что у нас? Сравниваем две системы

Медиаэксперт Еловский анализирует прошедшие выборы в Венгрии и предстоящие в России

Главная ошибка Орбана: не создал преемника

На парламентских выборах в Венгрии правящая партия «Фидес» во главе с Виктором Орбаном потерпела сокрушительное поражение. Оппозиционная партия «Тиса» Петера Мадьяра получила конституционное большинство. Команда Орбана была уверена в своих силах — рассчитывала, что даже при потере власти сможет сохранить влияние и уйти в Европарламент. Но разгром оказался полным.

Стратегическая ошибка Орбана: он до последнего не верил в свое поражение и не готовился к этому варианту. Технологически и технически не было никаких проблем сохранить «Фидес» близко к большинству или хотя бы составить серьезную конкуренцию. Решение очень простое.

Усталость избирателей — основная проблема Орбана. Это понятная политологическая категория. Стандартное решение: либо заранее начать готовить преемника, выводить его на сцену, накачивать публичностью и голосами, либо держать его как джокера в рукаве и вытаскивать за несколько месяцев до выборов.

Многие так делают. Например, Макрона готовили к выборам заранее. Он выскочил «как черт из табакерки» с легендой, что разругался с правительством и теперь борется с элитами — хотя сам был их плотью от плоти.

Восточноевропейский страх уйти в тень

Орбан мог все это сделать, но проблема в разнице культур Западной и Восточной Европы. На Западе сильно влияние вековых элит, которые всегда договорятся между собой и выставят нужного кандидата, чтобы публика удовлетворилась. В Восточной Европе традиции представительной демократии меньше, лидеры часто боятся уходить в тень и вынуждены постоянно находиться в центре внимания, держаться за власть до последнего.

Виктор Орбан попал в эту ловушку. Не создал преемника, не ушел вовремя в тень. Вся усталость избирателей, весь антирейтинг, который накапливается как производное от долгого правления, обрушились на него. Отсюда — сокрушительное поражение.

Премьер собирал многотысячные митинги в Будапеште, где у него не самая высокая поддержка. Он показывал, что «провластного избирателя много», пытался демотивировать оппонентов. Но усталость оказалась сильнее. Люди уже для себя решили, что не хотят видеть этого человека. Их сложно переубедить. Лучше менять человека. Этого Орбан не сделал.

Российская политическая система: центризм как здоровый консерватизм

Сравнивать политическую систему России с венгерской напрямую нельзя. Они слишком разные. Венгерская система очень националистична, правоцентрична, там левых партий практически нет. «Тиса» и «Фидес» — одинаково правые. В России же сложилась здоровая, сбалансированная система на основе длительных традиций (несмотря на 1991 и 1998 годы). Есть центр — центристская партия.

Это система здорового человека. Любой народ в большинстве своем не хочет крайностей вправо или влево. Крайности возможны только в экстраординарных условиях. Элиты и люди предпочитают сбалансированный центристский путь развития — направленный вперед, но без особых изысков и «вращений». У этой системы есть и правый фланг, и левый с достаточно большим представительством. Она позволяет стране не скатываться ни влево (1917 год мы прошли), ни вправо (Германия показала, чем это кончается).

Большинство людей хотят именно такой центристской истории. Единственный вариант для оппозиционной партии обойти «Единую Россию» — самой стать более центристской, чем она. Но для этого «Единой России» нужно перестать быть центристской и скатиться куда-нибудь влево или вправо — чего она, конечно, не сделает.

Либо должен случиться полный развал систем управления — как в 1991 году. Сейчас даже близко такого нет. У «Единой России» уверенные позиции: 30% рейтинга. Любой оппозиционной партии до нее «как пешком до Луны». К выборам рейтинг центристской партии, скорее всего, вырастет. Избиратель прагматичен: он видит крупнейшую силу и инвестирует голос максимально эффективно, присоединяясь к большинству. «Единая Россия» заберет больше половины голосов. Только катастрофа экономическая и социальная, полное обрушение системы могло бы вывести какую-то оппозиционную партию на первое место. Такого пока не предвидится — и слава богу.

Почему оппозиция упирается в потолок: мобилизация решает

У многих партий есть свой «план» — набрать определенный процент, и когда они его достигают, перестают активничать. Почему так происходит? Ключевым инструментом на выборах является не рейтинг, а мобилизация. У оппозиционных партий основная проблема: их рейтинг выше, чем реальное голосование за них. Не потому, что крадут голоса. Просто они не доводят своих избирателей до урны.

Мы все живем в кризисе представительной демократии. Люди голосовать не хотят. Нужно доводить за руку. Активист, имеющий возможность позвонить 50 знакомым, уговорить, привести на участок и проконтролировать, — это решает. У оппозиционных партий часто не хватает актива, чтобы довести нужное количество избирателей. Вот они и упираются в потолок. Рейтинг может колебаться, но люди сами на выборы не приходят.

Дистанционное электронное голосование (через «Госуслуги») могло бы помочь. Долгое время оппозиционные партии сопротивлялись — из-за накопленного недоверия к государственной системе. Коммунисты до сих пор жестко против ДЭГа, говорили: «Вы нас обманете, накидаете голосов «Единой России». Но практика показала: как только партии начали активно агитировать своих избирателей идти в ДЭГ, у них резко подскочило голосование. На некоторых округах коммунисты даже побеждали в ДЭГе. Теперь большинство партий будут пытаться вести избирателя через онлайн.

Но проблема в устойчивости интернета. Эксперимент с ДЭГом пока охватывает только 40 регионов. Многие регионы находятся в зонах, где интернет регулярно выключается. Если избиратель не сможет проголосовать в ДЭГе, его права нарушены. Он должен иметь возможность проголосовать офлайн. Поэтому «ножками до участка» надежнее.

Три страха избирателя и что с ними делать

Опросы показывают: 82% россиян считают, что цены на продукты и ЖКХ будут расти быстрее доходов. 77% не ждут ослабления контроля над соцсетями и медиа. 66% не верят, что медицина станет доступнее. Это открытая книга для партий, которые хотят повысить рейтинг.

У парламентских партий есть трибуна и масса инструментов, чтобы влиять на эти проблемы. Но они пользуются ими аккуратно. Блокировки интернета имеют четкие основания, но мало кто из политикума и избирателей понимает, насколько эти основания широки и глубоки. Многие люди не понимают, чем они должны жертвовать и ради чего. Это вызывает фрустрацию и тревожность.

Партии могли бы разогнать протест против блокировок, но люди сейчас не хотят протеста ради протеста. Время слоганов прошло. Избиратель прагматичен: он хочет услышать конкретный механизм. «Ты, как и я, за доступный интернет. Как ты этого добьешься?» Если партия мычит о протестах, избиратель понимает, что его используют.

Реального механизма, как найти баланс между безопасностью государства и интересами граждан, пока не предложила ни одна партия. А когда найдет — нужно донести до избирателя. Просто выложить ролик в интернет уже не работает. Нужно доверительное общение один на один. Либо политик, умеющий говорить с массами (такие в основном в «Единой России»), либо большая агитационная сеть, где каждый активист может поговорить с 50–100 людьми за компанию. У оппозиционных партий таких сетей и активистов сейчас нет. И вряд ли они появятся к сентябрю.