Двадцатый пакет забуксовал

Эксперт Митрахович объясняет, почему европейские санкции против российской энергетики напоминают драку в песочнице

Евросоюз планировал принять 20-й пакет антироссийских санкций еще в феврале, к очередной годовщине начала СВО. Не принял. Перенос сроков красноречиво свидетельствует о масштабных противоречиях между странами, национальными правительствами, компаниями и брюссельской бюрократией. Греческие судовладельцы не горят желанием отказываться от перевозок российской нефти из России в Индию. Словакия и Венгрия держатся за южную ветку «Дружбы». Венгрия и сейчас не хочет ускорять отказ.

Основные меры против российской энергетики уже приняты. Морские поставки нефти в ЕС запрещены, исключение сделано лишь для той самой южной ветки «Дружбы» объемом примерно 200 тысяч баррелей в сутки на Словакию и Венгрию вместе взятых. Для сравнения: в Индию Россия поставляет около 1,7 миллиона баррелей в сутки. Почувствуйте разницу в параметрах. Российский газ приговорен к прекращению поставок в 2027 году. Это сделано даже не санкциями, а решениями, уже включенными в право Европейского Союза через Европарламент и Совет ЕС.

Дальнейшая эскалация потребовала бы торможения танкеров с российской нефтью по всему Мировому океану, куда дотянется европейская военная рука. Но она никуда особенно не дотягивается. Полномасштабная блокада России чревата дальнейшей военной эскалацией, к которой Евросоюз категорически не готов. Был бы готов — ввел бы свои войска на Украину под собственным флагом. Отдельные задержания танкеров на неделю-полторы снижают маржу участников торговли, но даже близко не напоминают угрожающую блокаду.

Где Европа берет энергию сейчас? Собственная добыча, атомная энергетика там, где ее не добили. Норвегия, не входящая в ЕС, поставляет около трети газа. США дают примерно столько же, хотя отношения с Вашингтоном неоднозначны из-за Трампа и его сторонников. Есть Северная Африка — Алжир, Ливия. На перспективу рассчитывают на Восточное Средиземноморье: шельф Кипра, Израиля. Но вокруг Израиля зона боевых действий, а вокруг Кипра — противоречия между турками с одной стороны и греками с израильтянами с другой.

Главное решение Брюсселя — сокращать потребление у собственных граждан. Если нет дома, пожары ему не страшны. Сокращайте потребление газа и нефти, режьте энергоемкую промышленность, называйте это переходом к новой экономике. А статистика пусть фиксирует потерю способностей в ключевых отраслях. Главное — успеть объяснить, что это «не баг, а фича».

География как приговор

Вопрос о возобновлении работы «Дружбы» упирается в элементарную географическую несправедливость. Словакия и Венгрия не имеют выхода к морю. Так сложилась логистика. Мадьяр, победив на выборах, прямо сказал: мы не виноваты, что заводы построены здесь, а трубопроводы проложены именно так. Переработка словаков и венгров без поставок по «Дружбе» — а их уже не было почти два месяца в феврале и марте — оказывается в заведомо невыгодном положении по сравнению с соседями, имеющими доступ к морской нефти.

Именно понимание этой несправедливости и заставило Евросоюз сделать для них исключение из санкционной логики с обещанием когда-нибудь в будущем отказаться. А дальше появился Зеленский, которому требовалось поспособствовать поражению Орбана на выборах. Нефть перекрыта под предлогом некоего баллистического снаряда, который никто не видел и не увидит. Брюссель предлагал прислать проверяющую компанию — Киев отказал. Игра сыграна. Показать, что Орбан даже с нефтяным вопросом справиться не способен, хотя хвастается сотрудничеством с русскими.

Мадьяр теперь будет добиваться восстановления работы «Дружбы» на переходный период до 2027 года, когда по европейским законам от нее все равно придется отказаться. Его задача — капать на мозги в Брюсселе и требовать компенсаций: «Мы вступали в ЕС в 2004 году, нам обещали льготы и доступ к фондам. Мы вернулись в лоно святой церкви Европейской комиссии, разморозьте деньги». В Будапеште на заправках не пусто, бензин и дизель можно купить у соседей. Но Мадьяру нужно, чтобы Брюссель компенсировал эту вынужденную смену логистики, как и договаривались больше 20 лет назад.

Слабоумие и отвага

Евросоюз психологически готов отказаться от оставшихся крох российской энергетики. По нефти осталось 0,2 миллиона баррелей в сутки. Раньше одна только северная ветка «Дружбы» снабжала половину Германии. С трубопроводным газом похожая картина: Словакия, Венгрия и страны Балкан, не входящие в ЕС, получают около 15 миллиардов кубометров в год. Для сравнения: в 2022 году Россия поставляла в Европу 150 миллиардов кубов. Было 150, стало 15. Отказаться от последних объемов в 2027 году вполне реально.

Цена — дальнейшее удушение промышленности. Сокращение потребления в химии, металлургии, машиностроении уже произошло в 2022 году, когда Европа потеряла около 100 миллиардов кубов годового потребления. Это сопровождалось мантрой об отсталых отраслях. Мы сделаем ставку на что-то другое. Например, на фармакологию. Но фармакология и электроника — высококонкурентные сферы. Нет никаких гарантий, что Европа окажется конкурентоспособнее Америки или Китая. Убить старое легко. Современная металлургия и химия — вполне высокотехнологичные отрасли. Отказываться от них нерационально. Но они это сделали.

Остается понятие слабоумия и отваги. Пусть будет хуже, зато последовательно. Рационально было бы хотя бы отложить запланированный на следующий год отказ от нефти, трубопроводного газа и СПГ. К этому призывают представители компаний, мыслящих более трезво. Глава итальянской Eni Дескальци, партнер еще советского министерства газовой промышленности с конца 1960-х годов, предлагает отложить запрет на импорт российского СПГ. Но прислушается ли к нему политический мейнстрим Европы? Только если кризис вокруг Ирана разрастется до глубокого и продолжительного. Без этого планы выполнят, хоть они и относятся к категории слабоумия.

Атомный козырь и газовая пауза

Технические возможности для возобновления поставок существуют. Одна нитка «Северного потока-2» не уничтожена в результате диверсии. Путин неоднократно говорил о возможности ее использования, но согласия со стороны Евросоюза нет. Газопровод «Ямал — Европа» через Польшу теоретически существует. Северная ветка «Дружбы» не разрушена. Южная повреждена только на территории Украины и теоретически восстанавливаема. Есть танкеры из Балтийского моря.

Но это абстракции. Решение о 2027 годе как точке отказа уже включено в право ЕС. Ждать очередного пакета санкций не требуется. Газа в России много, но месторождения, работавшие на Европу, сократили производство. По нефти увеличить добычу особо не получится — уперлись в потолок, нужны новые инвестиции в разведку и логистику.

Чтобы Европа передумала, к власти должны прийти совершенно другие люди с совершенно другими решениями. Либо у кого-то должны прочиститься мозги из-за полномасштабной войны между Ираном и арабскими странами со взаимным уничтожением нефтяной инфраструктуры. Но пока это версия. Сценарий сделки на Ближнем Востоке выглядит вероятнее полномасштабной бойни.

Отдельная история — атомная станция «Пакш-2» в Венгрии. От нее, скорее всего, не откажутся. Дадут достроить. Но топливо будет поставлять не «Росатом», а американская Westinghouse, специально ориентированная на производство топлива под станции советского и российского дизайна.