Альянс под дымовой завесой

Военный эксперт Артамонов объясняет, почему НАТО не разваливается, а перестраивается под большую войну

Громкие заявления о скором распаде Североатлантического альянса, которые то и дело всплывают в инфополе, мягко говоря, преждевременны. То, что сейчас происходит внутри блока, — не расслоение и не агония, а глубокая, системная перестройка с четким вектором.

Администрация Трампа, традиционно использующая риторику как дымовую завесу, прикрывает ею принципиально иную стратегию: передачу европейцам большей ответственности за собственную оборону при сохранении полного американского контроля.

Европа действительно получает возможность наращивать мускулы. И здесь ключевым игроком становится Франция — вторая страна в мире по экспорту вооружений, обладатель полного цикла производства от полупроводников до космических систем и ближайший из европейских кандидатов на создание собственного гиперзвукового оружия. Американские базы при этом никуда не исчезли, ядерные заряды в Италии и Германии остаются на своих местах. Меняется только тактика: Вашингтон больше не хочет тянуть европейскую оборону в одиночку, но и выпускать вожжи из рук не намерен.

Германия и Япония: две страны с одним оккупантом

Заявления Берлина о намерении создать собственный ядерный щит и параллельное решение Токио о пересмотре пацифистской конституции — не совпадение, а звенья одной цепи. Оба государства до сих пор пребывают в уникальном статусе, навязанном им после Второй мировой войны. Оба имеют на своей территории американские войска, перемещающиеся без предварительного согласования с национальными властями. Оба формально лишены права на полноценные армии.

Однако факты упрямы. У Германии уже есть военный бюджет, который стремительно раздувается, и возвращенная (пусть пока и «добровольная») воинская повинность. У Японии — $44 млрд на оборону, четыре авианосца класса «Идзумо» и «Хюга», 340 тысяч человек в «силах самообороны» и 1500 единиц авиации. При этом правящая Либерально-демократическая партия во главе с премьером Санаэ Такаити вплотную подошла к внесению конституционных поправок, которые окончательно похоронят послевоенный пацифизм.

Важно понимать, против кого эти поправки. Если бы Токио действительно стремился к суверенитету, он начал бы с пересмотра статуса американских баз. Этого нет. Значит, речь идет не об освобождении от оккупации, а о модернизации военной машины с вполне конкретными географическими ориентирами — Кунашир, Итуруп, Шикотан, Хабомаи и пролив Лаперуза.

Турецкий фактор: от субмарин до ядерного порога

Турция, в отличие от Германии и Японии, формально суверенна. Но ее аппетиты растут еще быстрее. Заявление главы МИД Хакана Фидана о том, что Анкара будет вынуждена вступить в гонку в случае появления ядерного оружия у Ирана, — первое публичное признание того, что турецкие элиты всерьез рассматривают этот сценарий.

При этом у Турции уже есть все, кроме финишной прямой: американское ядерное оружие на базе Инджирлик, собственный истребитель пятого поколения в разработке, пакистанские самолеты 4++, способные нести тактический ядерный боеприпас, и стремительно растущий ВПК на фоне падающих экономических показателей. Демография и милитаризация — классическая пара признаков, заставляющая военных аналитиков нервничать.

К этому добавляется Организация Тюркских Государств, созданная не без участия британской разведки. Азербайджанский контингент, турецкие военные советники при президенте Алиеве и фактическая интеграция оборонных программ двух стран создают на южных рубежах России объединенную силу, которая при мобилизации способна выставить до миллиона человек.

Разрушенный фундамент: мир без договоров

6 февраля текущего года мир вошел в состояние, в котором не находился с 1972 года. Система договоров, сдерживавшая гонку ядерных вооружений полвека, окончательно рухнула. Продление СНВ-3 — вопрос политической воли, которой у администрации Трампа нет. Президент США прямо заявил, что не признает международное право, а лишь «собственное моральное право» и интересы своей страны.

Следующей целью может стать Договор о запрещении ядерных испытаний в трех средах. Если падет и он, последний краеугольный камень глобальной безопасности будет выбит. В мире, где ничто не запрещено, ядерное распространение перестает быть вопросом технологий и становится вопросом времени.

Исторические рельсы: те же страны, те же амбиции

Случайно ли, что именно Германия, Япония и Турция сегодня возглавляют гонку вооружений внутри западного блока? Историческая память отказывается считать это совпадением.

Турция, объявившая войну Германии лишь в марте 1945-го и державшая 25 дивизий на границе с СССР в ожидании падения Сталинграда, — не просто союзник по НАТО. Фон Папен вел там переговоры о вступлении в гитлеровский блок задолго до того, как это стало немодным.

Современные германские генералы Бойер и Фрейдинг, а за ними и министр Писториус, уже озвучили сроки — три года. Три года до готовности к конфронтации с Россией. Японские либерал-демократы заходили на поправки к конституции еще в 2004 году. 20 лет они ждали своего часа.

Ставка на 2029–2030 годы

Текущая перестройка НАТО — не хаос, а планомерная подготовка к новому этапу. Европа получает более мощную военную компоненту, но остается под американским зонтиком. Германия и Япония, освобождаясь от послевоенных ограничений, не освобождаются от американского присутствия. Турция, формально самостоятельная, действует в фарватере западных интересов в Закавказье и Центральной Азии.

При сохранении текущих темпов милитаризации и отсутствии договорных ограничений окно опасности для России откроется через три-пять лет. Сокращение этого срока возможно, если испытания новых систем пойдут быстрее планов.

Мир, который еще вчера казался предсказуемым, перестал быть таковым. И если прошлый век учит нас чему-то, то именно тому, что периоды «дымовых завес» обычно заканчиваются пожарами.