После нас хоть DELUGE
Эксперт по армиям НАТО Артамонов разбирается, насколько реален паритет вооружений между странами альянса и Россией
На фоне истерии вокруг размещения ядерного оружия в Финляндии и агрессивной риторики Прибалтики возникает резонный вопрос: а существует ли в реальности то самое технологическое превосходство Запада, о котором трубят из каждого утюга? Если отбросить пропагандистскую шелуху и обратиться к сухим фактам — с американскими инновациями все обстоит гораздо хуже, чем принято считать.
Начнем с технологий стратегических. Именно здесь отставание Соединенных Штатов наиболее очевидно и, по мнению многих специалистов, непреодолимо в сжатые сроки. Российский боевой планирующий блок «Авангард» и линейки гиперзвукового ракетного вооружения, анонсированные президентом в послании Федеральному собранию еще 1 марта 2016 года, тогда цинично окрестили «мультиками». Прошло восемь лет, и скепсис сменился суровой реальностью: у американцев нет ни действующих образцов гиперзвукового оружия, ни технологической базы для их создания. Причина до обидного проста — нет подходящих сплавов, способных выдерживать скорость от 4,5 до 5 Махов.
То же касается и подводных беспилотников класса «Посейдон». Здесь американские инженеры буксуют, потому что подобные разработки требуют целых направлений исследований, которых в Штатах просто не существует. В области ракетных силовых установок для выхода в космос ситуация не лучше: разрекламированные двигатели Илона Маска, собранные из более чем десятка маневровых движков, не являются новым маршевым двигателем по сути. Не говоря уже о том, что американцы, по их собственному признанию, «забыли», как делать двигатели для полетов на Луну.
Лазерного оружия в бесперебойном боевом исполнении у них тоже нет — есть лишь опытные установки. Даже знаменитая фраза Трампа о «супер-пупер-ракетах» из его первого срока так и осталась фигурой речи. Полигонные испытания и реальное боевое применение говорят о том, что по целому ряду направлений США остаются в роли догоняющих, и сократить этот разрыв быстро не получится.
«Вирджиния» против «Ясеня»
Тем не менее было бы ошибкой списывать со счетов американскую военно-морскую школу. Пентагон действительно запустил серию новых подводных лодок класса «Вирджиния» — последнюю модификацию, названную «Массачусетс», которая прошла ходовые испытания в октябре прошлого года. Она обладает модульной конструкцией, воздухонезависимой силовой установкой, позволяющей месяцами находиться под водой, и 28 «Томагавками» совершенно иного принципа размещения. Лодка глубоко автоматизирована и вырабатывает воздух не только для работы двигателя, но и для дыхания экипажа. Это впечатляет.
Однако для объективности стоит взглянуть на ситуацию и с другой стороны: российские подлодки «Ясень», «Борей-А» и «Ясень-М» уже давно пошли в серию и представляют собой последнее поколение, до уровня которого американцы только сейчас пытаются доработать свои субмарины.
Более того, их гордость — подлодка Sea Wolf, построенная ограниченной серией из двух единиц в 1995 году, оказалась настолько дорогой, что от нее отказались сами же американцы. А ведь это была их вершина технологий того времени. Сейчас Штаты впервые за 40 лет приступили к созданию новой ядерной боеголовки W-93 для установки МК-7 подводного базирования, совместимой с Trident Block 2, но это снова лишь начало долгого пути.
Дизель-электрический пробел и DELUGE из Европы
Но если в атомном подводном флоте еще сохраняется примерный паритет, то в сегменте дизель-электрических подлодок ситуация для России выглядит тревожно. На Балтике против нас действует группировка из 16 дизель-электрических подлодок НАТО, преимущественно французского и шведского производства, новейших проектов.
В то время как наши подлодки класса «Лада» и модернизированные «Варшавянки» хоть и существуют в металле, их массовое производство остается острой проблемой. Здесь противник имеет численное преимущество, которое необходимо экстренно нивелировать.
Куда более угрожающе выглядит и другая новость: совместная разработка США и европейского концерна MBDA — крылатая ракета DELUGE. Буквально «потоп» или «наводнение» — это оружие, создаваемое для достижения преимущества именно на Европейском театре военных действий. Ключевые характеристики впечатляют: дальность в 1000 километров — правда, меньше, чем у «Томагавка» (более 3000 км), — но главное — эффективная площадь рассеяния (ЭПР) составляет всего 0,1 квадратного метра. На радарах такая ракета видна как крупная птица. И самое важное: DELUGE разрабатывается совместно с франко-германским концерном MBDA. Это уже не просто технологическая новинка — это подготовка альянса к открытому конфликту.
Эксафлопсы, «Рубикон» и нейроморфы: битва за цифровой мозг войны
Область, в которой Североатлантический альянс действительно сохраняет лидерство, — это боевая информационно-управляющая система. Сетецентрический принцип, основанный на мгновенной передаче данных со спутников, самолетов дальнего радиолокационного обнаружения, контрбатарейных станций и даже пехотинцев с тактическими планшетами в реальном времени, — вот что стоит за успехами НАТО в координации боевых действий. Вся эта масса данных стекается в BigData Center и обрабатывается компьютерами эксафлопсного класса, такими как Frontier или Aurora, способными выполнять квинтиллион операций в секунду. У нас пока петафлопсные машины — отставание на порядок, и для поля боя это критично. Именно эта система позволяет мгновенно распределять цели и управлять войсками на расстоянии.
Россия активно создает собственную систему «Рассвет» — вывод на орбиту спутников нового поколения, один такой аппарат заменяет от 10 до 30 спутников Starlink. Попытки украинских нацистов сорвать пуск были отражены, и постепенно трофейные терминалы Маска уходят на второй план, уступая отечественным разработкам. Кроме того, уже существует и работает на фронте система роевого управления беспилотниками «Рубикон», позволяющая одному оператору управлять сотнями дронов, находясь на большом удалении. С этим проблем нет. Проблема — в массификации и сборке всех элементов в единый пазл.
И здесь на горизонте появляется то, чего у американцев нет и в ближайшее время не предвидится: нейроморфы. Это компьютеры, построенные по принципу человеческого мозга, где одна и та же ячейка (мемристор) и обрабатывает, и накапливает информацию. В отличие от классической архитектуры, где процессор и память разделены, нейроморф позволяет совершить качественный скачок. Именно в этом направлении, а также в квантовых вычислениях, Россия опережает конкурентов, хотя пока это скорее научно-исследовательский задел, а не военная технология.
Авиационный миф НАТО
В небе картина также далека от однозначного превосходства Запада. Да, численно авиация НАТО превосходит российскую в разы: более 5000 самолетов класса от F-16 до F-35 против значительно меньшего парка ВКС России. Но качество этих машин вызывает серьезные вопросы.
F-35 многократно подвергался критике в Конгрессе США из-за десятков недоработок, многие из которых могли стать фатальными для пилотов. У него «близорукая» радиолокационная станция, мертвые зоны по бокам, и в реальном бою он никогда не участвовал. Французский «Рафаль», к слову, превосходит американскую машину по ряду параметров — но в целом инновации в Штатах сейчас буксуют настолько, что они пытаются любыми путями перебазировать немецкие и французские предприятия к себе.
Российский же Су-57, самолет последнего поколения, хотя и не применялся в полноценных боевых действиях, не имеет такого шлейфа технических проблем. Американцы сами признают, что их техника сырая и недоделанная, и это при том, что денег в нее вливается колоссальное количество.
Авианосцы-туалеты и ядерная импотенция
Надводный флот США — это 11 авианосцев, из которых, по шуткам моряков, лишь три-четыре постоянно находятся в океане. Остальные ломаются. Хрестоматийной стала история, когда на авианосце, направлявшемся к берегам Ирана, загорелся гальюн и прачечная, после чего корабль срочно отправился на Кипр.
Еще показательнее другой эпизод: когда хуситы заявили о наличии у них гиперзвуковых ракет «Фатех-4» (иранской классификации) со скоростью 8–9 Махов, американский авианосец, двигавшийся к Суэцу, внезапно изменил курс и отправился в обход Африки, испугавшись проходить мимо Йемена. В эпоху гиперзвука гигантские корабли стоимостью в миллиарды долларов становятся дорогими мишенями, и ничто не мешает малому ракетному катеру класса «Каракурт» нанести по ним фатальный удар.
Не лучше дела обстоят и с ядерным потенциалом США. Когда Трамп распорядился возобновить работу полигонов и нарастить производство, выяснились неприятные подробности. Утрачена технология работы на ядерных полигонах. Утрачены технологии производства запчастей для ракет «Минитмен Блок-3» — компании «Боинг» пришлось заново запускать давно снятые с производства линии, потому что запчастей просто нет.
Более того, выяснилось, что у США не хватает оружейного урана для замены боевых частей, а попытка построить второй завод по его производству провалилась — технологию утратили. Единственный завод работает на границе с Мексикой, но его мощностей недостаточно.
Ядерный зонтик Макрона и Пекин под нашей защитой
Франция тем временем наращивает ядерные мускулы. 1 марта на базе подводных лодок «Иль-Лонг» Макрон объявил экипажам о переходе к системе «передового сдерживания» и намерении растянуть французский ядерный зонтик на Польшу и Прибалтику. Речь идет о переброске двух эскадрилий с ракетами ASMP (тактическое ядерное оружие класса «воздух-земля», мощность — порядка 12–16 килотонн, сопоставимо с Хиросимой) и теоретической возможности поделиться ядерными технологиями с восточноевропейскими союзниками, что является прямым нарушением ДНЯО.
У Франции сегодня не менее 250 боеголовок, и Макрон планирует нарастить их количество до 300–400. У Великобритании — около 130. Суммарно это 400–500 боеголовок, что хоть и несопоставимо с российским арсеналом (около 2000 на боевом дежурстве, по оценкам НАТО — до 6000 с учетом складских), но все равно представляет угрозу.
Китай, по разным оценкам, располагает 200–250 боеголовками, и Пентагон тщетно пытается втянуть Пекин в ядерные переговоры. Ответные шаги Москвы очевидны: учитывать совокупный потенциал Запада необходимо, но требовать ограничений от Китая Россия не будет. Более того, по некоторым предположениям, китайские ракеты шахтного базирования размещены в районе схождения границ Монголии, России и Китая, и фактически находятся под прикрытием российского зонтика ПВО. Такая взаимозависимость — основа для долгосрочного стратегического партнёрства. А любые попытки американцев продавить Китай приведут лишь к тому, что сравнение арсеналов — 500 боеголовок у НАТО против 250 у Китая — вновь выставит альянс агрессором, а не жертвой.
Реальность такова: технологического превосходства, способного обеспечить Западу легкую победу, не существует. Есть отставание в гиперзвуке, деградация ядерной инфраструктуры, сырые самолеты и устаревшие корабли. И есть опаснейшая сетецентрическая система, которую пока не удалось превзойти. Именно на ее нейтрализацию должны быть брошены основные усилия, поскольку, как показывает опыт, воюет против нас не украинская армия, а весь блок НАТО — от запчастей и разведки до планирования операций. И противостоять ему предстоит, не только догоняя, но и обгоняя в тех областях, где мы уже впереди.
