Визит Кушнера и Уиткоффа в Москву: техническая пауза, а не прорыв
Политолог Коробков о том, чего ждать от посланников Трампа
От визита американских эмиссаров в Москву ждать серьезных прорывов не стоит. Президент США открыто признает: заинтересованные стороны к реальным уступкам не готовы. Все настраиваются на продолжение боевых действий как минимум на осенне-зимне-весенний период. Нынешняя поездка — скорее зондаж, попытка восстановить контакты и проработать периферийные вопросы.
К тому же самому Трампу сейчас откровенно не до украинского досье. Идет избирательная кампания, заканчивается сезон праймериз. Украина не входит в число актуальных тем для электората. Даже во внешнеполитическом блоке есть куда более горячие сюжеты — Палестина, война с Ираном, — которые всерьез волнуют и левых, и правых избирателей. Украинский конфликт в этой иерархии занимает в лучшем случае второстепенные позиции.
Все стратегические установки Трампа по Украине остаются неизменными последние 11 лет, с тех пор как он занялся практической политикой. Во многом они сформировались еще раньше — около 2000 года, когда он начал высказываться по внешней политике. Меняется исключительно тактика, предвыборный эпатаж, который и американские журналисты, и европейцы регулярно принимают за чистую монету, слыша то, что хотят услышать. Когда Трамп делал заявления о якобы улучшившемся отношении к Зеленскому или об изменении подхода к конфликту в целом, немедленно раздувалась кампания. Но уже тогда было ясно: денег он давать не собирался, ракет — тоже. Обещание поделиться технологией для строительства завода, который в лучшем случае достроят к 2029 году, само по себе говорило: серьезно менять линию Трамп не намерен.
Цены на бензин бьют по республиканцам сильнее, чем любые снаряды
Обычно внешняя политика играет второстепенную роль в американских выборах. Но нынешний конфликт бьет по конкретным избирателям — через кошелек. Проблема для республиканцев состоит не в войне как таковой, а в ее экономических последствиях.
Трамп загнал себя в глубокую лужу: любая попытка возобновить серьезные силовые действия немедленно ведет к росту цен на энергоносители и дестабилизации биржевых показателей. В результате растут цены на бензин внутри США — с декабря по июнь они взлетели в полтора раза, потом начали понемногу снижаться, но лихорадка продолжается. Это стало настоящей электоральной катастрофой для республиканцев. Речь не о моральной стороне войны, а о ее ударе по карману рядового американца.
Прецеденты, когда внешняя политика всерьез влияла на выборы, были — Вьетнам и Ирак 2003 года. Но в период вьетнамской войны протестовали в основном потенциальные призывники и их семьи, остальных это волновало куда меньше. Во время Ирака левые устраивали серьезные протесты, однако в целом население поддерживало войну, а леваки находились не у власти. Сегодняшняя ситуация иная: удар идет напрямую по бюджету каждой семьи, и это создает огромные риски для правящей партии.
Левые радикалы неожиданно помогают Белому дому
Однако у республиканцев появился неожиданный союзник — демократические социалисты, леворадикальное крыло Демпартии. Они создали сразу две проблемы для своих однопартийцев. Во-первых, агрессивно пожирают традиционную, центристскую, крайне престарелую и часто коррумпированную партийную верхушку: очередной старожил Палаты представителей проиграл праймериз левому прогрессисту в Коннектикуте.
Во-вторых, и это важнее, американские выборы строятся вокруг двух задач: наэлектризовать собственный электорат и перетянуть к себе умеренных центристов. Демократы в своей массе искренне ненавидят Трампа и все равно придут на участки. А вот значительная часть центристов, испугавшись таких фигур, как Мамдани в Нью-Йорке или Эль-Саид в Мичигане, может либо не проголосовать за демократов, либо вовсе уйти к республиканцам. Два месяца назад республиканцы стояли перед перспективой электоральной катастрофы из-за войны с Ираном. Сейчас ситуация значительно улучшилась, но остается крайне нестабильной.
Отдельный фактор — иранское руководство, которое прекрасно понимает тупик, в который загнал себя Трамп. Тегеран, скорее всего, не пойдет на серьезные уступки до выборов и вполне может перед самым голосованием спровоцировать новый кризис с очередным инфляционным рывком в Штатах.
Трампу отчаянно нужны эти выборы
Недавняя публикация Axios, намекнувшая, что Трамп будто бы не придает большого значения результатам выборов в Конгресс, не выдерживает никакой критики. Для президента на кону стоят несколько критически важных пунктов. Первое: если демократы получат контроль над Палатой представителей, они в первый же день нового созыва запустят многочисленные расследования и процедуру импичмента. Трампу это совершенно не нужно — как минимум это отрывает его от системных реформ. Во-вторых, он думает о своем наследии. Поражение станет серьезнейшим ударом. Поэтому Трамп куда более среднего президента озабочен исходами этих выборов. Это вопрос и личного выживания, и места в истории.
Вторая половина второго срока любого президента — период «хромой утки», когда его возможности влиять на партию и будущий курс резко ослабевают. Трамп совершенно не намерен ослаблять контроль. Он агрессивно продвигает своих кандидатов на праймериз и будет делать все, чтобы определять политику республиканцев не только ближайшие два года, но и после 20 января 2029-го. Отсюда — постоянная игра с преемником: намеки, решена ли судьба Вэнса или Рубио, балансирование между фракциями.
С одной стороны — убежденные трамписты, люди MAGA, разочарованные началом войны с Ираном. С другой — традиционные республиканцы и неоконсерваторы, всегда приветствовавшие зарубежные интервенции. Лидирующей фигурой там был сенатор Линдси Грэм*, и хотя Трамп вряд ли испытывал к нему теплые чувства, продвижение его сестры в качестве преемницы помогает наладить связи с неоконами. Главный представитель этого крыла в администрации — Марко Рубио. Для Трампа это тактическая игра не только между личностями, но и между фракциями. Потенциальные преемники будут висеть в подвешенном состоянии практически до конца президентского срока.
Демократы перед дилеммой-2028: южные центристы против левого актива
У демократов ситуация гораздо сложнее. Если республиканцы состоят из двух-трех фракций, то демократы — из десятков трудноуправляемых групп, агрессивно преследующих собственные цели. Чтобы получить номинацию в президенты, нужно понравиться большинству этих фракций: феминисткам, сексуальным меньшинствам, представителям различных этнических и расовых групп. Каждому приходится раздавать пряники, и во время праймериз кандидаты сдвигаются все левее. А после номинации нужно как-то сказать «я пошутил» и попытаться сдвинуться к центру, где находится большинство электората.
Парадокс демократов в том, что победитель праймериз малопривлекателен для среднего избирателя. Шесть лет назад, когда леворадикалы во главе с Берни Сандерсом начали побеждать на праймериз, партийная верхушка нарушила все возможные правила и вытолкнула Байдена — человека, чьи физические и ментальные способности были под вопросом. Он проскочил за счет тотального отвержения Трампа: левый избиратель готов был голосовать за кого угодно, лишь бы не за республиканца.
Сегодня та же опасность — усиление леворадикального крыла плюс глубочайший раскол по вопросу Палестины и Израиля. Между тем сильный кандидат для демократов — это политик с юга, доказавший, что может избираться в республиканском штате и обладающий умеренными взглядами. Так выигрывали Джимми Картер из Джорджии и Билл Клинтон из Арканзаса. Сейчас есть по крайней мере две такие фигуры — сенатор от Джорджии Джон Оссофф и губернатор Кентукки Энди Башир. Они центристы, молоды, производят впечатление людей нового поколения. Но пройти через механизм праймериз им чрезвычайно сложно: они неприемлемы для партийного актива и станут предметом ненависти леворадикального крыла.
Те же фигуры, что видны на поверхности — Ньюсом из Калифорнии, Харрис, Буттиджич и другие, — каждый несет очень серьезные проблемы. Демократам в этом плане не позавидуешь. Республиканцы же, при всех сложностях, сохраняют контроль над партией в руках Трампа, который продолжит свою тактическую игру, не раскрывая карт до последнего.
* — в реестре террористов и экстремистов Росфинмониторинга
