От «Да, премьер-министр» до «Наша война против России»
Обозреватель Корнилов описывает британский политический балаган на фоне общей узурпации власти в Европе
Политический театр в Лондоне окончательно превратился в скетч-шоу, где бывшие министры играют самих себя перед лицом «русской ядерной угрозы», а премьеры меняются с калейдоскопической скоростью. На этом фоне Урсула фон дер Ляйен пытается прибрать к рукам европейский ВПК, а журнал Der Spiegel выходит с обложкой «Наша война против России», фактически легализуя риторику 85-летней давности. РЕПОРТЁРЫ разбирают ключевые сюжеты нового европейского абсурда.
Сбитые летчики в кадре
Британский телеэфир готовит уникальное блюдо: осенью должен выйти сериал, где бывший вице-премьер Майкл Гоув играет роль премьер-министра, а его первым замом становится экс-глава Шотландии Никола Стерджен. Сюжет закручен вокруг принятия решения о ядерной атаке России на Соединенное Королевство. Сам факт появления подобного проекта свидетельствует о зашкаливающей антироссийской паранойе. Ясно, что сериал только усилит истерию, которая и так достигла клинических значений.
Но гораздо интереснее мотивация участников. Майкл Гоув — вечный заговорщик, серый кардинал консерваторов, десятилетиями интриговавший против премьеров и мечтавший занять их место, но всякий раз вылетавший на финише. Его вышвырнули из политики, и теперь, возглавляя журнал The Spectator, он согласился на роль, чтобы хотя бы раз в жизни услышать заветное «Да, премьер-министр».
Никола Стерджен преследует иную цель: она в центре громкого скандала с растратой партийных средств. Ее муж, возглавлявший Шотландскую национальную партию, воровал все, что плохо лежит, включая покупку трейлера на партийные деньги. Стерджен пытается доказать, что не знала о трейлере, стоявшем у них во дворе. Участие в шоу — попытка отвлечь внимание от судебных тяжб. Подбор лиц действительно уникальный: каждый — сбитый летчик со своей историей и мотивацией. Но сработает ли эта пропаганда на массы, пока остается загадкой.
Стармер прослезился, министры ржали: как британский премьер ушел, не сделав ничего
Отставка Кира Стармера войдет в учебники политологии как образец бессмысленности. В прощальной речи он заявил, что самым гордым моментом его жизни был вход на Даунинг-стрит два года назад. Не то, что он сделал на посту, — а именно сам факт захода в здание. Лучшую эпитафию его премьерству придумала The Times: если больше гордиться нечем, значит, не сделано ничего.
Кадры прощания стали воплощением политического одиночества: Стармер плакал, а стоявшие рядом министры откровенно ржали. Никто не изобразил даже дежурной грусти. Приход его вероятного преемника — Энди Бернема — лейбористская фракция встретила ликующей толпой: каждый уже мысленно примерял министерский портфель. Никто не вспомнил уходящего «отца родного».
Пройдет год — и фамилию Стармера будут вспоминать с трудом. Как заметил один британский журналист, его 12-летняя дочь за свою короткую жизнь увидела уже седьмого премьера — столько же, сколько сам журналист за 41 год. Смена лиц в британской политике достигла скорости курьерской доставки.
Премьер без мандата и «манчестеризм головного мозга»
Энди Бернем, идущий на смену, — фигура еще более эфемерная. Процедура выборов нового лидера лейбористов, а значит, и премьера, оказалась поразительно «демократичной». Поскольку единственный конкурент — Уэс Стритинг — снял свою кандидатуру, выторговав пост в будущем правительстве, Бернем может стать безальтернативным кандидатом и будет технически утвержден небольшой группкой лиц в штабе партии. Без выборов, без всенародного голосования. Daily Mail вышла с первой полосой: «Премьер-министр без мандата».
Его политическая программа сводится к загадочному слову «манчестеризм». Что это значит, не знает никто. В ходе своей депутатской кампании в Манчестере он не сказал ни слова об Украине, о России, о внешней политике. Вся кампания крутилась вокруг дорог, больниц и уличного освещения. И вот этот «манчестеризм головного мозга» теперь будет рулить ядерной державой.
Кто на самом деле определит внешнюю политику? Судя по тому, что Шабана Махмуд остается главой МВД, а пост канцлера прочат Эду Милибэнду — автору зеленой повестки и нулевых выбросов, — ничего не изменится. Как верно заметил Найджел Фарадж, смена одного лейбориста на другого лейбориста ничего не меняет. Дональд Трамп, первым анонсировавший отставку Стармера, указал на две главные проблемы — миграцию и экономику, — и обе, судя по кадровым решениям, только усугубятся. Теперь консервативная пресса и правые партии неизбежно потребуют досрочных выборов.
Урсула падка на деньги: как фон дер Ляйен узурпирует ВПК, избавляясь от «прибалтийской занозы»
Пока Британия меняет безликих премьеров, Урсула фон дер Ляйен продолжает концентрировать власть. Она уже заявила, что военно-промышленный комплекс ЕС должен находиться в руках Еврокомиссии, хотя базовые соглашения Евросоюза оставляют оборонную политику исключительно в компетенции национальных правительств.
Но Урсула любит деньги, а самые большие деньги сейчас идут в ВПК. Европейские автогиганты, терпящие крах из-за трамповских пошлин и переноса производств в США, переключаются с автомобилей на танки. А раз есть танки, появляются и денежные потоки, мимо которых глава Еврокомиссии пройти не может.
Плюс ее достали собственные назначенцы. Кая Каллас и Андрюс Кубилюс, которых она ставила на высшие посты как совершенно ручных и никому не интересных прибалтов, внезапно превратились в занозу в филейной части. Она ими тяготится и теперь пытается перетянуть их полномочия на себя и свой аппарат. Все это решается кулуарно, небольшой группой людей, без участия национальных правительств и тем более избирателей. В Британии премьера выбирает кучка людей, не спрашивая народ. Точно так же Урсула перебирает на себя полномочия, влияющие на войну и мир. О демократии в современной Европе уже мало кто вспоминает.
«Наша война против России»: Spiegel срывает маски и воскрешает 85-летнюю риторику
Но самый откровенный жест сделал Der Spiegel. 22 июня, в годовщину нападения нацистской Германии на Советский Союз, журнал вышел с обложкой «Наша война против России». Редакционная группа, отвечающая за заголовки, одобрила именно такую формулировку после долгих дебатов. Подзаголовок гласил: «85 лет назад нацистская Германия атаковала Советский Союз. Как те преступления продолжают влиять на семьи и политику». По сути, Spiegel сказал то, что на самом деле думают немецкие и европейские политики. Для них нынешняя война на Украине — это продолжение войны объединенной Европы против России. Они уже не скрывают. Маски сброшены.
Они отринули чувство вины, которое прежде хоть как-то сдерживало риторику. Теперь в Германии стало модным искать свои нацистские корни: база данных открыта, и все дружно находят дедушек в СС и НСДАП. Это серьезный показатель изменения общественных настроений. А на Украине 30 июня бурно отметят 85-летие провозглашения «восстановления украинской державы».
Именно 30 июня 1941 года во Львове, прибывшие в обозе немецкой армии коллаборационисты ОУН и Бандера провозгласили «новую Украину в единой европейской семье» под руководством «нашего вождя» Адольфа Гитлера. Если сейчас из этой фразы убрать имя Гитлера, получится ровно то, что говорит Зеленский. Пока еще портретов фюрера нет — стесняются. Но в остальном — один в один. И Spiegel, сам того, возможно, не желая, провел прямую параллель.
