Зеленский, ультиматум Лукашенко и большой европейский забег
Родион Мирошник о том, кого Киев пытается разозлить, а кого – разжалобить
Киев вновь наращивает ставки: президент Украины выдвинул ультиматум Александру Лукашенко, пригрозив ударами по белорусским НПЗ, если в течение недели с границы не уберут технику. Одновременно на западном фланге тлеют конфликты с ближайшими соседями — от Венгрии до Польши. Все это происходит на фоне формального запуска переговоров о вступлении в ЕС, обещанного Киеву как пряник.
То, что Киев последовательно пытается триггерить Белоруссию, — факт. Выпады в адрес Лукашенко звучат уже полтора месяца, и они не ограничиваются словами. Атака на автобус с детьми в Брянской области показала: списывать угрозы на чистый пиар-блеф было бы излишне оптимистично. Украинскому руководству сегодня не жалко ни территорий, ни населения, ни экономики. Под удары России страна уже подставлена, а если прибавятся еще и удары Белоруссии — для Киева, по сути, ничего фатально не изменится.
За этим просматривается не только личное желание Зеленского, но и задача, поставленная европейцами. Европе крайне важно втянуть Минск в конфликт, снять с Белоруссии ограничения, которые пока защищают страну, не участвующую в боевых действиях. Еще сильнее Брюссель раздражают контакты Лукашенко с Трампом. Любая коммуникация между Россией, ее союзниками и Соединенными Штатами для европейских элит — как красная тряпка. Они готовы далеко пойти, и Украина снова выступает расходным материалом: какая разница, будет ли она разбиваться только со стороны Донбасса и юго-востока или еще и со стороны Черниговской области? Прагматичная циничная логика.
К такого рода выпадам необходимо относиться серьезно и готовить жесткий ответ, чтобы ни у Киева, ни у его кураторов не возникало желания втянуть в продолжение конфликта дополнительные государства.
Венгерский кейс: как Мадьяр распечатал пыльный сундук требований
Параллельно Венгрия сняла вето на переговоры Украины с ЕС, но взамен заставила Киев вернуть права закарпатским венграм. Этот кейс немедленно запустил цепную реакцию: Румыния и Болгария уже требуют аналогичных уступок для своих общин. Маховик раскручен, и теперь Украина вынуждена идти по большому кругу, встречаться с каждой страной и обсуждать застарелые проблемы.
Очередь выстроилась немаленькая: Румынии нужна Буковина, Болгарии — Причерноморье, и везде большие диаспоры. А у Венгрии в перечне из 11 требований, например, есть вопрос о квотах для венгров в Верховной Раде и местных органах власти.
Самое болезненное — голосование по вступлению в ЕС консенсусное. Все страны должны проголосовать за. Так что Киеву придется съесть еще не один пуд соли и ответить на вызовы, которые он сам же и создал за предыдущие годы. Перспектива вступления оборачивается долгой и мучительной дипломатической каторгой.
Русский язык как ловушка, в которую Европа не полезет
Разрешив защиту венгерского, болгарского, румынского языков, Зеленский при этом уже подписал закон об исключении русского языка из европейской хартии. И не стоит надеяться, что Евросоюз последует своим же нормам и потребует защитить права русскоязычных.
Сегодняшние евроструктуры настроены русофобски, и нарушение прописанных норм госпожу фон дер Ляйен или Каю Каллас ничуть не смущает. Они, не мудрствуя лукаво, выдумывают, как судить Путина, создавая трибунал без всяких юридических оснований. Если какие-то правила мешают — их быстрее перепишут, чем станут отстаивать интересы России и русскоязычных граждан.
На Украине уже есть прецеденты: законы описывают поблажки для языков ЕС, а всем остальным — «идите лесом». Поэтому поиск инструментов защиты русского языка, канонической церкви и исторического наследия лежит исключительно на самой России. Никто другой, уж тем более Евросоюз, этим заниматься не будет.
Бандеровцы против хлопов: почему Польша больше не проглотит обиду
Отношения Украины с Польшей перешли в стадию открытой дипломатической войны. Скандал с Орденом Белого Орла и героизацией УПА взорвал и без того напряженный фон. Глава МИД Сибига уже грозит «зеркальными мерами», а уровень негатива поляков к украинцам достиг рекордных 43 процентов.
Польская шляхта исторически никогда не питала любви к хлопу, и украинские беженцы воспринимаются прагматично: пока нужны для сбора клубники и работы на предприятиях — терпят, но социальные выплаты уже урезали. Вопрос Волынской резни, устроенной бандеровцами и унесшей жизни около 200 тысяч поляков, — мина, на которую наступил Зеленский. Проглотить это не решится ни один польский президент, и тему будут педалировать постоянно. Она припомнится 153 раза — и при вступлении в ЕС, и в отношении беженцев, и в двусторонних контактах. Уже даже Зеленский начал летать с территории Молдовы, а не Польши — мелочь, но показательная.
Напряжение будет нарастать, потому что Зеленский — заложник бандеровской идеологии, на костяке которой держатся целые военные формирования. А Польша краеугольным камнем ставит историческую справедливость. Плюс экономика: допуск украинских аграриев на рынок бьет по интересам польских фермеров, электората правящей партии. Скандал явно согласован с Брюсселем хотя бы отчасти. Теперь вместо Венгрии, которая блокировала евроинтеграцию Украины, появится Польша, которая на основании исторической памяти не захочет быстрого вступления Киева до разрешения застарелых проблем.
Очередь в ЕС: клиент может не дожить
Макрон уже четко обозначил позицию: Украина будет стоять в очереди 10–15 лет. Ровно столько, сколько США нужно, чтобы полностью утилизировать украинский человеческий, военный и экономический ресурс.
А дальше — делайте с этой территорией что хотите. Клиент может и не дожить до счастливого момента принятия того, что осталось от Украины, в Евросоюз. Пока же Брюссель продолжает стелиться перед Киевом, обещая скорый порог ЕС, но реальные рычаги — которыми обладают Венгрия, Польша, Румыния — будут методично оттягивать этот миг.
Так что ультиматум Лукашенко, разборки с соседями и забег за европейской морковкой — звенья одной цепи. Киев загоняет себя во все более жесткий угол, и ответная реакция потребуется не только от Минска.
