Рождество во время войны
Рождество вновь окутало Россию таинством. Тысячи православных направились в храмы на богослужение. Патриарх Кирилл проводил службу в храме Христа Спасителя, но президента России там не было...
Как стало известно позже, Владимир Путин встречал Рождество в одном из храмов Подмосковья вместе с бойцами российской армии и их семьями. Такое, своего рода, «уединение» и сближение с военнослужащими становится узнаваемым стилем политики российского лидера.
Путин настойчиво продвигает идею формирования новой элиты в стране, запустил программу «Время Героев», регулярно встречается с военнослужащими и часто повторяет, что именно фронт определяет переговорный процесс по Украине. А во время Прямой линии в конце 2025 года российский лидер неоднократно обращался к одному из участников СВО, ссылаясь на их личные беседы вне кадра.
Такое повышенное внимание к военным — не просто выученные уроки Афганистана и Чечни, Путин меняет гибкую вертикаль власти на более прочный экзоскелет, сформированный из тех, кто проверен и временем, и фронтом. Это гарантии безопасности для России, что в будущем не будет сдачи интересов и территорий в обмен на рукопожатия узкого круга европейских политиков.
Россия 2026 и поствоенное одиночество
Россия встречала Рождество в городах и на фронте. Тысячи мужчин, сжимали в огрубевши руках крест или просто тихо молились. В зоне боевых действий, где грань между жизнью и смертью стирается до секунды, вера играет особое значение.
Они воюют, но иногда, когда задачи выполнены, когда вернулись уставшими, но целыми, они собираются за столом, пьют чай или растворимый кофе и задаются вопросами: «а что будет дальше? Какую работу я найду после войны и найду ли?».
Далеко не все готовы связать всю свою жизнь с войной, несколько раз я была свидетелем разговоров о жизни «на гражданке». Сильные, крепкие парни в бронежилетах пережидали налет дронов в одном из разрушенных домов Суджи, курили:
«Да нет, они помнят Афганистан, такое не повторится», — говорил один из операторов БПЛА. Молодой парень, один из лучших «птичников» в своем подразделении.
«Да? Я брал паузу, меня даже пожарным не взяли», — парировал другой.
Сегодня они играют решающее значение в политических переговорах по Украине. А кем будут завтра?
За последние два года Путин взял под особый контроль ситуацию в российских регионах: регулярные встречи с губернаторами в Кремле — стали обязательным пунктом в насыщенном графике президента. Встречи проводятся не для демонстрации «атласов», президент поднимает острые темы и задает неудобные вопросы. А губернаторы привыкают — жить вдали от Москвы не означает, что о проблемах не будет известно.
В региональную политику уже активно вводят участников СВО. Один из самых ярких примеров назначение Артемы Жоги полпредом президента по УрФО. В командах губернаторов появляется все больше людей из программы «Время Героев».
Но не всем имеют способности к управлению и политике. Вопросы трудоустройства остаются с нами как одни из наиболее важных. Восстановление регионов от боевых действий — создает определенное количество рабочих мест, но это не универсальное решение проблемы. Не все пойдут, и потом даже сейчас привлекают более дешевую рабочую силу из числа трудовых мигрантов. Мариуполь — один из таких примеров.
Сейчас по всей России усиленными темпами решаются бытовые вопросы участников СВО: реабилитация, выплаты. Но пока один из самых сложных вопросов: помощь при ПТСР. Это дорогостоящее лечение, требующее надзора со стороны специалистов. Но специалистов не хватает, особенно в регионах, и нет медийной кампании, призывающей обращаться за помощью. Эти крепкие, сильные парни не пойдут сами к психологу, посчитают слабостью, а ПТСР крепким сном не вылечить.
Церковь может стать одним из помощников. Среди священнослужителей есть те, кто был на фронте и понимает бремя воспоминаний о войне. Понимает это чувство поствоенного одиночества, когда мир сжимается до «своих: кто там был» и всех остальных — не понимающих, не знающих…, а в голове звучат залпы артиллерии, жужжание дронов, стрельба, голоса тех, кто не вернулся из боя. Помочь с ПТСР профессионально священник не сможет, но сможет указать на проблему и направить к специалисту.
Все эти проблемы встречают Россию в 2026 году. И Путин, отмечающий Рождество среди военных, уединенно от большого города, — политик, который точно понимает, что решать эти задачи жизненно необходимо.
Пока они на фронте, у нас сильные карты
Россия встречала Рождество, когда в Париже собрались лидеры европейских стран и спецпредставители Трампа, чтобы решить украинский вопрос.
Макрон, Стармер и Зеленский договорились о размещении многонациональных сил на Украине после прекращения огня, а еще — о строительстве военных баз Франции и Британии. Мерц заявил, что Германия будет отвечать за безопасность Украины и всей Европы, а Уиткофф рассказал, что ведется работа с BlackRock «над проектом, посвященным будущему Украины. Это огромные возможности для людей, которые вернутся домой после войны, чтобы они смогли найти работу».
Но несмотря на эти заявления, другой посланник Трампа — Джаред Кушнер сохранял скептицизм:
«Практически все вопросы по гарантиям безопасности Запада Киеву решены, но это не значит, что мир будет достигнут», — прокомментировал он итоги встречи во французской столице.
2026 год может стать годом подписания мира, а может не стать. Но пока на фронте тысячи мужчин выполняют свой долг, Россия ведет политическую борьбу с сильными картами.
