Пир во время голода
По прогнозам РАН, в 2026 году число голодающих составит 660 миллионов человек. Несмотря на положительную динамику, ситуация все еще остается катастрофической
Мы живем в парадоксальное время. Казалось бы, на полках супермаркетов есть всё, что душе угодно, продукты можно заказать в приложении в один клик, а роботы-доставщики привозят еду всего за несколько минут. Однако, пока одни страны смотрят в будущее, жители других не могут позволить себе даже хлеб и воду.
По данным Российской академии наук (РАН), в 2026 году число голодающих составит 660 миллионов человек. В прошлом году число людей, испытывающих острую нехватку продовольствия, было намного больше — 673,2 млн человек или 8,2% населения мира.
Российские ученые отмечают, что 2025 год стал четвертым подряд годом улучшения ситуации в мировом продовольственном хозяйстве и в обеспечении глобальной продовольственной безопасности после пандемии COVID-19.
Тем не менее, несмотря на небольшую положительную динамику, ситуация все еще остается катастрофической.
Голод как оружие
Пожалуй, одной из самых очевидных и циничных причин голода сегодня является неспособность жить в мире. Конфликты и политический хаос — это самый быстрый способ обрушить продовольственную безопасность.
Ранее мы уже рассказывали, как миллионы людей в Судане, Сирии, Секторе Газа, Афганистане, Йемене страдают от острой нехватки продовольствия. Эти страны – показательный и в то же время трагичный пример того, как военные действия и внутренние конфликты могут привести к гуманитарным катастрофам. Там люди банально не знают, чем накормить своих детей и чем для них обернется завтрашний день.
Очевидным фактом является и то, что сегодня военные действия не просто убивают людей, они уничтожают саму возможность производить продукты питания и доставлять их тем, кто в них действительно нуждается. Из-за этого миллионы людей оказываются в продовольственной ловушке.
Выходит, что в этих странах еда становится не средством выживания, а самым настоящим оружием. И здесь нет ничего удивительного. Во время боевых действий объекты гражданской инфраструктуры целенаправленно становятся мишенью: рушатся дороги, блокируются порты, взрываются склады и уничтожаются запасы.
Климат — невидимый террорист
За последние годы экстремальные природные явления во многих странах превратились в обыденность. Аномальная жара выжигает поля, превращая урожай в пепел, засуха иссушает почву, лишая её живительной влаги, а внезапно обрушивающиеся катастрофические наводнения смывают всё, что удалось вырастить ценой тяжелейшего труда.
Для жителей благополучных стран климатические изменения часто воспринимаются лишь как повод удивиться росту цен на любимые продукты вроде экзотического авокадо или стакана кофе в кафе. Но для многих беднейших уголков планеты, где земледелие — единственное средство существования, это значит куда больше. Это угроза голода, болезней и смерти. Там каждый сезон дождей становится вопросом выживания, а любая природная аномалия грозит крахом надежд и потерей будущего поколения.
В странах с низким уровнем жизни ситуация постепенно рискует обернуться массовыми миграциями. Проще говоря, люди будут покидать дома в поисках лучшей жизни. И в этой схеме миграция создаст новые социальные и экономические проблемы как для «стран-отправителей», так и для стран, куда мигранты доберутся.
Удар по карману: когда еда становится роскошью
Но даже если семьи не находятся в зоне боевых действий и не страдают от непредсказуемой погоды, их настигает ещё один враг, который атакует не менее эффективно — экономический коллапс.
Серьезную роль играют вездесущие инфляция, взлет цен на энергоносители и общее падение доходов. Это классическая «идеальная буря» для продовольственного кризиса. Чтобы выжить, люди вынуждены выбирать между покупкой еды и оплатой коммунальных услуг, лекарств или образованием детей.
И вот тут кроется страшная правда: полноценное питание перестает быть базовой потребностью и превращается в предмет роскоши. Уже сейчас семьи ужимаются в калориях, заменяя качественную белковую пищу и свежие овощи самыми дешевыми и некачественными продуктами.
Чем же это опасно? Это не просто дискомфорт. Фактически это прямой удар по здоровью нации. Ухудшение питания напрямую ведет к снижению иммунитета, росту хронических заболеваний и, в конечном итоге, к сокращению продолжительности жизни.
Это тревожный сигнал того, что жители стран с низким доходом рискуют не дожить до пенсионного возраста или будут вынуждены постоянно страдать от болезней. Реальность такова — больной человек не может работать эффективно, а неэффективная экономика не может достойно удовлетворить даже самые базовые продовольственные потребности.
Между тем, на практике все это превращается в системный кризис с весьма печальным исходом. Если люди не могут прокормить себя, они ищут радикальные выходы. В таких условиях голод и экономическая безысходность становятся идеальной почвой для вербовки в радикальные группировки и массовых протестов.
Корень проблемы зачастую скрывается в том, что мировое сообщество рассматривает инвестиции в продовольственную безопасность не как вклад в мировую стабильность, а как благотворительность или гуманитарные подачки.
И вот тут мы подходим к главному. Борьба с мировым голодом требует экономического здравомыслия: контроля над ценами на энергию, снижения продовольственного протекционизма и, самое главное, политической воли сделать так, чтобы рост цен не уничтожал покупательную способность самых бедных. Потому что, в конечном итоге, сытый мир — это гораздо более предсказуемый, стабильный и, что уж греха таить, безопасный мир для всех нас.
Продовольственный кризис
Тем временем на глобальной арене разворачивается ещё одна драма. Это сбои в мировой торговле и полнейшая волатильность рынков.
В идеальном мире зерно и удобрения свободно поставляют туда, где они нужнее всего. В реальности мы видим, как правительства, защищая своих фермеров или наказывая геополитических противников, вводят экспортные ограничения, новые тарифы и пошлины.
Уравнение понятно, как дважды два. Когда крупный производитель риса вдруг говорит: «Я больше не продаю его за границу, я оставлю его для себя», — на мировом рынке моментально возникает паника. Цена подскакивает не просто на 5%, а на 30% или 50%.
И вот тут мы видим, как это калечит целые страны. Посмотрим на Бангладеш, Пакистан или Шри-Ланку. Они и так еле сводят концы с концами. Но когда начинаются торговые войны, а цены на мировом рынке скачут как обезумевшие, эти страны оказываются в безвыходном положении. Как итог, их долги растут, а покупать еду становится не по карману. Следовательно, торговая неопределённость становится смертным приговором для малоимущих.
Это означает, что доступ людей к базовым, недорогим продуктам питания — блокируется на уровне международных договоров. Суровые жизненные реалии показывают, что в условиях, когда торговые правила становятся непредсказуемыми, первыми на колени падают самые слабые страны.
Самое циничное в этой ситуации — то, как быстро торговые трения отражаются на потребителе. Вспомним примеры Бразилии и Мексики. Эти страны, гиганты в сельском хозяйстве, столкнулись со снижением экономических показателей. Почему? Из-за торговой напряженности и инфляции, которая «съела» их внутренний спрос.
Снижение экономического прогноза для среднего класса в Бразилии оборачивается ростом дефицита продовольствия для малообеспеченных слоев населения. Экономика замедляется, люди теряют работу или их доходы падают, и они не могут позволить себе даже то, что раньше было нормой.
Таким образом, если крупнейшие игроки рынка начинают «закрываться» и играть протекционистскими тарифами, мировая система перестраивается на «режим выживания». Ситуация рискует обернуться тем, что страны начнут копить запасы, а не делиться ими.
Итог может быть печальным. Это приведет к еще большему расслоению мира на тех, кто может позволить себе переплачивать за еду, не думая о завтрашнем дне, и тех, кто просто останется без куска хлеба, а каждый новый день может стать последним.
