Остров в осаде

Зачем Куба пытается реформироваться под дулом санкций, пока Трамп отвлекается на UFC

На Кубе разворачивается драма, в которой ставки — выживание страны при 20-часовых отключениях света и способность режима реформироваться, не теряя лица. Вопрос, как предложенные на пленуме ЦК Компартии изменения будут реализованы, пока остается без ответа. Законодательство под новые экономические свободы не готово, а бизнес, привыкший к жесткой социалистической модели, боится шевелиться без прямой команды. Остров свободы балансирует между необходимостью перемен и страхом перед непредсказуемым Вашингтоном.

Кубинские власти официально признали: ситуация хуже, чем когда-либо с 2019 года. Отключения электричества достигли 20 часов в сутки — самая высокая цифра, которую когда-либо озвучивала Гавана.

В этих условиях пленум анонсировал перемены, о которых в экспертном сообществе говорили еще в мае. Представители партии аккуратно вбрасывали сигналы, готовя общество и предлагая американцам варианты: разрешить родившимся на Кубе гражданам США и их потомкам инвестировать, вести бизнес. Однако Марко Рубио эти предложения отверг. Его позиция бескомпромиссна: только полный отказ от социализма и смена политической модели. Куба же, как и прежде, настаивает на сохранении социалистических завоеваний и социальных обязательств. Риторика «двигаться в ногу со временем, но сохранять социализм» дает законодателям из Флориды повод для придирок: мол, перемены недостаточны.

Черный рынок как система жизнеобеспечения

Санкционная экономика превратила теневой сектор в одну из немногих возможностей существования страны. Речь не только о криминале, но о любых поставках из подсанкционных государств. Параллели с Венесуэлой здесь напрашиваются сами собой: Каракас тоже жил за счет серых схем, пока не пошел на резкую зачистку золотоносного штата Боливар в угоду американским инвесторам. На Кубе аналогичный процесс идет медленно и с оглядкой. Ни одна кубинская компания не рискнет начать работу по новым правилам без четких гарантий: слишком свежа память о последствиях.

Пока кубинские коммунисты осторожно приоткрывают дверь для инвестиций, Вашингтон закручивает гайки. Заведено уголовное дело против Рауля Кастро. Формально — это напоминание о репрессиях против кубинских шпионов, работавших в американских структурах. По факту — предупреждение всей кубинской общине в Майами: любое сотрудничество с режимом грозит арестом, преследованием или депортацией.

Уже пострадали родственники отдельных кубинских руководителей, проживающие во Флориде. Компании, помогавшие онлайн-платформам отправлять на остров еду, деньги и помощь, сворачивают работу из-за страха перед санкциями. Трамп, по сути, перешел к тактике «удаленного душения», хотя эксперты признают: полноценного плана вторжения или смены режима у него, похоже, нет. Сенатор-ястреб Мария Салазар уже прямо спрашивает, когда нападать на Кубу. Ответом служит тишина: Трамп занят днем рождения, обустройством UFC в Белом доме, началом мундиаля и внезапной угрозой Бразилии, которой припомнил «фальсификации» на выборах 2022 года. Плюс проблемы в Колумбии и Перу. Отвлекаться на остров сейчас вроде как не с руки.

Гуантанамо, похищения и 100 миллионов

На этом фоне визит главы Пентагона Пита Хегсета на базу в Гуантанамо выглядит зловещим водевилем. Он поинтересовался у военнослужащих, к чему они готовятся, и заявил, что США рассматривают план похищения Рауля Кастро или другого лидера, например, Мигеля Диас-Канеля. Сам Хегсет при этом пообещал в скором будущем стать «большим другом» кубинских властей. Дружба дружбой, но вторжение или операция пока не объявлены. Единственная цифра, которую постоянно повторяют, — 100 миллионов долларов на поддержку Кубы после гипотетических реформ. Сумма для восстановления разрушенных сахарных заводов, какао-фабрик и всей инфраструктуры, по оценкам, ничтожна. Даже американский бизнес не торопится рисковать, зная, что одно неловкое движение — и тюрьма за нарушение санкций.

Главная интрига сейчас — не на Кубе, а в Венесуэле. Администрация Трампа прямо увязывает кубинский вопрос с событиями вокруг Каракаса. Венесуэльская армия уже зачистила штат Боливар от теневых партнеров и криминального рынка, который годами помогал режиму выживать. Теперь туда должны зайти американские инвесторы, и это подается как громкий успех, достигнутый чужими руками.

Аналогии с Кубой очевидны: там тоже существует похожая система теневого рынка, но уничтожить ее значительно сложнее. Рассмотрение дела Николаса Мадуро тем временем перенесли на 22 июля — предположительно, из-за мундиаля, хотя проблемы с безопасностью у Мадуро никуда не денутся. Кубу же будто намеренно отодвигают на задний план, выжидая, когда дозреет венесуэльский сценарий. При этом ответ на вопрос, смогут ли противники Трампа из числа американских инвесторов попробовать войти в кубинскую экономику и повлиять на политику, сдерживается уголовным преследованием. Озвученное дело Рауля Кастро — фильтр, который должен отсечь несистемных игроков.

Почему на Кубе даже церковь просит гумпомощь

Ситуация на острове стремительно деградирует. Внешняя помощь практически иссякла, кроме гуманитарных грузов, и те под американскими ограничениями. Основная надежда — на «серую зону» поставок, но она не покрывает потребностей в топливе и критических товарах. Летние температуры грозят новыми авариями на НПЗ. Дошло до того, что католическая церковь Кубы не может производить облатки для причастия из-за отсутствия электричества. Епархии Панамы и Пуэрто-Рико готовы помочь, но проблема с логистикой не позволяет доставить груз в нужном объеме. Для острова, где большинство населения — католики, это удар по самой основе социальной ткани.

Кубинские власти не скрывают, что ожидают социального взрыва, и прямо обвиняют США в сознательном провоцировании гуманитарной катастрофы. В Гаване последние месяцы растет число стычек с военными и полицией, фиксируются попытки разжигания протестов. Общество расколото: есть усталость от действующей власти, но есть и глубокая агрессия к американцам.

Наиболее упаднические настроения — среди молодежи. Именно на нее, вероятно, и делают ставку в Вашингтоне, где одним из требований (пока неофициальным) называют свободные выборы. Однако опыт Венесуэлы показывает, что для США «свободными» считаются только те выборы, которые проходят под их контролем и с нужным результатом. Мадуро выборы провел, оппозиция в провинциях набрала высокий процент, но американцы итоги не признали.

Кубинский сценарий рискует стать калькой с венесуэльского: сначала зачистка активов под иностранных инвесторов, а уже потом — разговоры о демократии. Вопрос лишь в том, успеет ли Куба провести свои реформы до того, как Трамп решит перейти от удаленного душения к активным действиям. Пока ответ знает только сам Дональд, а его внимание рассеяно между латиноамериканскими проблемами, футболом и турнирами по смешанным единоборствам.