«Биба и Боба» снова в Москву? Трамп устал, но имитирует переговоры
Американист Бенедиктов оценивает перспективы возобновления диалога о мире с участием США
Американская пресса подала трагедию в Старобельске и ответные удары России в привычном ключе: одни объявили случившееся инсценировкой русских, другие просто перенесли акценты — русские снова массированно атакуют. Это, как говорится, не бином Ньютона. Западные СМИ всегда будут обвинять во всем Москву — такова природа их восприятия, в котором русским неоправданно досталось слишком много территорий и ресурсов.
Однако Дональд Трамп в этот мейнстрим не вписывается. Он не русофоб. Бывал в Москве и Петербурге, имеет примерное представление о мощи России и никогда не был замечен в оголтелой неприязни к славянам. Достаточно вспомнить: из трех его жен две — славянки, первая чешка, третья словенка. Поэтому полагать, что Трамп воспринимает трагедию в Старобельске в том же ключе, что и западные медиа, неверно. У него своя оптика.
Но может ли эта оптика изменить его переговорную позицию? Вряд ли. Трамп устал от Украины довольно давно. Процесс превратился в дурную бесконечность. Он пытается продавить Киев на уступки, на вывод войск с контролируемой пока части Донбасса, а в ответ слышит ритуальные заверения и не видит реальных шагов. Киев делает все наоборот. Ситуация для Трампа неприятная, и он, судя по всему, от нее просто устал.
Про Витьков и Зятьков
Что касается переговорщиков — та самая «сладкая парочка», Стивен Уиткофф и Джаред Кушнер, которых в российском сегменте интернета уже метко окрестили «Витек и Зятек» (ну или Биба и Боба), — они, скорее всего, приедут. Как бы ни складывался фон, Трампу это ничего не стоит. Какой-то переговорный процесс он имитировать обязан.
Другое дело, что за этими демонстрационными шагами не стоит никакой конкретики, никакой жизни. Жизнь была в августе прошлого года в Анкоридже, где действительно на высшем уровне была достигнута определенная договоренность. Но американская сторона показала, что не в силах воплотить взятые обязательства в жизнь. В Киеве они имеют дело не просто с плохим шоуменом и его коррупционным окружением, а со ставленниками очень серьезных наднациональных структур, чьи кураторы, спонсоры и хозяева — будь то в Лондоне или еще где — оказались Белому дому не по зубам.
Тогда зачем направлять эмиссаров? Во-первых, Бибе и Бобе нравится Москва и московская кухня. А во-вторых, Трампу важно показать даже собственной партии, что он не бросил этот трек. Хотя на самом деле давно бы уже бросил. Недавнее заявление Рубио о выходе США из переговорного процесса — прямое отражение накопившейся в администрации усталости. У них своих проблем хватает. Однако не посылать Кушнера и Уиткоффа в Москву в течение месяца-двух было бы признанием собственной слабости. Тем более что эта же пара плотно завязана и на иранском урегулировании.
Иранская головоломка: Трамп под огнем своих
По иранскому досье на выходных развернулась настоящая драма. Трамп сначала заявил, что все готово, потом дал команду не торопиться, а затем выдал малосвязную простыню о том, как прекрасно заживет Ближний Восток после сделки и как Иран присоединится к Соглашениям Авраама. Это поставило многих на уши. Соглашения Авраама — высшее достижение дипломатии первого срока Трампа: налаживание отношений между Израилем и рядом арабских государств. Подключить туда еще и Иран — заявление, равноценное объявлению Киева и Москвы городами-побратимами.
Параллельно две серьезные газеты — Washington Post, рупор разведсообщества, и Wall Street Journal, голос крупного финансового капитала, — дали сдвоенный залп по президенту. WP завуалированно заметила, что сделка предполагает возврат режима судоходства в Ормузском проливе к довоенным условиям — дескать, зачем было огород городить. WSJ и вовсе рубанула: предательская сделка, предательство интересов американского народа. Аргументация: Трамп готов идти на существенные уступки Ирану — разблокировать порты, активы, фактически снять санкции с нефтяных доходов — и лишь потом перейти к вопросу о ядерной программе.
С точки зрения Трампа, это разумная тактика: сначала договариваться о том, что возможно — о проходе судов, о продаже нефти, — а затем уже обсуждать контроль над ядерными объектами. Противники же требуют одномоментной капитуляции: отказ от обогащенного урана, допуск инспекторов МАГАТЭ на все объекты, распил баллистических ракет. Это до боли напоминает позицию европейских ястребов по России: сначала выведите войска с «оккупированных территорий», а потом поговорим. Путь в никуда, который не работает нигде.
Как минимум некоторым очень серьезным игрокам на внутренней арене США крайне невыгодно, чтобы Трамп заключал эту сделку сейчас. Вопрос в том, что он будет делать, если Иран пошлет его с ядерной сделкой лесом. Наземная операция — слишком высокорисковый вариант. Дистанционная война против Ирана уже обошлась Соединенным Штатам, по разным оценкам, потерянной боевой техники на 18 миллиардов долларов и как минимум в 13 убитых военнослужащих — только кадровых. Реальные потери, с учетом персонала ЧВК, кратно выше, и рано или поздно это выяснится. Так что на наземную операцию Трамп вряд ли решится. Использовать прокси — Эмираты, Саудовскую Аравию — более реально, но и здесь рычаги влияния за время войны сильно поизносились.
Скорее всего, Трамп поступит так, как делал не раз: произнесет много громких слов, создаст виртуальную реальность, в которой Америка побеждает, а сам переключится на что-то другое. Гренландия, Куба — два замечательных острова, с которыми справиться куда проще, чем с Ираном. Трамп всегда сдает назад, но не просто сдает, а переключается. Не получилась эта сделка — займемся другой. Украинцы в этом смысле уже убедились, что интерес Трампа легко перенаправляется туда, где проще достичь быстрого успеха.
Армения как разменный актив: новый плацдарм против Москвы
Пока Трамп переключает фокус, его администрация не теряет времени на других направлениях. Армения и США подписали соглашение об оборонном партнерстве, а также Устав о всеобъемлющем стратегическом партнерстве и рамочный меморандум по добыче критических минералов и редкоземельных металлов. Марко Рубио прибыл в Ереван, до этого там был Вэнс. Документы предполагают укрепление оборонного сотрудничества, включая продажу американской оборонной продукции и проведение регулярных двусторонних консультаций.
Трампа хлебом не корми — дай подписать соглашение о редкоземах. С Украиной уже подписали, только воз и ныне там. Теперь то же самое с Арменией. Но суть не в минералах. Конечно, Армению Трамп собирается оборонять не от Азербайджана. Вся деятельность США — что при Байдене, что при Трампе — направлена на то, чтобы оторвать Армению от России, вырвать ее из орбиты Москвы. С Грузией пробуксовывает — бьют туда, где возможно. А поскольку у власти в Ереване, судя по всему, остается Пашинян, этот процесс будет продолжаться.
Это дико неприятно. Армения — страна маленькая, но стратегически чрезвычайно важная. В Гюмри расположена российская военная база. Если Пашинян сохранит власть после выборов (шансы на это велики), отторжение Армении от России продолжится. Исторически судьба армянского народа тесно связана с Россией, а не с Соединенными Штатами, но нынешнее руководство, похоже, этого не помнит или не хочет помнить.
Возникает закономерный вопрос: зачем Трампу этот плацдарм? Ответ кроется в образе мышления строителя бизнес-империй. Украина достала во многом потому, что она неподконтрольна Вашингтону — контролируется теми самыми европейскими наднациональными структурами, которые с Трампом в контрах. А вот Армения — актив, который можно взять под контроль. Она позволяет оказывать давление на южный фланг России и одновременно проводить определенные вещи в отношении Ирана. Иран для Трампа — безусловный противник, в отличие от России, которая видится потенциальным бизнес-партнером. Но бизнес-партнера хорошо бы держать в подчиненном положении. Маленькая Армения годится на роль дополнительного актива, с помощью которого можно влиять на Москву — почти как в сериалах про американские бизнес-империи, где не гнушаются даже самыми незначительными долями, чтобы давить на акционеров.
Кроме того, Армения в орбите США может влиять на Азербайджан — еще одного важного регионального игрока, особенно в части транзита каспийской нефти. Контроль над энергетической инфраструктурой, над нефтью и газопроводами — одна из приоритетнейших целей Трампа. На Украине его интересовало именно это, пока он не понял, что европейцы и англичане плотно сели на украинскую энергетическую инфраструктуру и делиться не хотят. А ведь у него была идея взять под себя все газопроводы и продавать российский газ в Европу по американским ценам. С Арменией проще — здесь конкуренты пока не так сильны, и можно попытаться выстроить собственную систему рычагов, не влезая в изнурительный конфликт на истощение.
Таким образом, трамповская внешняя политика все больше напоминает управление инвестиционным портфелем: неудачные активы списываются или замораживаются, внимание переключается на более перспективные. В конце концов, для президента, который смотрит на мир через прицел сделки, даже маленький успех в Закавказье может пригодиться для внутренней повестки — особенно когда на горизонте уже маячат и 250-летие Америки, и промежуточные выборы.
