Обмен пленными согласован, вопросы безопасности и территорий — нет. Главные итоги второго дня в Абу-Даби
США продолжают искать формулу мира и рекомендуют Европе выбрать переговорщика
В Абу-Даби завершились двухдневные переговоры России, США и Украины. В центре внимания договоренности про обмен пленными, совесть Европы и споры про глобальную архитектуру безопасности.
Большой обмен — первый осязаемый результат
От нынешних переговоров в Абу-Даби ожидали больших гуманитарных решений. Успешная миссия в Алешках и выстроенная работа по линии Лантратова-Лубинец подталкивали к таким выводам, и это сработало.
После закрытой встречи глава российской делегации Владимир Мединский сообщил о достигнутой договоренности по масштабному обмену военнопленными. Детали будут озвучены в ближайшее время, но еще накануне украинская сторона называла возможные варианты: «1000 на 1000» и даже «1500 на 1500».
Если стороны согласуют максимальную из обсуждавшихся формул, это может стать одним из крупнейших обменов за время конфликта. Последний раз такого масштаба гуманитарная акция проходила после переговоров в Стамбуле с 23 по 25 мая 2025 года. Тогда стороны смогли договориться о формуле «1000 на 1000».
Это хоть и ожидаемый, но важный результат ради которого стоило прилетать в Абу-Даби. Обмен — это вернувшиеся домой военнослужащие и важное напоминание, что несмотря на интенсивность конфликта русские и украинцы способны решать гуманитарные задачи. Неслучайно именно этот аспект был выбран командой Мелании Трамп для продвижения ее международных миссий.
Европе пластырь не поможет
Второй день переговоров продолжался по времени меньше: не четыре с половиной часа, а около полутора часов. И судя по публичным заявлениям Мединского, львиная доля обсуждений касалась одного из главных вопросов — архитектура безопасности в европейском измерении.
Нужно лечение, пластырь не поможет, — отчеканил прессе глава российской делегации и добавил, что «где-то удалось найти взаимопонимание, где-то — нет».
Но контакты продолжатся, а это значит, что прибывшие в Абу-Даби представители Великобритании, Франции, Германии, Италии, НАТО и Еврокомиссии с двойным напором начнут «корректировать» позицию украинской делегации, обрабатывая Умерова по формуле: «мама, скажите, что я думаю».
Украинцы, как и в первый день, от консультаций не уклонялись, а вот наша делегация от прямых контактов с европейцами воздержалась.
«Нет, мы с ними не общались, мы не очень понимаем, в каком статусе они здесь находятся. Переговоры носят трехсторонний характер», — объяснил Мединский.
Зеленский требует от Европы единого переговорщика и ставит дедлайн
Но только консультациями вдали от стола переговоров европейцы «каши не сварят». Это стали понимать даже в Киеве. Politico сообщает, Зеленский настойчиво рекомендует союзникам как можно скорее определить единого переговорщика, даже называет дедлайн.
«Я думаю, что в ноябре, не позднее, мы должны определить, кто будет представлять Европу на переговорах. Желательно решить вопрос уже к 19 ноября, когда в Германии должна состояться встреча «коалиции желающих», — сказал Зеленский.
Переживает он не столько об интересах Европы, сколько о поддержке позиции Украины, за спиной которой — Великобритания и Норвегия. Последняя оказалась в этом «почетном» списке ошибкой истории: именно в Осло с Зеленским проводили трехсторонние и многосторонние переговоры — премьер-министр Норвегии, президент Финляндии и спецпосланник президента США Уиткофф.
Американцы тоже не против появления на переговорной сцене «объединенного» европейского переговорщика. Присутствовавший за столом зять Трампа Джаред Кушнер и во второй день не терял успокоительную для ЕС линию:
«Если бы Европе удалось найти одного человека, который мог бы представлять ее интересы, это было бы большим достижением, чем убедить Россию включить европейские страны в переговоры», — нравоучительствовал он.
Но у европейцев с этим сложно. Когда в июне 2026 года председатель Европейского совета Антониу Кошта открыл неофициальный дипломатический канал связи с Кремлем для оценки условий мирного урегулирования конфликта на Украине, он в тот же момент открыл для себя портал в ад: в Брюсселе разразился невероятный скандал. Его обвинили чуть ли не в сепаратных переговорах с Москвой. Особенно надрывались во Франции и Германии.
Но вот теперь сам Мерц посылает недвусмысленные сигналы о желании встретится с Путиным на полях G20. В Кремле сразу ответили на все дипломатические игры вокруг Европы: и насчет переговорщика не у двери, а за столом, и насчет Мерца в частности.
«Путин всегда повторял и продолжает повторять, что он открыт к контактам со всеми. В том числе и с европейцами (…). Безусловно», — сказал сегодня пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков.
Безопасность нельзя согласовать отдельно от территорий
Второй день переговоров должен был затронуть один из самых сложных вопросов — территориальный. Сохраняющие оптимизм американские посредники, по информации Politico, рассчитывали проверить готовность сторон к компромиссам. Но столкнулись с теми же разногласиями сторон, которые и были.
Россия настаивает на том, что урегулирование должно учитывать ее долгосрочные требования безопасности, включая военную инфраструктуру НАТО и условия будущего устройства европейского пространства. Это и есть «первопричина» конфликта, о чем много раз говорил президент Путин. Перед началом специальной военной операции Москва обозначала те самые знаменитые «красные линии» и требовала от США и НАТО предоставлений «гарантий безопасности».
Киев же требует гарантий, которые исключили бы возобновление боевых действий, ноет о пятой статье НАТО и не соглашается на требования вывести ВСУ с территорий, которые Россия де-факто считает своими.
«В вопросе гарантий безопасности для Украины есть значительный прогресс, но самое сложное — договориться о территориях», — констатировал спецпосланник и зять Трампа.
Он заявил, что не будет соглашения о послевоенных гарантиях безопасности, пока стороны не достигнут договоренностей по территориям, и не будет встречи Зеленского с Путиным по этому вопросу, пока не будет большего прогресса. То есть — пока замкнутый переговорный цикл.
«Между лидерами нет ни симпатии, ни доверия», — резюмировал Кушнер.
Тем не менее, переговоры идут. Абу-Даби не стали провалом, напротив, есть, за что зацепиться и есть над чем работать. Но военный конфликт такой сложности и интенсивности, как СВО, не решается за один раунд переговоров и за пять не решается, и тем более за 24 часа, как когда-то самонадеянно обещал Трамп. Теперь позиция Штатов стала ближе к реальности:
«Это не похоже на то, что что-то может быть решено в ближайшие 24 часа или что-то в этом роде», — мудро заметил госсекретарь Марко Рубио, комментируя переговоры.
Спустившись с небес на землю, американцы теперь ищут реальную формулу. И задача Уиткоффа с Кушенром найти одновременно и политическое, и военное решение.
