Друзья бесплатно, враги — никогда: новая логика Ормуза

Тегеран законодательно закрепил контроль над артерией. Что ждет мировую торговлю

Иран ведет переговоры с Оманом по регулированию ситуации в Ормузском проливе. Совершенно точно Тегеран не отступит от требований признать собственный суверенитет над этой транспортно-логистической артерией мирового значения. Все переговоры с любыми партнерами или оппонентами исходят из этой позиции.

Через два дня исполнится полгода с начала конфликта. К концу марта в Тегеране заявляли: в вопросах судоходства через Ормузский пролив будет применяться классификация государств по внешнеполитическим настроениям. Выделили три группы — дружественные, нейтральные и враждебные. Дружественные, куда сразу причислили Россию, Пакистан, Ирак, Индию, Китай и ряд других, будут проходить, как и раньше, просто уведомив Иран. Нейтральные — платить за проход. Враждебным государствам и их судам проход запрещен.

С тех пор не было заявлений, которые бы нейтрализовали или дезавуировали эту позицию. Более того, около месяца назад в Иране приняли закон об Ормузском проливе. Теперь это не только политическая декларация, но и юридический процесс. Тегеран подходит к вопросу последовательно и институционализированно. Это говорит о серьезности намерений. Никакой пустой болтовни или риторических кульбитов — только декларирование намерений и действий. Заявления из Тегерана делаются ответственными лицами и действительно отражают реальную политику.

Это разительно отличается от того, что наблюдается со стороны Соединенных Штатов. Трамп, конечно, не безумен, но гипертрофированно относится к возможности запутать противника и применить хитрость, чтобы противоположная сторона не понимала следующий шаг. Если стратегии нет, это не работает. Стратегию американцы озвучили на прошлой неделе: свалить Иран, экономически задушить санкциями, развалить экономику, парализовать власти, привести страну к коллапсу. Эти заявления повторяются ежедневно. Но Трамп не объявлял победы, даже на уровне Джорджа Буша на авианосце в 2003 году. Заявить о победе над Ираном накануне выборов — значит дискредитировать себя и в глазах избирателей, и на международном уровне. Это играет на руку Тегерану.

Классификация по принципу «один из трех»

Иранцы сейчас действуют с позиции силы. Это не значит, что они выкручивают руки Оману. Но именно они диктуют условия. Маскат, естественно, не собирается поступаться собственным суверенитетом. Однако прагматизм присутствует: получать плату за проход иностранных коммерческих судов через пролив может быть существенной статьей дохода. Достаточно вспомнить Суэцкий канал, который приносил Египту 8–10 миллиардов долларов в год. В султанате наверняка есть сторонники договоренностей с Ираном, чтобы взять потоки под контроль.

С другой стороны, Оман — член Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, сосед Саудовской Аравии, Йемена и ОАЭ. Саудовская Аравия и Эмираты — дружественные и союзные страны. Поступить подобным образом без их согласия Оман не может. При этом Эмираты имеют альтернативный выход в Мировой океан через Фуджейру в Аравийское море, а Саудовская Аравия — протяженную береговую линию на Красном море. Хоть Красное море ограничено Суэцким каналом и Баб-эль-Мандебским проливом, это все же выход.

А вот государства, у которых альтернатив нет, — в первую очередь Ирак. Он в категории дружественных, но есть еще Кувейт, Бахрейн, Катар. Катар, как и Ирак, вполне может договориться с Тегераном. А вот Бахрейн и Кувейт — вряд ли: в Тегеране их воспринимают как американских сателлитов, и это отношение не меняется.

Есть и детали, которые пока не раскрыты. Одно дело — судно под иракским флагом с грузом для Ирака, где судовладелец и владелец груза — субъекты иракского государства. Другое — сингапурский супертанкер, везущий иракскую нефть, купленную брокерами и предназначенную для Великобритании. Как это будет классифицировано, пока неясно. Детали исходят из политических решений, и это вызывает огромную обеспокоенность у всех причастных.

Ирак в панике: 95% бюджета через игольное ушко

Для Ирака сегодняшние страсти по Ормузу – вопрос выживания. 95% бюджета — нефтедоллары, поступления от продажи нефти. При этом 99% иракской нефти экспортируется через Персидский залив и Ормузский пролив. Альтернативных маршрутов нет.

Сейчас идут разговоры о реабилитации трубопровода Киркук — Джейхан из Иракского Курдистана на турецкое побережье Средиземного моря, о восстановлении Киркук — Баниас в Сирию. Но это не те объемы и не те возможности.

Катар уже ощутил удар: по актуальным данным, поставки СПГ из эмирата на мировой рынок сократились на 96% за последние полгода. Катар наряду с Россией и Ираном — газовая сверхдержава, один из основных поставщиков голубого топлива. На него приходилось до 20% мировых поставок в целом и более 50% мировых поставок сжиженного газа в частности. Это удар не только по Западу, но и по азиатским экономикам.

Глобальная энергетика: кому выгодна блокада

Из Персидского залива США нефть практически не покупают. Они наживаются на петродолларе: продажа нефти за доллары, жесткая привязка национальных валют арабских монархий к доллару. Так работает более полувека. Крупнейшими покупателями нефти из Персидского залива до конфликта были страны Азии: до 70% поставок углеводородов шли в Китай, Индию, Бангладеш, Пакистан, Индонезию, Вьетнам, Таиланд, а также в Японию и Южную Корею. Блокада бьет по азиатским экономикам. С одной стороны, это увеличивает спрос на американский СПГ. С другой — тормозит азиатские экономики, может увести их в рецессию. Американцы обвиняют Вьетнам в реэкспорте китайских товаров, но отгородить Китай от мира невозможно: КНР — торговый партнер номер один для двух третей, а то и трех четвертей государств — членов ООН.

Это многоходовка. Американцы стремятся не только сохранить контроль над глобальными торговыми путями, но и выбить альтернативные источники дешевых энергоресурсов для китайской экономики. Венесуэлу, по сути, оккупировали, Иран пытаются отрезать от мирового рынка, Россию задавить, арабские государства взяли под контроль. Трамп еще в апреле не хотел ехать в Китай, а в мае поехал с большим трудом. Ведь все пошло не по плану: он должен был приехать с посылом, что Венесуэла теперь у него, Иран развалили. Он заявлял о необходимости взять под контроль иранскую нефть еще с 1972 года, когда в Тегеране сидел проамериканский шах. Видеокадры доступны в публичном пространстве. Сейчас, будучи президентом, он не изменил мнение. И чем дольше продолжается конфликт, тем больше США наживаются.