Скорбь и гнев. Ко Дню памяти детей — жертв войны в Донбассе
27 июля 2014 года украинская армия расстреляла центр Горловки
27 июля 2014 года украинские войска обстреляли центр города Горловка. Промышленный центр к северо-востоку от Донецка, 270 тысяч человек среди заводов и шахтных терриконов.
Было воскресенье, и улицы были полны народу. Уже шла война, но люди всегда цепляются за осколки нормальной жизни. Тем более, никаких военных целей там не было.
Залп «Града» пришелся просто по центру города. Ополченцев не убило ни одного. Зато выкосило два десятка жителей города, больше ста человек были ранены. Среди жертв метких украинских артиллеристов была 23-летняя Кристина Жук. Ее с десятимесячной дочерью Кирой нашли рядом: мать обнимала младенчика.
У Кристины была очень такая обычная страничка в ВК. Фото: вот она с цветами, на фоне новогодней елочки, с животиком, селфи с ребенком в какой-то обычной домашней майке на фоне маленькой комнаты в блочном доме. Обычной до зубовного скрежета — мы все выросли в таких.
Наверное, именно поэтому всех так ударила фотография, где она на траве, обугленная, с перерубленным бедром. В этих ударах по Донбассу больше всего пугало и одновременно вызывало самое лютое бешенство то, что место, люди, обстановка считывались на уровне какого-то коленного рефлекса. Это умирали такие же люди как мы, все время было ощущение, что убили девушку из соседнего двора, что вот та уютная такая, домашняя тетечка, которую накрыло в Луганске — это какая-то смутно знакомая, будто однокурсница твоей матери. Что вот эта порубленная автобусная остановка со всеми, кого там изодрало — ее поставь в Курске, или в Горнозаводске, или в Твери, и никто не подумает о чем-то чужеродном.
Что вот эти дети, они совершенно такие же, как те, которых ты видишь каждый день играющими во дворе в твоем спальнике.
Это нас убивали. Чувство, которое многие тогда и описать как следует не могли, и толкнуло тысячи людей из «большой» России в ополчение, в волонтеры, в армию.
Чтобы в Горловке и вообще в Донбассе не решили, будто это случайность, обстрелы ВСУ повторялись. Несчастная Кристина Жук стала самой известной жертвой. Но в той же Горловке вечером 14 ноября того же 2014 года снаряд залетел в квартиру многоэтажки, где как раз ужинала семья Булаевых. 35-летний Олег, четырехлетняя София и девятилетний Даниил были убиты на месте. 34-летнюю Татьяну врачи пытались спасти еще пять дней. Не спасли.
Война закончится, но шрамы на коллективном бессознательном останутся. Нация — это общая история. После 2014 года к детям с «Аллеи ангелов» в Донецке добавились новые имена — из Белгорода, Суджи, Шебекино, Крыма, из городов в глубине России. И эти имена требуют не только скорби, но и понимания: что мы должны делать, чтобы никто больше не смог убивать нас безнаказанно.
У нас есть долг памяти к нашим мертвым. И у нас есть счет к тем, кто их убил. Мы этот счет можем придержать в ящике стола ради мирных переговоров. Но для себя не имеем права его забыть.
