Зеленский угрожает гражданской авиации: почему Запад молчит, а США лицемерят

Политолог Суслов о том, как террористическая заявка Киева обнажила двойные стандарты Вашингтона

Заявление Владимира Зеленского о намерении сбивать гражданские самолеты в воздушном пространстве России у нас вызвало шок. Президент России квалифицировал это как «заявку на терроризм». Однако западная реакция оказалась сдержанной.

Анализ показывает, что США высказали достаточно неприятные для Киева заявления, хотя и не от лица самого президента. Министр финансов Бессент заявил, что Украина несет ответственность за мировой энергетический кризис — ее удары по российским НПЗ усугубили ситуацию на фоне иранских событий. Бессент и госсекретарь Рубио, оба известные ястребы, подчеркнули необходимость продолжения диалога с Россией. Они раскритиковали европейцев, которые негодовали по поводу приглашения министра финансов Антона Силуанова на саммит G20, назвав такую позицию контрпродуктивной. Рубио добавил, что Украине не видать ракет для комплексов Patriot в обозримом будущем — сигнал достаточно неприятный для киевского режима.

Соединенные Штаты не поддерживают дальнейшую эскалацию, к которой призывает Зеленский. Его заявления — акт отчаяния, попытка выйти на качественно новый уровень государственного терроризма. Европа, напротив, поддерживает Киев. США оказались в сложном положении. Они и сами поддержали переход Украины к дальнобойным террористическим ударам по России, использовав это для отказа от своих же июльских предложений, которые легли в основу Анкориджских договоренностей. Рубио открытым текстом заявил, что удары по НПЗ и гражданским объектам полезны — они создают новую динамику, которая заставит Россию пойти на уступки. Этого не произошло. Сказав это, Вашингтону трудно развернуться на 180 градусов и жестко критиковать Украину. Однако США не поддерживают именно ту степень террористической эскалации, которой угрожает Зеленский, включая его обращение в ИКАО по поводу гражданской авиации.

Почему Трамп не сравнивает Зеленского с бен Ладеном?

Вопрос, почему Трамп, недолюбливающий Зеленского, не использует его заявления в политических целях — чтобы выйти к нации и сказать: «Зеленский — новый Усама бен Ладен», — остается открытым. Ответ лежит в стратегических интересах Вашингтона. Соединенные Штаты не заинтересованы в победе России. А текущая эскалация, которую Киев и Запад разогнали, скорее ускоряет поражение Украины. Российский президент справедливо отмечает, что ущерб, наносимый Украине, кратно превышает обратный. Украина отрезана от моря, ее возможности тают. Но это не устраивает Вашингтон.

Ястребы внутри администрации Трампа, усилившиеся в текущем году, убедили президента, что Анкориджские договоренности и последовавшие за ними 28 пунктов — это слишком большие уступки России, по сути — победа России. США хотят, чтобы война закончилась вничью. В этом разница между Трампом и европейцами: последние по-прежнему добиваются стратегического поражения России. Трамп же стремится к тяжелым компромиссам. Если он уцепится за заявление Зеленского и признает Украину террористическим образованием, тогда Москва станет правой с американской точки зрения. И придется свернуть помощь Украине, а это обеспечит победу России.

Но наша победа — не в интересах США. Поэтому позиция Вашингтона лицемерна. Не надо питать иллюзий: США не партнеры. Россия, занимая внешне конструктивную позицию, лишь хеджирует риски и предотвращает более негативный сценарий. Трансатлантический кризис объективно выгоден Москве, поэтому сохраняется позитивный внешний настрой в отношении Трампа, но при понимании, что он остается стратегическим противником.

Финансовый трек: Силуанов – Бессент и дипломатический тупик

Встреча министров финансов России и США — Силуанова и Бессента — вызвала надежды. Многие подумали: раз янки перешли на финансовый язык, значит, настроены серьезно. Особенно команда Трампа, бизнесмены и управленцы. Это даже значимее Анкориджа с точки зрения психологии. Однако ожидать возобновления активности Уиткоффа и Кушнера в ближайшее время не стоит — выйти им не с чем.

Визит директора ЦРУ Рэтклиффа и переговоры Бессента были посвящены вопросам деконфликтинга, оценке рисков дальнейшей эскалации как внутри Украины, так и за ее пределами. Переговоры финансистов касались российской экономической устойчивости. Целью дальнобойных ударов было подорвать внутреннюю стабильность России, спровоцировать кризис перед парламентскими выборами и заставить Москву уступить. США по-прежнему интересует, возможно ли это. Рубио и другие верят, что продолжение таких ударов может принудить Россию. Этого не произойдет.

С чем приезжать Уиткоффу? Россия не пойдет на заморозку по текущей линии фронта, на что рассчитывали те, кто убедил Трампа в неактуальности Анкориджа. Возвращаться к той схеме нельзя — сами США объявили ее недействительной. Можно предлагать «Анкоридж плюс»: выход ВСУ не только из Славянска и Краматорска, но и из Запорожья и Херсона, что соответствует формуле Путина от лета 2024 года. Но это еще большая победа России.

Европейские покровители Киева тоже не согласятся. Влияние Трампа на них ограничено, ведь войну финансируют европейцы, они и диктуют позицию. Возобновление дипломатии возможно только когда Украина поймет, что Анкоридж — это не уступка, а спасение. Пока этого нет — эффективного процесса не будет.

Позиция Киева и европейская эскалация

Глава МИД Украины Сибига в интервью на русском языке заявил, что Киев не собирается отдавать Донбасс и другие территории, выступает за заморозку конфликта. Это прямое обращение к Москве.

Однако поведение Германии и публикации в американской прессе показывают, что ситуация выходит из-под контроля США. Бессент был недоволен поведением немецкого коллеги в отношении Силуанова. Конфликт России и НАТО, судя по всему, не за горами. Что будет делать Трамп? Если произойдет прямое столкновение, для США это вызов гораздо серьезнее иранского. Европейцы активируют пятую статью НАТО, но окажется, что США нечем защищать союзников — ресурсы потрачены на Иран, они обескровлены и не могут вести войну высокой интенсивности против ядерной державы.

Политической воли тоже нет. Это приведет либо к ядерной эскалации, либо к роспуску НАТО. Трамп может сказать: «Мы в стороне», предложив покупать оружие за деньги, но это будет означать коллапс альянса. Пока же администрация пытается предотвратить этот выбор, направляя сигналы деэскалации европейцам, критикуя Германию за ее позицию.

Исторические демоны Германии

Почему именно Мерц и Германия так рьяно идут на конфликт? Глава МИД России Лавров на Восточном экономическом форуме говорил о реинкарнации нацизма. Исторические проблемы, законопаченные в 1945 году, сейчас выходят наружу. Лидерство Германии и ее безумная политика эскалации объясняются этими историческими демонами.

Мы наблюдаем реинкарнацию 1930-х годов: попытки запретить «Альтернативу для Германии», использование провокаций во внутриполитической борьбе, ремилитаризация. Германия рискует повторить путь XX века. Макрон отошел в сторону, уступив место Мерцу, и это вызывает вопросы о том, кто реально двигает немецкую политику. Возможно, британский след, но в любом случае опасность прямой эскалации очевидна.