Трамп против таблицы Менделеева: почему экскаватор в урановой шахте — плохая идея
Как Иран учит США искусству восточного терпения, пока Персидский залив закипает без спроса
Переговоры на вулкане: Иран играет в долгую, а Трамп воюет с физикой
Переговорный поезд американской делегации движется в Исламабад. Второй раунд встречи с Ираном, запланированный на 21 апреля, до последнего висел на волоске. Иранцы держат паузу, но, скорее всего, приедут. Пакистан — главный спонсор этой встречи — слишком активно жмет на газ, чтобы дать процессу заглохнуть на старте.
Ожидать от переговоров предсказуемости не стоит. Иранский стиль ведения дел — это восточная вязь, а не западная пунктирная линия. Многолетний опыт общения с иранскими партнерами показывает: сегодня они говорят одно, завтра — другое.
Это не признак слабости или непонимания цели. Это тактика. Они никогда не рубят сплеча «да» или «нет». Решение вызревает непосредственно за столом, после долгого согласования с каждым членом делегации. Итог держится в тайне до последнего. Полная противоположность Дональду Трампу, который трубит о победах еще до того, как противник сел в кресло.
Компромисс по ядерному досье: экскаваторы против физики
На этом фоне контуры возможной сделки выглядят так: Тегеран готов вновь распахнуть двери своих атомных объектов для инспекторов МАГАТЭ и других наднациональных контролеров. Камнем преткновения остается обогащенный уран. Слухи утверждают, что американцы якобы выбили согласие на его вывоз. Трамп в своей манере пообещал выгрести радиоактивные материалы экскаваторами.
Заявление выдает глубокое невежество в вопросах физики и химии. Обогащенный уран — не щебень на стройплощадке. Если хранилище действительно пострадало от предыдущих ракетных ударов и саркофаг разгерметизирован, приближаться к нему с ковшом — смертельный номер. Последствия Чернобыля и судьбы ликвидаторов не дают соврать: игра с радиацией не прощает дилетантства.
Россия предлагала услуги посредника в решении этого вопроса. США отмахнулись. Причина очевидна: урановое сырье — лакомый кусок, ценный компонент и для оружейных программ, и для мирных технологий. Отдавать его конкуренту под присмотр в планы Вашингтона не входит, даже если бы российская сторона гарантировала абсолютную безопасность.
Ормузский гамбит: слабость или расчет?
Неожиданный разворот произошел вокруг Ормузского пролива. Еще недавно Иран обещал жесткий контроль: платный проход и разрешительный режим для всех судов. События последних дней показали, что Тегеран готов откатить ситуацию к довоенному статус-кво. Плата за это — твердые гарантии безопасности от США и отказ от новых авантюр.
В Вашингтоне жест доброй воли расценили превратно, приняв его за слабость. Результат — немедленный обстрел иранского контейнеровоза. Диалог снова на грани срыва.
Американская сторона наступает на те же грабли: любое ослабление хватки воспринимается не как приглашение к миру, а как повод для удара.
Война, которой нет разрешения: Трамп загнан в угол Конгрессом
Полноценная война с Ираном для администрации Трампа — затея рискованная не столько в военном, сколько в юридическом смысле. Согласно законодательству США, для продолжения боевых действий после 27 апреля президент обязан заручиться одобрением Конгресса. Получить его — задача со звездочкой. В стане республиканцев единства нет: сторонники жесткой линии тонут в хоре критиков авантюры. Такер Карлсон, рупор движения MAGA, открыто выступил против. Демократы превратили иранский кризис в дубину для предвыборной борьбы на промежуточных выборах.
Экономический фон давит на рейтинг. Скачок цен на дизель, керосин и топливо бьет по кошельку избирателя. Рейтинг вице-президента Вэнса, и без того скептически настроенного к военным действиям, упал до исторического минимума. Внешнеполитическая изоляция усугубляет картину: ни союзники по НАТО, ни региональные игроки не дали мандат на агрессию. Легитимизация, сравнимая с иракской коалицией 2003 года, отсутствует напрочь. Тогда за спиной США стояли и европейцы, и тихая поддержка Эр-Рияда с Анкарой. Сегодня — вакуум.
Единственный оставшийся инструмент — точечные бомбардировки под предлогом борьбы со «спящими ячейками террористов». Так бомбили хуситов в Йемене, так работали в Сирии и Ираке. Формально разрешение Конгресса не требуется, нужно лишь финансирование. Но это стратегия поражения, а не победы. США уже ухудшили свои позиции по сравнению с ситуацией до 28 февраля. Иран же, просто удержавшись на ногах, выглядит победителем в публичном поле.
Сколько продержится «каменный век»?
Для Тегерана текущий конфликт — не рядовая эскалация. Это война на выживание, экзистенциальный рубеж. Ставка — все. Этим объясняются удары по энергетической инфраструктуре соседей по Заливу. Иран пошел ва-банк.
Консолидация общества вокруг власти — факт. Внешняя угроза сплачивает. Но ресурс такого единства конечен. Три месяца, полгода — дальше вопрос: как долго люди готовы жить в режиме перманентной осады и голода? Трамп любит пугать «каменным веком», но в регионе уже наступило лето. Столбик термометра подскочил до 40 градусов. Энергодефицит, мучивший Иран еще в прошлом году, никуда не делся. Американские бомбы ложились на электростанции, больницы, гражданские объекты. Инфраструктура трещит по швам.
Бизнес тоже не будет ждать вечно. Страны Персидского залива — Бахрейн, Кувейт, Катар, ОАЭ — критически зависимы от импорта продовольствия. 90% еды в этих государствах — привозное. Через Ормуз проходит 40% мировой нефтехимии, сырье для удобрений. Перекрытие пролива в долгосрочной перспективе вынудит энергетические гиганты искать альтернативные маршруты. Да, это дорого, сложно и небыстро. Но капитал не терпит простоя.
Курдская карта бита: почему прокси не сыграют
Ставка на внутренний взрыв Ирана по сирийскому сценарию выглядит сомнительной. Региональных прокси вроде бородатой массы из Сирии можно попытаться перебросить через Ирак. Но есть нюансы.
Главная надежда была на курдов. И она не оправдалась. Курды помнят, чем закончилась их помощь США в Ираке после 2003 года. Их использовали, свергли Саддама Хусейна — и отодвинули в сторону. Совсем свежая рана — декабрь и январь этого года, когда Мазлум Абди и его Сирийские демократические силы были банально слиты Вашингтоном и Иерусалимом.
Сейчас, когда курдам из ДПК и ПСК в Ираке раздали оружие и подтолкнули к выступлению во время иранских протестов, они отлично понимают расклад. Итог предсказуем: иранская армия и КСИР сотрут их в порошок, а западные «союзники» снова умоют руки. Ввязываться в драку, где тебя гарантированно кинут, желающих мало. Курды — народ особый, и путать сирийских, иракских, турецких и иранских курдов — грубая аналитическая ошибка. Они живут в разных политических реальностях.
Турецкий гамбит: Эрдоган не прыгнет в пекло за чужие интересы
Возникает резонное предположение: пока Тегеран выдыхается, региональные тяжеловесы вроде Турции могут включиться в игру на добивание. Эрдоган и иранцы — конкуренты в Сирии и не только. В сирийскую войну Анкара вошла не сразу, а спустя три года, в 2014-м. Не пора ли и сейчас сделать ход конем?
Нет, не пора. Ситуация принципиально иная. Конфликт в Иране вписан в глобальную рамку противостояния Россия — Китай против США. В регионе это понимают отчетливо. БРИКС и ШОС, даже при некоторой условности этих структур, дают Тегерану определенную «подушку безопасности». Прямая атака на Иран — это автоматическое осложнение отношений с Москвой и Пекином. Для Анкары, которая выстраивает новый военно-политический альянс с Пакистаном, саудовцами и Египтом на фоне развала единства НАТО, такой шаг равносилен самоубийству.
Турки прекрасно понимают: поможешь добить Иран — следующим будешь ты. Израиль этого и не скрывает. Дружеские звонки Эрдогана Трампу — слабая страховка. Срок американского президента — два с половиной года в лучшем случае. Дальше — неизвестность. И даже членство в НАТО не гарантирует защиты, если Вашингтон решит разменять Анкару в большой игре.
Личная пикировка Эрдогана и Нетаньяху — лишь верхушка айсберга. Торговля между Турцией и Израилем, несмотря на громогласные проклятия в адрес ЦАХАЛ за бойню в Газе, продолжается через подставные фирмы. Деньги не пахнут. Но сейчас региональная тектоника плит смещается настолько быстро, что старые связи рвутся, а новые альянсы рождаются в пожарном порядке.
Хаос как бизнес-план: кому выгоден горящий Залив
Остается вопрос: зачем американцы так варварски обошлись с Ормузским проливом, если его можно было просто открыть? Ответ лежит в экономической географии. По другую сторону Залива сидят арабы, чья нефть идет отнюдь не в Америку. Она питает ненавистную Трампу Европу и главного конкурента — Китай. С точки зрения долгосрочной стратегии США, устроить в регионе управляемый хаос — вполне рациональная цель. Дорогая нефть выгодна американским корпорациям, которые сегодня входят в число крупнейших мировых поставщиков.
Да, рядовой американец будет страдать от цен на бензин. Но ему объяснят, что виноват кто-то третий, внешний враг. Попросят потерпеть до следующих выборов.
Для Китая иранский кейс — это удар по доступу к дешевым энергоресурсам. До Тегерана был Каракас. Венесуэла гнала нефть в Поднебесную, теперь под прицелом Иран. Параллельно в регионе муссируются слухи о возможном разделе сфер влияния между Вашингтоном и Пекином. Якобы грядет большой передел. Но сидеть сложа руки и верить в светлое многополярное будущее без боя — наивно. США будут драться за сохранение своих позиций до последнего.
Мир меняется. Еще пять лет назад никто не предсказал бы такой глубины раскола в НАТО и на коллективном Западе. Европейцы начинают отворачиваться от Израиля, чей образ в глазах мировой общественности превратился из жертвы в агрессора после бойни в Газе, войны в Ливане и ударов по Ирану. Политический ландшафт Европы перетряхивает уставший от старых элит электорат. Венгрия, Болгария — лишь первые ласточки.
Иранские переговоры в Исламабаде — не просто диалог о ядерной программе. Это барометр новой эпохи, в которой каждый играет сам за себя, а правила пишутся по ходу пьесы. Времени на долгие церемонии нет. Восток снова показывает Западу, что терпение и умение ждать иногда стоят дороже авианосцев.
