Трамп против ФРС: кому нужен крах «печатного станка»
Экономист Бобровский разбирается в системе мировых центробанков и прогнозирует будущее глобальной финансовой системы
Пауэлл уходит, конспирология остается
Противостояние Трампа и Федеральной резервной системы — одна из самых горячих тем сегодняшней американской политики. Вопрос о том, кто стоит за сохранением Джерома Пауэлла и кто всерьез желает упразднить саму структуру, неизбежно упирается в конспирологию. Но конспирология здесь не ругательство, а просто наука о скрытых процессах. Есть множество вещей, которые происходят не на виду: кто-то с кем-то договаривается, а основная масса об этом не знает.
Ситуация вокруг Пауэлла при этом предельно прозрачна: у него заканчивается срок полномочий, и он в любом случае уйдет с поста председателя. Оставить его — значило бы исказить собственные правила и традиции, а в финансовых вопросах их все-таки стараются блюсти. По закону Пауэлл может остаться в совете управляющих — просто рядовым членом, без председательского кресла. Так бывало и раньше: бывшие главы Федрезерва сохраняли портфель, но серьезно повлиять на что-либо уже не могли — сидит почетный, получает какие-то денежки.
Уже ясно: будет не Пауэлл. Осталось одобрить Кевина Уорша — консенсус, похоже, сформировался. Даже те республиканцы, кто был им недоволен, пошли на подвижки. Вопрос ближайшего месяца: там доутрамбуют несогласных, и процесс двинется дальше. С Пауэллом же, скорее всего, поступят аккуратно: снимут обвинения, он уйдет тихо и гадостей делать не станет. Да он и не хотел. Человек на таком посту — не политик в привычном смысле, хотя фигура глобально мощная, потому что ФРС — крупнейший центробанк мира, да еще и традиционно не подконтрольный властям в том смысле, как, скажем, монетарные власти Китая или России в разные периоды истории. Но Пауэллу важна репутация: он еще будет работать, писать научные труды, заседать в советах директоров банков за гораздо большие деньги. Он на свою репутацию играет и фигней заниматься не станет. Это не Трамп.
Чего хотят трамписты: план «Уничтожить ФРС»
У сенатора Рона Пола когда-то вышла книга с красноречивым названием «Уничтожить ФРС». Его сын теперь заседает в Сенате. Есть еще «Трампономика» — там тоже описан план сворачивания всей системы в узел. Что же движет той частью трампистов, которая настроена наиболее радикально?
Если гипотетически залезть им в голову, вырисовывается следующее. Нынешняя система исчерпала себя, и вопрос лишь в том, когда это случится. Долг США — 39 триллионов — не отдается никогда. С ним можно только что-то сделать. ФРС — бюрократическая структура, пусть и с особым происхождением. При этом не стоит видеть в ней масонский заговор, тянущийся веками. Возможно, во времена ее создания глаза на пирамидах на долларах и появлялись не просто так, но суть в другом: за много десятилетий ФРС ввинтилась в государственную систему, трансформировалась в нормальный бюрократический институт, взаимодействующий с федеральной властью примерно так же, как и другие центробанки мира. Никакой «дичи» по указке акционеров Bank of England она не творит. Но механизмы разворота в нужную сторону, как показал Трамп, есть — ставку же снижали.
Так вот, насколько вообще адекватна идея сломать ФРС «через колено»? Исторически была мода то на полное подчинение регуляторов, то на полную независимость — ровно как сегодня в России. Все задаются вопросом: почему Центральный банк творит что хочет, а повлиять на него нельзя? Эта традиция сформировалась в 70-е годы прошлого века. Первым в гонке был Бундесбанк — Центральный банк ФРГ. После запуска плана Маршалла, раскрутившего инфляцию через вливание огромных денег в Европу, он сумел эффективно ее сжать. И в какой-то момент на него начали показывать пальцем: вот как надо — наплевать на всех, получить право плевать на всех и снизить инфляцию. Дальше потянулись шведский Риксбанк, другие скандинавы, а когда сформировался Европейский центробанк, ему сам бог велел стать наднациональной структурой над всей «крышкой унитаза». ЕЦБ и сегодня, возможно, последний по-настоящему независимый институт Евросоюза.
Эта традиция размножилась по всем странам. Дошла и до нас. Не дошла только до Китая — там на нее плевали. Но теперь все разворачивается, потому что чисто монетарным сдуванием спроса невозможно решить тот узел проблем, который накопился у всех.
Устав в чужой монастырь: спор Йеллен и китайских экономистов
Очень показательна история с Джанет Йеллен. Бывшая глава Федрезерва, перейдя в казначейство, явилась в Китай и с ходу выдала: «Нельзя стимулировать производство». Китайцы ответили отрезвляюще:
«Вы стимулируете спрос — вам можно, вы распечатывали вертолетные деньги, придуманные Бернанке. А мы стимулируем производство, а не потребление. Собственно, это вы раскрутили инфляцию».
Йеллен уехала несолоно хлебавши, но дилемма осталась.
И вот последние два года МВФ выходит с интересными рекомендациями. В конце прошлого года там заявили: если проанализировать деятельность центробанков с 2020 года, то те, кто не таргетировал инфляцию, справились лучше. Значит, у ЦБ должен быть не только все разрушающий мандат на таргетирование инфляции, но и мандат на экономический рост. А чтобы его дать, центробанк должен нормально подчиняться, а не просто ссылаться на закон и дальше творить, что Бог на душу положит.
Эта дискуссия в разной степени реализации развернулась по всему миру. В Турции пошли радикальным путем — там султан машет ятаганом, оттого перекосы то в одну, то в другую сторону. В Европейском центробанке ситуация обратная: они формально независимы, но вынуждены подтирать все за евробюрократами. В Японии ЦБ давно зависим — вместе с Минфином печатает деньги, ибо в дефляции по-другому не выйти. Когда растет инфляция, растет и экономика, а как перестают печатать — снова дефляция, что хуже бешеной инфляции. В Южной Корее он относительно подконтролен. В Британии — тоже хоть это и не афишируют: он выполняет агентскую задачу. Не подконтролен только у нас и в Америке.
Трамп заворачивает гайки: почему без этого не обойтись
Именно поэтому Трамп сворачивает независимость ФРС. Если этого не сделать, 39 триллионов долга просто раздавят Америку, а возможно, и мир. Потихоньку идет отток вложений в американский госдолг, он становится исключительно внутренней проблемой. Заместить внешний спрос можно — Япония, например, сама покупает свой долг, это технически несложно. Но надо еще и замедлить рост самого долга, потому что дефицит бюджета не снижается, а он финансируется за счет заимствований. Трамп вводил тарифы, пытаясь снизить дефицит. Чем меньше дефицит, тем меньше приходится платить за обслуживание долга. А если еще и снизить процентную ставку, то обслуживание становится дешевле. Логика Трампа с точки зрения внутренней политики максимально понятна. Творит ли он дичь в мире? Да, но чтобы сделать лучше Америке.
Тарифами, правда, пока получается не очень. Оппозиция развернула ситуацию, требует возвратов. Насобирали почти 200 миллиардов, а дефицит бюджета — 2 триллиона. Снизили лишь десятую часть. Немного, думали, что больше, но и то хлеб.
Теперь следующий шаг — заставить Федрезерв понижать ставку. Уорш, скорее всего, это сделает. Ситуация доведена до того, что это логичный шаг, но теперь надо оформить его так, чтобы федеральные власти с монетарными шли бок о бок. И они это будут делать.
Параллельно доллар долгосрочно обесценивается. Мало того — часть долговой системы, вероятно, заменят стейблкоинами. Это уже происходит — пока в незначительных количествах, но тенденция видна. Есть гипотеза: одну часть долга обесценят относительно другой. За последние лет 15 доллар обесценился процентов на 150–200. Обесценение долга означает, что тот, кто вам должен, в конечном счете отдаст меньше денег по реальной покупательной способности. Можно было купить машину — купите велосипед. Решение проблемы частичное: объем долга не снижается, но снижается та сумма, которую вы получаете обратно.
Российский интерес: доллар как обременение
Для всех, кто пользуется долларовой системой, это означает одно: доллар — падающий в покупательной способности актив. Еще до начала СВО заместитель министра финансов Алексей Моисеев четко сказал: «Сегодня доллар — это обременение». Многие тогда решили, что это ура-патриотическая риторика. Нет, грамотный финансист заглянул вперед и оказался прав. Хранить в долларе сложно: его обесценение непредсказуемо, и вроде сохраняешь, а в итоге получаешь меньше.
Правда, ответ на вопрос «в чем тогда хранить?» неоднозначен. Купить слиток и положить под подушку — такое себе: и налоговая, и способ покупки, и хранение. Для скромных накоплений это непростой вопрос. Проще ориентироваться на то, в чем планируются долгосрочные траты. Если они в рублях — значит, в рублях.
Но главное — знать, что происходит с долларом, чтобы понимать собственные риски. Если вся система завязана, например, на продажу нефти через доллар, то риски те же. Россия может воспользоваться высокими ценами на нефть? Может. Но надо сначала эту нефть вывезти, а потом получить деньги от контрагента. Любой доллар так или иначе идет через Нью-Йорк — так устроена расчетная система. И в этом второй главный риск, помимо обесценения. Вот в чем наш интерес следить за темой: с одной стороны, хотелось бы, чтобы доллар загибался побыстрее — чисто ради попкорна. С другой — нужно, чтобы это тянулось дольше. Чем дольше растягивается процесс, тем больше времени у нас в теории подготовиться.
Если все обрушится завтра, это будет в десятки, может, в сотни раз страшнее 2008 года. Мы очень связаны с той системой, и любое ее обрушение ударит и по нам: сокращения, увольнения, рост дефицита бюджета, обрушение рубля. Потому что инерционно мы продолжаем стоять одной ногой в прежней модели, где для стабилизации национальной валюты в кризис приходится лить золотовалютные резервы. И тут возникает вопрос: зачем мы гордимся их ростом и переживаем из-за заморозки? Единственная функция валютной части ЗВР с 1970-х — вбрасывать на рынок или выкупать обратно при колебаниях. Вот за этим и следим.
Единым махом семерых побивахом: решится ли Трамп?
Способен ли Трамп решиться одним махом смять и уничтожить систему? Это в его характере. Но вряд ли сейчас для этого сложились условия. Первый год он двигался хорошим темпом, меняя в мире довольно много. Сейчас началась пробуксовка по целому ряду проблем, и от своего графика он отстает — субъективно, по ощущениям, на полгода, месяцев на семь-восемь. Отставание нарастает.
Сама фигура Уорша — человека недалекого от семьи Трампа, но при этом выходца из структуры Федрезерва — говорит о компромиссе. Даже в этой ситуации приходится идти на компромисс. Пока всех через колено внутри Америки сломать не получается.
По-человечески, по-бизнесовому Трамп мог бы и дальше ломать — «дедушка старенький», ему все равно, это последний срок. Но поведение его окружения заставляет полагать, что там есть группа или группы, действующие расчетливо. Если считать, что они умные, а мы просто не учитываем их сложный замысел, можно потом получить серьезные проблемы. Лучше готовиться к тому, что противник силен и ему нельзя дать ударить в грязь лицом. Исходить надо именно из этого.
