Цифры есть, а света нет: как Европа рисует рост

Дефлятор, средняя температура по больнице и номинальный рост. Экономика ЕС держится на бумаге

Европа взяла на вооружение принцип: нас бьют, а мы крепчаем. В условиях энергетического и экологического кризиса ЕС умудряется демонстрировать рост, опережающий многие ведущие экономики. Как в 1923 году нарисовали приличный рост на бумажке, а в реальности был обвал. До сих пор многие экономисты вспоминают: как же тогда было хорошо. А сейчас расплачиваются за ту попойку.

Цифры номинальные. Чем отличается капитализм от социализма? В СССР считали в товарной продукции, в реальном выражении. При капитализме — в долларах, евро, рублях, юанях. Чтобы убрать эффект инфляции, применяют дефлятор. Здесь пространство для творчества бесконечное. Не подходят циферки под красивую подачу? Подыграем дефлятором. Все вперед, все замечательно.

Инфляции для всех не существует. Для разных социальных слоев она разная. Для разных секторов экономики — тоже. Берут и подравнивают под среднюю температуру по больнице. Получается то, что хотят увидеть.

Долговой рынок в щепки, рост инфляционный

Динамика европейского долгового рынка буквально разносится в щепки пополам. В такой ситуации экономический рост — инфляционный. В реальности идет спад. Можно спорить о величине, но это спад. Плюс военная промышленность. Все понимают, с кем воюют. Руками Украины, но производство — в странах ЕС. Дефициты бюджетов растут. В некоторых европейских странах больше 60% ВВП формируется через трансферты, через бюджет. Вот и секрет Полишинеля.

Дальше будут продолжать рисовать циферки и красиво отчитываться. Ровно до тех пор, пока красивые цифры не пойдут вразрез с реальностью. Классно, экономика растет, а электричества в доме нет. Ни по какой цене. Топлива на заправке нет. Тоже ни по какой. Некоторых продуктов в магазине нет.

Для начала это будет походить на конец 1980-х. Резервы и запасы базовых товаров не бесконечны. Расходуются с космической скоростью. Все убеждают себя: это временное. Оно должно завершиться. Но с точки зрения обывателя, который сидит в кресле перед чудо-ящиком, употребляет фастфуд, запивая чем-то не очень здоровым, — оно, возможно, и закончится. А с точки зрения истории развития биологического вида закончиться должны вот такие персонажи.

Когда начнут делить газ?

Посчитать точно не получится: нет репрезентативных данных об объемах резервного топлива — газа, нефти. Нет данных о скорости его проедания и объемах поступлений. Формально есть цифры о процентном заполнении подземных газохранилищ в ЕС. Но когда они опустятся ниже определенного уровня, начнется дележ. Кто первый встал, того и тапки. На чьей территории газовый вентиль или емкость закопана — того и газ. А дальше: мы вам не дадим. Придите, попробуйте забрать.

Судя по разворотам процессов, к Новому году могут появиться первые сигналы физического дефицита ресурсов. Но они ни к чему не приведут. Даже паника с дефицитом топлива, устроенная на ровном месте по заказу из Вашингтона, особенно ни к чему не привела. У европейцев запасов прочности больше. Локальный дефицит переживут спокойно. Пропагандистская машина работает мощнее, чем у нас.

Следующий шаг будет серьезным. Когда сегодня в магазине ничего не купишь, завтра ничего не купишь, через две недели — вот это будет удар. Когда это произойдет — зависит от динамики цен на энергоресурсы. Цены на заправках, на дизель в США — на историческом максимуме. Бензин потихоньку двигается туда. Запасов нефти в мире еще много. Может хватить на год. Поэтому это длительная песня. Если наши не начнут бить по заводам на территории ЕС, которые делают оружие, прилетающее по нашей стране — тогда процесс ускорится. Тогда начнется протрезвление.

Танки вместо «Гольфов»

Экономика Европы, особенно Германии, ориентируется на милитаризацию. Делали «Гольфы», начнем делать танки и заживем. Но милитаризация для нормальной работы подразумевает наличие военного конфликта. Чтобы было куда сбывать. Получается, Европе нужен конфликт между Россией и Украиной, чтобы реанимировать экономику за счет ВПК? Это работает так, но формулировка близорукая.

Любая страна, любая экономика успешна только в долгосрочной перспективе. Те страны, которые на протяжении столетий показывали лучшую динамику, отличались глубиной взгляда. Умением планировать на длительный период, выдерживать планы, лавировать, корректировать, но придерживаться магистральной линии. Сейчас европейцы реагируют на сиюминутные вызовы. Локально дырочку на носке заштопывают. Но далеко в заштопанном носке не убежишь. Разотрешь ногу, быстрее разобьешь обувь. Результат будет намного хуже.

Людей, способных думать и действовать стратегически, незаметно среди тех, кто присутствует в публичном поле. Если смотреть локально для заголовков новостей, то да, выглядит именно так. Если разбираться в сути процессов, то нет. Они закрывают дыру в моменте. Противостояние между нами носит экзистенциальный характер. Естественным образом оно не закончится. Договариваться там не с кем. Ни одно из соглашений последних лет не работает.

Европеец не настолько примитивен

С одной стороны, Европа говорит о развитии ВПК. С другой — о том, что Россия враг и обязательно нападет. Нужно готовиться. При этом экономический рост — мнимый, фальшивый. Действующие власти запишут его себе в заслугу. Повлияет ли это на настроение европейцев? Станут ли меньше поддерживать оппозицию?

Мы биологические существа. У каждого есть ощущение реальности. Нас можно долго вводить в заблуждение. Но последние региональные выборы в Германии показали, кто к чему.

Результаты голосования говорят именно о том, что экономический рост исключительно номинальный. Еды стало меньше, и она стала дороже. Экономический рост вроде есть? Да. Жизнь стала лучше? Нет, стала хуже. Люди именно из-за этого голосуют за правых.

Наша задача — убрать угрозу

Но мы не в Германии живем. Европа последние годы ведет себя как откровенный враг. Воюют, стреляют по нам, убивают наших сограждан. Прямо, непосредственно. Откровенно декларируют: мы вас будем убивать. Стреляют по гражданским объектам, по людям на пляже.

Зачем нам рассуждать, что там будет у них? У нас задача простая — убрать эту угрозу. Пусть они сами между собой грызутся. Пусть убивают друг друга. Пусть делают с собой все, что угодно. Главное, чтобы не проявляли агрессию против нас и не убивали нас. Неважно — сами, через прокси, Украину, Прибалтику, Закавказье. Все равно через кого. Нам нужно сделать так — и здесь мы за ценой не постоим — чтобы обеспечить свою собственную безопасность.

А дальше, если получится, объяснить им на том языке, на котором до них дойдет. Не они поймут, а до них дойдет. Что идея Drang nach Osten – «натиск на Восток» – плохая всегда. Для них плохая. Что мы с этим справимся. А в какой-то момент можем и решить так, чтобы вообще некому было — просто не осталось голов, к которой такая идея может прийти.