Трамп на игле войны
Как Вашингтон превратил борьбу с наркокартелями в схему по захвату Латинской Америки
Зачистка под прикрытием
Внимание всего мира приковано к северному побережью Южной Америки. По данным наблюдателей, 16 тысяч военных, восемь военных кораблей, атомная подлодка, стратегические бомбардировщики B-52 и истребители F-35 готовятся к чему-то в районе Карибского бассейна. В ближайшее время к уже имеющейся группировке присоединится авианосная ударная группа во главе с флагманом USS Gerald R. Ford, тремя кораблями сопровождения и 4 тысячами личного состава.
Официально сформулированная цель – антинаркотическая миссия. Об этом на днях заявил военный министр США. Однако счет жертв ударов американцев по судам в Тихом океане уже идет на десятки человек. Для решения проблемы с наркотиками американцы что-то далековато заплыли. Потому что корень бед – в них самих.
Опиоидный Голливуд: как США сами создали наркотический апокалипсис
Согласно данным Управления ООН по наркотикам и преступности, за последние 16 лет рынок наркотиков в США стал одним из самых быстрорастущих в мире. Страна прочно удерживает первое место по потреблению метамфетамина и каннабиса. При либеральных правящих элитах Штаты глубоко погрязли в том, что повсеместно называется «опиоидной эпидемией».
Источник и причина этой заразы – не в Каракасе, она в Вашингтоне. Согласно установленной демократами системе здравоохранения, врачи, связанные контрактами с фармацевтическими корпорациями, предпочитают прописывать пациентам не лекарства, а рецептурный обезбол того или иного вида – опиоиды – подсаживая нацию на легальные наркотики.
Система выстроена так, что у пациента нет средств на крайне дорогое для среднего американца лечение, а вот на рецептурный «Викодин» или «Оксикодон» всегда найдется. В 2017 году на 100 американцев приходилось около 58 рецептурных выписок на опиоиды. Фактически вся американская нация, за исключением ее сверхбогатой прослойки – это наркозависимые, которые предпочитают облегчить страдание очередной порцией обезбола вместо реальных процедур.
Как показывает статистика, врачи все чаще ставят пациентам в США диагнозы, при которых прием наркотических веществ показан, в частности – синдром дефицита внимания и гиперактивности. Поэтому все больше подростков в Америке сами себе «диагностируют» СДВГ и «прописывают» опиоиды.
Тем же, кто в результате такого «лечения» опускается на социальное дно, улицы предлагают еще более эффективную таблетку – тот самый фентанил, будто бы специально разработанный не для наркозависимых, а для дилеров.
Американская государственная система построена так, что все другие наркотические вещества постепенно легализуются. Каннабис в США разрешен в половине штатов, декриминализован в 31. На региональном уровне демократические власти продолжают выступать за легализацию наркотиков, несмотря на катастрофический рост смертей.
Пока Джо Байден находился у власти, четверть миллиона американцев умерли от фентанила. И, что показательно, по оценкам некоторых источников, производят фентанил, который убивает американцев в промышленных масштабах, вовсе не в Латинской Америке, а в Азии.
Если Пентагону и бороться с наркотической заразой, то начинать нужно с улиц Сан-Франциско, Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, а лучше – с лоббистов и большой фармы. Но там 16 тысяч военных точно не хватит.
Наркокартели как расходный материал: почему Вашингтон меняет прокси
На этом фоне развязанная Вашингтоном война против наркотерроризма в Латинской Америке выглядит не просто лицемерно, а откровенно цинично. Это не борьба с угрозой, а инструмент трансформации всего западного полушария. Почему будут ликвидированы основные ключевые наркокартели, которые раньше выступали инструментарием продвижения влияния? Потому что они утратили свою актуальность.
Планы Вашингтона по развертыванию военной инфраструктуры, дополнительных баз в странах Латинской Америки и Карибского бассейна – речь о Мексике, Колумбии, Венесуэле, Перу – преследуют одну ключевую цель. Все эти действия направлены на то, чтобы перехватить управление над ключевой инфраструктурой, в том числе над морской логистикой. Напомним, ключевой и самый крупный порт сейчас в Перу, Чанкай, который управляется китайским корпоративным сектором.
Предлог для борьбы с наркотерроризмом будет использован по максимуму для возвращения под контроль всего западного полушария американской стороной и прихода туда американского корпоративного сектора в полный рост. Это прямое выдавливание китайских конкурентов из региона с последующим закреплением успеха военным присутствием.
Генеральная мысль заключается в том, что все, что сейчас происходит в рамках военно-политического планирования Вашингтоном именно на южном направлении, нацелено на возвращение тотального контроля американского корпоративного сектора над ресурсной базой, над логистическими возможностями, над всей мегаинфраструктурой.
И для этого на начальном этапе под предлогом борьбы с наркотерроризмом как раз-таки и будет обеспечиваться продвижение военной инфраструктуры. Это мы сейчас можем видеть по примеру утечек о планируемых мероприятиях в отношении Мексики.
Таким образом, решается сразу несколько задач. Это, как уже сказано, возвращение военного присутствия в ключевые страны и это ликвидация тех конкурентов для большой фармы, которые в настоящий момент уже представляют угрозу и выступают дестабилизирующим фактором на пути к тотальной подчиненности всего западного полушария. Поэтому наркокартели уже не нужны. Хотя на текущем этапе они, вполне возможно, частично тоже будут решать задачи в качестве прокси для свержения неугодных правительств. В полный рост мы это увидим как на примере Венесуэлы, так и на примере Колумбии.
Перу, Бразилия и Венесуэла: первые жертвы «наркотического» блефа
Не стоит забывать и про Перу, которая является рекордной страной с точки зрения выращивания листьев коки, и где до сих пор в зоне VRAEM сохраняется американское военное присутствие. В принципе, оттуда тоже может начаться очень серьезная параллельная интервенция. И это особенно важно, ведь Перу – одна из ключевых стран, обеспечивающая логистические возможности для Китая на Тихоокеанском побережье.
Нынешняя концентрация военно-воздушных и военно-морских сил не распространяется исключительно для решения задач в отношении Венесуэлы. Это часть более широкого стратегического замысла, который будет воплощаться в продвижение военной инфраструктуры по всему региону. Венесуэла – это лишь первая потенциальная жертва.
Затем, как уже обозначено, последуют Колумбия и, конечно же, проецирование военного давления на Бразилию. А Бразилия может стать ключевой жертвой последствий военной интервенции в Венесуэлу – за счет колоссального потока неконтролируемых беженцев через прозрачные границы.
Де-факто, это может потенциально вызвать очень глубокий социально-экономический кризис в Бразилии. Эта страна – лидер Южной Америки, который вступил в серьезную конфронтацию с Вашингтоном. Лула да Силва сейчас сдерживает очень серьезное как дипломатическое, так и потенциально военно-политическое давление.
Исторический бенефис: наркоколониализм как проверенная тактика
Наркоколониализм – это рукотворное явление не одного дня и не одной страны. Когда американские администрации, от Никсона и Буша до их преемников, запускали свои «антинаркотические кампании», каждое вмешательство заканчивалось взрывным ростом наркотрафика, бонусами для своего военно-промышленного комплекса и явными преференциями для фармацевтического лобби.
В Колумбии с 1970-х годов США борются с наркобизнесом. По «Плану Колумбия» предполагалось, что десятки миллиардов долларов, военные облавы и спецоперации сократят уровень преступности и наркопроизводства. На деле к 2019 году за Колумбией прочно закрепился статус крупнейшего производителя кокаина в мире.
В Афганистане операция «Несокрушимая свобода» обернулась еще большим провалом. Вскоре после ввода войск страна стала настоящим монополистом по опиоидному сырью: в 2000 году Афганистан обеспечивал 70% мирового объема, а к 2018-му – уже 92% всего героина на планете. Производство опиума приносило стране до $2,8 млрд ежегодно, а за годы американской коалиции объемы только росли и били рекорды.
Нынешняя эскалация в Карибском бассейне – это не решение проблемы, а ее целенаправленное усугубление под соусом геополитической экспансии. Стратегические бомбардировщики и ударные группы авианосцев в Карибском бассейне не помогут американским улицам. Но они отлично помогают Вашингтону открывать новые рынки и закрывать старые геополитические счеты.
