Тактика тысячи комариных укусов
Эксперт Рожин рассказывает, что США задумали предпринять против Ирана
Острова, спецназ и ловушка на берегу
Американцы назвали это «стратегией тысячи комариных укусов». Звучит по-дурацки, но за этим стоят вполне конкретные планы: быстрые рейды в приграничье Ирана, высадки на островах и в прибрежной зоне. Операционные возможности, которые США сейчас создают — переброска дополнительных сил спецназа, морской пехоты, — позволяют организовать такие десанты.
В зоне риска — остров Харк, острова в Ормузском проливе, район АЭС «Бушер», где находятся российские специалисты. Менее вероятный, но не исключенный вариант — высадка в одном из южных портов Ирана, допустим, в Бандар-Аббасе. Однако ни один из этих вариантов не гарантирует ничего, кроме тактического успеха.
Даже если захватят остров, это не помешает Ирану обстреливать Ормузский пролив, запускать дроны и ракеты по любым целям в регионе. А любая захваченная территория тут же превратится в мишень. Иран будет ее обстреливать, втягивая противника в войну на истощение.
Показательный момент: остров Харк — это иранская нефтяная инфраструктура. В Тегеране уже заявили на официальном уровне: если противник захватывает остров, они сознательно уничтожат собственную нефтяную инфраструктуру на нем, а затем начнут бить по нефтяным объектам монархий Персидского залива. Параллельно после начала такой попытки последуют удары по кораблям и судам в Красном море, по Баб-эль-Мандебскому проливу. И по терминалам и нефтепроводам Саудовской Аравии, которые идут к Красному морю. Через них идет перевалка до 7 миллионов баррелей нефти. Удары по ним сразу усугубят нефтяной кризис.
Главная проблема США: как заставить Иран сказать «все, мы отступаем». Даже если американцы уйдут, дроны и ракеты по их базам продолжат лететь. Объявить о конце операции не получится. Они застряли в непривычной для себя ситуации и пока не видят выхода.
«Суперэлита» под обстрелом: логистика как смертельная ловушка
Для таких операций нужна суперэлита: спецназ, подразделения, натренированные под ультрасложные амфибийные высадки. Но иранцы не будут сидеть сложа руки. Потери неизбежны.
Однако главная головная боль — даже не сам десант, а его обеспечение. Захваченный остров нужно снабжать. Войска размещены — значит, надо возить грузы. Возникает вопрос: с территории какой страны вы это будете делать? Организовать поток самолетов, вертолетов, конвертопланов — и по этой логистике тут же начнут прилетать иранские ракеты. Причем бить будут как по стране, откуда идет десант, так и по самому острову.
Обеспечивать высадку только с десантных кораблей — их мало. Подходить близко к берегам Ирана опасно: можно получить противокорабельную ракету или дрон в борт. Чисто морского десанта без опоры на сухопутную страну не получится.
А значит, нужна страна, которая согласится принять у себя эту логистику. И она автоматически вступит в прямую войну с Ираном. Из вероятных кандидатов — Кувейт, Эмираты, по убывающей Саудовская Аравия, Катар. Американцы знают о подводных камнях, но, видимо, готовы пытаться реализовать один из сценариев.
Арабские монархии: шакалы, промахнувшиеся мимо тигра
Судя по всему, арабские монархии были в курсе подготовки и даже потворствовали началу операции. Но сейчас они вступить в прямой конфликт с Ираном не спешат. И на то есть причины.
Они боятся, что Иран уничтожит их экономику. У каждой страны есть ключевые объекты, которые крайне сложно защитить. Исчерпание запасов ракет ПВО — серьезнейшая проблема. Ущерб может быть долгосрочным.
С одной стороны, они грозят, что вот-вот включатся в войну. Прошел уже месяц, а они продолжают мягко угрожать и просить соблюдать правила: «не бейте туда, не бейте сюда». Это позиция страха. Они бы с удовольствием воспользовались быстрым поражением Ирана, чтобы заработать и усилить свои политические позиции. Но они ведут себя как шакалы, крутящиеся в районе тигра в надежде поживиться добычей.
А поживиться не получилось. Кот промахнулся. И теперь арабские монархии оказались в ситуации, в которой не хотели оказаться. Ежедневный ущерб, разрушенная инфраструктура. Иран при этом еще выбирает, куда бить. Если он начнет неизбирательные атаки, под удар попадет критическая инфраструктура Эмиратов, Бахрейна, Саудовской Аравии. Последствия — на годы. Они мечутся в поисках выхода из той же ловушки, в которую попал Трамп.
Как можно было так лихо влететь в ловушку?
Почему участники коалиции выглядят настолько неподготовленными? Неужели они действительно рассчитывали на легкую победу в 90-миллионной стране?
Исходная логика была такой. После летней войны 2025 года, завершившейся условной ничьей, они посчитали, что Иран ослаблен. Потрачена существенная часть запасов ракет. Если подготовиться более интенсивно, добиться более весомой концентрации ударов, обеспечить обезглавливающий удар с целью убийства высших военных и политических лидеров — плюс инспирировать извне восстания, вывести людей на улицы. Комбинация факторов должна была дать быструю победу.
Не случайно на старте звучали пафосные заявления: «мы назначим своего аятоллу, будем контролировать нефть, перестроим политическую систему как считаем нужным».
Серьезная недооценка внутренней устойчивости Ирана. И военных возможностей тоже. Рассказы о том, что уничтожена вся ПВО, оказались мифом. Иран регулярно сбивает самолеты и дорогостоящие дроны. Единой системы ПВО у него нет, но работающих комплексов достаточно.
Ракетный счет: запасы Ирана не иссякают
Надежда уничтожить 90% пусковых установок Ирана не оправдалась. Иран идет по восходящей по числу запусков. Только в одну из баз Саудовской Аравии в один из дней прилетело более 11 баллистических ракет. Запас есть.
Большинство ракетных объектов — подземные «ракетные города». Обычными бомбами их не взять. Запуски оттуда продолжаются. Часть военного производства находится в заглубленных объектах и продолжает работать. Сколько у Ирана было и есть ракет — неизвестно. Сколько он производит в сутки — тоже. Но на текущий момент Иран ведет ракетную войну уверенно, нанося каждый день серьезный материальный ущерб.
Самоощущение Тегерана: они не проигрывают, а с позиции силы могут диктовать американцам условия. Вашингтон, конечно, считает это позой. Но как завершить войну, чтобы решить политические задачи? На переговорах не получить желаемого. Остается продолжать войну ради того, чтобы когда-то иранцы пошли на переговоры. Стратегическая причина сомнительная, особенно учитывая, как это давит на сателлитов США.
Украинский след: от Дубая до Киева
Иран теперь считает Украину участницей конфликта. Член комиссии по нацбезопасности и внешней политике Ирана заявил: Тегеран снова готов принять меры против операторов дронов ВСУ в регионе. Недавно в Дубае был накрыт склад украинских беспилотников.
Украина и Иран — две страны, преуспевшие в технологиях беспилотников. Но удивить друг друга им вряд ли удастся. Можно привезти с Украины дроны и бить ими их по Ирану, но вряд ли это будет существенное число пусков. Зато Иран будет охотиться на подобные миссии. Приехали, разместились в гражданском здании на территории третьей страны — для Ирана нет ограничений. Будут бить по этой территории.
Дополнительные ходы: удары по посольствам Украины в странах Персидского залива, в Иордании, в Израиле. Посольство будет считаться законной военной целью. Любые украинские активы в регионе — тоже.
Есть и потенциальная опция прямого удара по Киеву. Те же ракеты, которыми обстреливалась база Диего-Гарсия в Индийском океане, способны достичь центральных регионов Украины. Запуск через территорию Армении и Грузии, затем Черное море. Ракете придется пройти через территорию России. Россия, однако, не обязана сбивать иранскую ракету, которую запускают в Киев. Такая возможность у Тегерана есть.
