Рубио в Греции: энергокабель, дата-центры и роль хорошего полицейского
Американист Романов о многозадачности, стрессоустойчивости и стабилизации риторики Трампа
Госсекретарь Рубио направился в европейское турне. В Греции обсуждал прокладывание энергокабеля, который соединит Грецию, Кипр и Израиль. Создаст энергетическую подушку для Израиля и для Соединенных Штатов. Энергия пойдет в дата-центры, которые они строят в регионе. У Рубио многозадачность по полной программе: стрессоустойчивость и все остальное, как пишут в резюме.
Рубио всегда выступает для европейцев в роли хорошего полицейского. Когда едет Трамп — понятно, чего ожидать. Хотя после выступления в Давосе в январе все расслабились. Потом приезжает Вэнс, пытается всех поднять на дыбы. Тут Рубио — нейтральный человек, который отрезвляет европейцев от страха, заработанного при встречах с Трампом и Вэнсом. Показывает: несмотря на разногласия, рабочие отношения остаются нетронутыми. Рубио справляется с задачей. Чем чаще он летает, тем больше стабилизируется риторика Трампа в отношении Европы.
Рубио не просто хороший полицейский. В Греции он рассказывал, что они загнивают. Взывал не к тому, чтобы идти за Америкой. Взывал вспомнить свои корни: вы же греки. Сравнительно с Трампом и Вэнсом он хороший полицейский — ему больше доверяют. На протяжении работы в Сенате позиции Рубио по внешней политике, хотя его всегда интересовало Западное полушарие, Южная и Центральная Америка, — все равно им ближе, чем то, что публично озвучивали Вэнс и Трамп.
Рубио готовится к выборам?
Сообщения о том, что Рубио снимают с крана на Украине, что ролик проспонсирован Республиканской партией с подписью в уголке, — выглядят как правда. До этого он покатался по Латинской Америке, пришел к единению со своими, а не европейскими корнями. Полное ощущение: он готовится к выборам. Хотя на вопрос о подготовке отвечает: нет-нет, я занят, я работаю.
Трамп не будет поддерживать до последнего момента никого. Хочет быть центральной фигурой и промежуточных, и следующих президентских выборов. Участвовать не сможет, но хочет, чтобы Республиканская партия оставалась ему верной. В час Х скажет свое слово. Человек, которого он поддержит, — вероятно, Вэнс. Но публично Трамп до конца говорить не будет.
Это обеспечит республиканцам плохой результат. Трамп себя из электорального процесса не уберет. Если бы люди голосовали сегодня, почти каждый голос за демократа был бы голосом не за демократов, а против Трампа. По последним опросам независимые избиратели, самый важный электорат, 54% заявили: голос за демократов — это голос против Трампа. С президентскими выборами будет то же самое.
Урок Десантиса и шансы на президентское кресло
Рубио не хочет баллотироваться в президенты по нескольким причинам. Делать это с наследием Трампа трудно. На каких победах выезжать? Таких нет. Он наработал реноме и резюме, которое сможет использовать позже. Сейчас его не воспринимают как очевидного преемника, никто не возлагает особых надежд. Говорят: есть модель Рубио и Вэнс.
Захочет ли он идти в паре с Вэнсом? Если Трамп предложит или прикажет — выхода не будет. Но в тандем не очень хочет: нет гарантий, что Вэнс победит. Перед глазами неудачный пример Рона Десантиса. В 2022-м и 2023-м многие прочили ему кандидатство от республиканцев. Говорили: трампизм с человеческим лицом. Стоило Десантису изобразить Трампа при живом Трампе, как цифры полетели вниз. О политическом будущем перестали говорить в одночасье. Сейчас светит только место в Верховном суде.
Рубио видит этот пример и не хочет повторения. В 2016-м он боролся с Трампом за кандидатство. До сих пор хочет вернуть шанс. В 2012–2013 годах Рубио считали главным республиканцем нового поколения. Золотой мальчик партии, который поведет ее в новый мир. Республиканцам придется работать с латиноамериканцами, с меньшинствами. Рубио хочет подгадать более удобный момент.
У Вэнса лучшего шанса не будет. Он очевидный наследник. На него возлагают надежды Трамп и значительная часть республиканских избирателей. Он опережает большинство кандидатов. Если Вэнс будет баллотироваться, у него поддержка самой активной базы Трампа. Без этой базы ни один республиканец номинацию не выиграет.
Промежуточные выборы: Палата и Сенат
По нижней палате демократы побеждают точно. У республиканцев выбор между плохим и очень плохим сценарием. По Сенату у республиканцев 53 мандата плюс голос вице-президента. Он используется только при голосовании 50 на 50.
Как минимум четыре гонки, где шансы республиканцев под вопросом. Двух могло не существовать, но Трамп решил продвинуть лояльных кандидатов вместо эффективных. Проблемы появились в Техасе, где давно есть тенденции к становлению «фиолетовым» штатом. Трамп решил избавиться от нелояльного сенатора Джона Корнина и поддержал генпрокурора штата Кена Пакстона. Пакстон столкнулся с серьезными проблемами финансирования. Сейчас уступает демократу Джеймсу Толарику на три процентных пункта. Несколько месяцев назад разница была один с чем-то и только увеличилась.
Возможности исправить ситуацию не видно. Но нужно помнить электоральную историю Техаса. В 2018 году многие думали, что Теда Круза победит Бето О’Рурк. К ноябрю Круз набрал скорость и победил. Возможно, то же будет и с Пакстоном. Республиканцы этот штат знают, как пять пальцев. Но Трамп добавил лишних проблем и лишних трат. В Сенате ситуация может скатиться до потери двух мандатов, большинство останется. Либо один мандат. Даже сохранение большинства 52 с одним потерянным мандатом — неплохой результат. Но внутриполитическая повестка провальна. Главные реформы и инициативы Трампа проходить не будут.
После выборов Трамп оторвется
Что касается внешней политики — после ноября Трамп оторвется по полной. Конгресс имеет формальные возможности его ограничить. Конгрессмены уже раз 15 пытались принять резолюцию об остановке военных действий в Иране. За нее голосовали и поддерживали. Ни к чему не привело. Система сдержек и противовесов во внешней политике работает ограниченно. Много лазеек, которые президент как руководитель внешней политики использует. Ко второму сроку Трамп пришел подготовленным, с целой брошюрой того, что делать. Брошюру будут использовать, когда демократы возьмут Конгресс.
Единственное, где могут ограничить — формирование федерального бюджета каждую осень, до 1 октября. Формируются траты на инициативы, в том числе внешнеполитические. Вывод американских контингентов из Германии — на это Конгресс должен выделить деньги. Там могут заблокировать или замедлить финансирование. По вопросам войны и мира Трампу никто не указ. Любому американскому президенту Конгресс в этом случае не указ. Примеров достаточно.
С Ираном это может продолжиться до января 2029-го, до конца президентства. Ничего не мешает. Люди могут говорить про запасы. Трамп будет замедляться, делать перерыв, восполнять запасы и ударять снова. Он не знает, как из этого конфликта выходить. Возможны отдельные удары по террористическим ячейкам, как в первом сроке по Африке и Ближнему Востоку. Но ограниченные. Основное направление — Иран и Латинская Америка. В Латинской Америке масштабная военная кампания маловероятна, пока он не закончит с Ираном.
Джеффрис метит в спикеры
О Хакиме Джеффрисе. Отношение к России такое же, как у 99% конгрессменов: антироссийский двухпартийный консенсус. Не менялся с 2013 года. Джеффрис ничем не отличается. Не самый большой радикал, в отличие от Линдси Грэма*, республиканца и ближайшего советника Трампа. Но точно не друг. Искать друзей в представителях иностранного правительства — последнее дело. Ничего другого не ожидалось.
Слухи о президентских амбициях необоснованны. У него цель — стать спикером Палаты представителей. Для некоторых американских политиков это максимум. Спрос небольшой, ты не лидер государства. Но власти много: третий на очереди после президента и вице-президента. Джеффрис метит в кресло спикера и намерен остаться надолго.
* — в реестре террористов и экстремистов Росфинмониторинга
