От Telegram до хоккея на футбольном поле: три сигнала Путина чиновникам-затейникам
Как страна строит свой интернет, перетряхивает трудовые резервы и просит бизнес забыть о быстром рубле
Глобальный интернет — труп. Пока еще теплый
Весь мир, к сожалению, движется к разделению на доменные зоны. Это не российская придумка и не злоба отдельно взятых чиновников — огораживаются все. Китай делал это с самого начала и теперь лишь продвигается дальше. Евросоюз всерьез наращивает суверенность своей интернет-зоны, приняв уйму огораживающих законов. Свои наработки есть у Австралии и стран АТР. США тоже в тренде. Идет тестирование подходов — у каждой державы они свои, но вектор общий.
Глобальный интернет был изобретением конца 80-х – начала 90-х. Он вырос на фоне глобальной торговли и всеобщих взаимодействий. Довольно быстро выяснилось: глобализация работает только на одну страну — на США. Остальные вынуждены подстраиваться под правила, которые американцы навязывают под видом свободных. Сейчас — откат. Контроль США за глобальным миром показал: преимущества есть, но бенефициаром все равно остаются американцы. Все прочие участвуют на вторых ролях.
Перед нашим руководством — простая дилемма. Либо мы худо-бедно, криво-косо сформируем свою доменную зону, выстроим защиту от внешнего влияния и разрушения экономики и попытаемся вовлечь в нее другие страны. Либо останемся младшими партнерами, а в худшем случае — просто младшими участниками чужой зоны. Глобального интернета в прежнем виде больше не будет. Нас ждет другое время, и к нему надо готовиться.
Замедлили Telegram — зачем? Слов у чиновников не нашлось
Другой вопрос — как именно огораживаться. За последние годы набралась полезная практика, но часть вызывает дикое раздражение. Она бьет по личным интересам и воспринимается как вторжение в личную жизнь. Человек пользовался Telegram, а потом его замедлили. Естественно, выбешивает.
К сожалению, у чиновников не нашлось человеческих слов, чтобы объяснить, зачем это делается, с какой целью и какие угрозы нас ждут. То ли не могут объяснить, то ли объяснительной модели нет. Факт остается фактом: люди раздражены запретительной кампанией. Она влияет негативно прямо сейчас, а защита в будущем, суверенность — это где-то там.
Президент уловил опасный рост тревожности. Социологи фиксируют разочарование в госполитике, негатив, недоверие. И ответом стали два сигнала. Первый: надо относиться ко всему разумно, не выплескивать ребенка с водой, не закрывать интернет грубо, калеча экономику, бизнес и повседневную жизнь. Второй, адресованный напрямую чиновникам: делайте так, чтобы суверенитет креп, а люди страдали минимально или хотя бы понимали, что происходит. Пока нет жесткого президентского указа, чиновники идут по пути наименьшего сопротивления — проще запретить, чем думать. Президент фактически сказал: «Напрягитесь и подумайте».
Трудовые ресурсы: собирать, считать, управлять, не плодить крепостных
Отдельный тезис президента касался мониторинга дефицита кадров, высвобождения работников и их перемещения туда, где они эффективнее. Россия никогда не была страной с богатыми человеческими ресурсами. Нас не сравнить с Китаем, Европой или США. Никто массово не хочет жить при среднегодовых температурах ниже нуля, со сложной инфраструктурой и объективно тяжелой жизнью. Поэтому вопрос управления трудовыми ресурсами стоял всегда — еще с Российской империи. Столыпинские реформы по заселению Сибири с пособиями — тому пример.
Сейчас у нас нет большого миграционного потока, а тот, что есть, раздражает общество. Завести 20 миллионов мигрантов — коллапс общественной структуры (свежий европейский опыт нагляден). Роботизации повальной в ближайшее время не случится. Остается более точно и грамотно управлять теми ресурсами, что есть.
Первым делом нужен мониторинг. Это нормальная управленческая задача: изыскать внутренние резервы, понять, где переизбыток, куда мотивировать людей переходить. Государство этим занимается уже несколько лет — программа «Профессионалитет» дала серьезные результаты, детей после 9 класса мотивируют идти на рабочие специальности. Местами перегнули палку — слишком мало остается на 10–11 класс. Но проблема в отсутствии глобального мониторинга, гибкого инструмента. Без него схема примитивна: находят дефицит, бросают туда все силы, через время там профицит, зато в других отраслях снова дыра.
Государство теперь намерено видеть картину на пять-десять лет вперед. Важно, чтобы регулирование не скатилось к запретам и крепостничеству — вроде недавней «прекрасной» идеи штрафовать выпускников медвузов, не идущих по специальности. Хотелось бы мягких мер: большая зарплата, ускоренная пенсия, как в СССР для тех, кто ехал за полярный круг.
Бумажный ад и цифровой дашборд
Работники бюджетной сферы перегружены отчетностью. Это появилось не вдруг и не из чиновничьей любви к бумагомарательству. В какой-то момент государство осознало низкую эффективность в бюджетном секторе и не придумало ничего умнее, чем ввести максимальную систему отчетности. Инструментов для повышения эффективности не так много. Сейчас признали, что палку перегнули. Те же учителя и врачи завалены бесконечными бумагами.
Снижение документационной нагрузки — это не противоречие мониторингу. Появляются новые технологии и способы учета. Если интернет не глушить без конца, через него многое делается. Искусственный интеллект постепенно внедрят. За счет цифровизации можно разгрузить бюджетников, получив эффект без распила бюджета.
Мониторинг трудовых ресурсов — это сбор статистики с предприятий, объединение ее и работа с большими данными. Прямо сейчас любой предприниматель вынужден заполнять формы, статистика оседает, но почти не обрабатывается. Для этого нужны специализированные системы, чтобы у президента каждые полгода на столе лежал дашборд: где избыток кадров, где грядет дефицит и что с этим делать. Такие системы существуют, надо их внедрять. Иначе губернаторы по-прежнему будут приносить президенту папочки с красивыми цифрами, под которыми — 95% износа сетей ЖКХ.
Длинные деньги: бизнес просит не превращать футбол в хоккей
Президент заговорил о том, чтобы предприниматели не уходили в «быстрые деньги». Способ стимулирования длинных вложений известен. Меняется налоговая политика, вводятся стимулы. Но объективно: в перспективе пяти-десяти лет вариантов вывозить деньги из страны попросту не останется. В мире жесткая борьба за контроль над финансовыми потоками. Многие обожглись после 2022 года, когда активы за рубежом отобрали. Внешние условия дарят государству возможность — вопрос в том, как ею распорядиться. Если все сведется к увещеваниям, предприниматели найдут способ ничего не тратить. Мышление бизнесмена конкретное и предметное.
Нужна другая политика Центробанка. Сейчас ключевая ставка стимулирует положить деньги на счет и жить с процентов, а не вкладывать. Нужна промышленная политика, политика пространственного планирования. Чтобы предприниматель знал: в этом городе государство перестроит инфраструктуру, и можно вкладываться в производства с возвратом инвестиций за пять-семь лет (сегодня бизнес считает нормой два-три года, а то и полтора).
Главное — стабильность правил игры. Именно постоянные изменения и «сюрпризы» бесят предпринимателей больше всего. «Каждый день праздник» — когда приходишь играть в футбол, а поле уже залили и говорят: играй в хоккей. В быстро меняющемся мире выигрывает то государство, которое научится не дергать правила. Президент эту проблему видит, экономический блок уже получил порцию критики. Вопрос — смогут ли чиновники перестроиться и обеспечить стабильность.
