Обменный фонд Европы: как Варшава хватает историков, а Берлин разгоняет русофобию

Востоковед Макаренко о связи между возвращением археолога Бутягина с планомерной работой НАТОвских спецов

Археолог в польском капкане: зачем Киеву чужие раскопки

История ареста археолога Бутягина в декабре прошлого года в Польше — из разряда «хотели как хуже, получилось как всегда». Ученый, проездом возвращавшийся с научной конференции, угодил под международный ордер, инициированный украинскими спецслужбами. Претензия — раскопки в Крыму.

Абсурдность обвинения зашкаливает: археолог, который копает, наносит ущерб историческому наследию? Это все равно что обвинять патологоанатома за вскрытие. Но Украина панически боится истории — причем любой, не только собственной, — и потому хватает историков буквально на конференциях.

Решение о выдаче Киеву уже почти состоялось, Бутягина должны были вот-вот отправить. В последний момент ситуация развернулась кардинально, и ученый вернулся домой. Но сам факт задержания — не случайность и не ошибка польских властей. Это элемент системной охоты.

Обменный фонд: граждане РФ как расходный материал

Западная Европа целенаправленно формирует обменный фонд. Задерживать можно любого гражданина России, выехавшего за рубеж, — по любому предлогу. Второй фигурант того же обмена — жена военнослужащего российских войск в Приднестровье, схваченная в Кишиневе за якобы попытку дать взятку молдавскому пограничнику.

Сама конструкция искрит юмором: у Молдавии есть пограничники — это во-первых. А во-вторых, кто в Восточной Европе сейчас взяток не берет? Украинская таможня — конвейер, молдавская, польская — звенья той же цепи. Но найти человека, который не берет, — задача со звездочкой.

Европе нужен любой обменный фонд. Хватать будут всех, чтобы менять на специалистов, работавших против России. Случай далеко не первый и не последний. Вспомнить хотя бы Азербайджан: российские граждане в зинданах Алиева сидят и продолжают сидеть, а въезд туда остается открытым — заезжайте, обменный фонд у нас прямо на границе. Схема проста: набрать побольше граждан РФ, а затем обменять на своих агентов.

Молдавские шпионы, румынский след и НАТОвский интерес

Обмен стал возможен не только потому, что в Белоруссии задержали польского шпиона. Ценный актив — это любой специалист, который работал в стране, даже если он уже провалился и сидит. Он знает, где и как упал, и может научить тех, кто только отправляется в Россию или Белоруссию.

Два гражданина Молдавии, которых обменяли вместе с польским агентом, — не ремонтники и не туристы. Это подготовленные кадры с языковыми знаниями, а человек с родным русским языком на постсоветском пространстве выявляется крайне сложно.

На кого работают молдавские шпионы? На Молдавию, которая готова воевать до последнего молдаванина с Россией? Абсурд. Кишинев работает на Румынию, а Румыния — страна НАТО. Таким образом, эти двое — ценный актив не молдавский, а общеевропейский, НАТОвский. И польский специалист, и молдавские агенты — все это работа Североатлантического альянса против России.

Писториус, бундесвер и возрождение «угрозы с Востока»

На этом фоне громко прозвучало заявление министра обороны Германии Писториуса, обвинившего Россию в шпионаже за бундесвером. В Германии прошли обыски у некоего подозреваемого, якобы следившего за транспортными средствами армии ФРГ. Писториус философски заметил, что удивляться тут нечему. Но вся эта шпионская возня — классическое разогревание медийного поля.

Писториусу это крайне выгодно: он заявил, что бундесвер должен стать самой мощной армией Европы, обеспеченной и материально, и людьми. Для этого нужна угроза. Поляки — не угроза, американцы на немецкой территории — тем более. Угроза — это тот, кто ведет активные боевые действия, то есть Россия. Исторически противник найден, медиаполе раскручивается. Германия мечтает вернуть всеобщую воинскую повинность — это серьезный мобилизационный ресурс и огромные деньги на оборону. Деньги, которые пойдут не на социальные нужды, а на пушки.

Молодежь, впрочем, воевать не рвется: по последней статистике, немцы массово пишут отказы от добровольного вступления в бундесвер. Без русофобской накачки добровольцев не наскрести. Отсюда и тень на плетень про русских шпионов — холодная война, которая очень хочет стать горячей.

Парад без бронетехники: безопасность превыше хайпа

Наконец, на внутреннем контуре — решение о проведении парада Победы без военной техники. Военнослужащие военных вузов пройдут по Красной площади, зрителям покажут кадры работы всех видов и родов войск в зоне СВО, авиагруппы отрисуют небо цветами флага. Но наземная техника в параде не участвует. Решение абсолютно оправданное.

Техника должна выдвигаться, а районы сосредоточения — потенциальная цель для украинских беспилотников. Удар по колонне, идущей на парад, — это не военная катастрофа, это медийный кошмар. Один подбитый музейный Т-34, одна горящая машина — и украинские паблики взорвутся ликованием.

К тому же исключать диверсию нельзя. На фоне задержанных молдавских разведчиков звучит уже не как теория заговора, а как рабочий сценарий: приблизиться к технике, улыбнуться военнослужащим, заложить взрывное устройство. Безопасность солдат, а не пропагандистская картинка, — вот что действительно важно. Парад пройдет, флаг раскрасит небо, и зрители запомнят его таким. Без единого шанса для врага хайпануть на чужой трагедии.