Меморандум с Ираном: триумф Трампа, ревность Нетаньяху и скрытая сверка часов Москвы с Тегераном

Востоковед Долгов о перспективах сделки США и Ирана для всего ближневосточного региона

Глава российского МИДа поприветствовал завершение работы над текстом американо-иранского соглашения и заявил, что Россия полностью поддержит реализацию сделки. Официальная реакция предсказуема, но за кадром неизбежно осталась сверка часов в отношениях Москвы и Тегерана. А именно этот трек после крайне непростого года требовал особенно доверительного разговора.

Фундамент здесь — подписанные ранее соглашения о стратегическом сотрудничестве. До прихода к власти в Сирии исламистских сил Иран фактически был союзником России на этом плацдарме.

Ситуацию изменила 12-дневная война между Ираном и Израилем в июне 2025 года. Тегеран тогда ожидал от Москвы более активной поддержки, но получил, с иранской точки зрения, недостаточную вовлеченность. Возникли шероховатости. Официальные заявления были сдержанными, но в двусторонних контактах иранская сторона ясно выражала недовольство.

Удары по школам и военная агрессия: рана, которая не затянулась

Дальше — больше. В 2026 году США и Израиль нанесли удары по Ирану, причем военные действия велись даже во время переговорного процесса. Фактически это была прямая агрессия. Уничтожение высшего руководства Ирана, бомбардировки мирных объектов, трагедия в школе, где погибли более 170 учениц от 10 до 12 лет, — все это накладывало мрачный отпечаток.

Москва в политическом и дипломатическом плане осуждала действия США и Израиля, руководство России прямо называло такую агрессию недопустимой. Однако Тегерану этого казалось мало: он снова фиксировал несоответствие между ожиданиями и реальной динамикой российской поддержки.

Сейчас градус напряжения в отношениях с Ираном снизился. Контакты министров иностранных дел и подтверждение готовности содействовать меморандуму стали сигналом: недопонимание преодолено, отношения в значительной степени восстановлены.

Но здесь важно помнить о системных ограничениях российской внешней политики. Москва по-прежнему завязана на украинский кризис и на сложный диалог с Соединенными Штатами. Отношения с Израилем — тоже значимая составляющая, они существуют и развиваются. Эта объективная реальность неизбежно проецируется на иранское направление, и да, это накладывает свой отпечаток. В такой многослойной конструкции поддержка Москвой ирано-американского меморандума выглядит вполне адекватной.

Трамп выходит из пике: меморандум как ответ критикам внутри США

Для администрации Дональда Трампа этот документ — спасательный круг. Соединенные Штаты оказались загнаны в угол. Иран не просто выдержал удары, но и ответил так, что Вашингтону пришлось идти на переговоры.

Длительная война с непредсказуемыми последствиями никогда не была популярна в американском обществе, антитрамповские тенденции усиливались. Противоречивые заявления Трампа — то о победе над Ираном, то о переговорах, то о меморандуме — раздражали. Теперь же появляется возможность упаковать соглашение в обертку триумфа. Для Трампа это выход из негативной внутриполитической спирали.

Более того, сделка частично нейтрализует обвинения оппонентов. Противники президента давно твердили, что вся эта война против Ирана затеяна по инициативе Израиля и исключительно в его интересах. Подписание меморандума дает Белому дому контраргумент. При этом ситуация для Трампа все еще остается достаточно сложной, а его политическое будущее — проблематичным. Противники продолжат противостояние, но в моменте это именно выход.

Нетаньяху теряет аппетит: «ось зла» уничтожена не до конца

Для премьера Израиля Биньямина Нетаньяху прекращение противостояния между Ираном и США — момент откровенно негативный. Все его планы строились вокруг полного обеспечения безопасности и ликвидации «оси зла», как в Израиле называют то, что в Иране именуют «осью сопротивления». Сейчас Нетаньяху активно подчеркивает: главные силы этой оси подавлены. С сирийским руководством Башара Асада покончено, военная структура бывшей сирийской армии ударами Израиля в значительной степени уничтожена или серьезно ослаблена, радикальное руководство Ирана устранено.

Все это подается как достижение заявленных целей. Пришедшие к власти в Сирии исламистские силы, несмотря на разговоры о содействии палестинскому делу, в противостоянии с Израилем реально никак не участвуют. Такой картиной Нетаньяху пытается зафиксировать ситуацию полной безопасности и продлить собственную политическую карьеру. Поддержка у него есть, но часть израильского общества его не принимает. Однако если меморандум начнет реально выполняться, часть целей израильского премьера так и останется нереализованной.

Тем более что документ напрямую не затрагивает Израиль, который не участвовал в переговорах. Но его действия в Ливане и против движения «Хезболла», которое поддерживает Иран, остаются важнейшим неурегулированным аспектом. Удары по боевикам и ликвидация ряда руководителей — это та часть ближневосточной головоломки, которая способна в любой момент взорвать хрупкое перемирие.

В целом заключённое соглашение, безусловно, позитивно: военные действия прекращаются. Если условия будут соблюдаться, конфликт между Вашингтоном и Тегераном пойдет на спад, а то и вовсе остановится. Но израильский фактор никуда не исчезает, и именно здесь сохраняется пространство для непредвиденных вариантов. Сделка кажется прочной ровно до первого удара в Ливане или нового витка эскалации, на который Израиль имеет собственные планы.