«Маринера» накрылась Гренландией: два вывода из истории с похищенным танкером
Сюжет с танкером показывает, что наше (как, впрочем, и любое другое) информационное пространство может быть перегрето. Судя по всему, это что-то про нашу самооценку и неуверенность в себе
США захватили несколько танкеров, обвинив их в перевозке венесуэльской нефти. В их числе оказалось судно «Marinera», которое связывали с Россией. Однако в действительности это оказалось не так.
«Это был фальшивый российский нефтяной танкер. Они, по сути, пытались выдать себя за российский нефтяной танкер, чтобы обойти санкции»,— сказал Вэнс в интервью Fox News.
Но к тому моменту истерика в российском сегменте Telegram достигла своих высот: сообщения с гневом, претензиями и даже требованиями потоком шли друг за другом.
Международный обозреватель «Известий» Андрей Кузмак разбирается в действиях Белого дома и гневной реакции российских социальных сетей.
Трудящиеся Telegram требуют возмездия
Тема задержания танкера «Marinera» (ранее – «Bella-1») взбудоражила российскую общественность. Вся отечественная блогосфера замерла в ожидании какого-то ответа, а когда он последовал во всей своей предсказуемости – разразилась праведным гневом. Кремль опять и снова обвиняли с мягкотелости, если не в трусости, вспоминали советское время, когда такие фокусы идеологическому врагу с рук не спускали (что неправда) и с фантазией иронизировали над ответом российского МИД.
Ситуация действительно показательная, однако совсем в контексте реакции Кремля и отечественной дипломатии.
Для того, чтобы разобраться в произошедшем, необходимо разделить его на два независимых измерения (спойлер: вывод будет неутешительный, но неожиданный).
Хронология событий
Охота за танкером продолжалась с 22 декабря, когда появились первые сообщения об этом. Исходя из этого, мы должны поверить, что на протяжении двух с лишним недель Береговая охрана США гонялась за 300-метровым кораблем по международным водам и не могла его задержать. Этот спектакль издание The New York Times назвало «необычным явлением».
При этом корабль то именовался «судном без гражданства», то шедшим под флагом Панамы. Примечательно, что ценного груза (нефти) на нем не было. «Белла-Маринера» не достигла Венесуэлы и удирала пустой.
Как писали западные СМИ, проблема могла быть связана еще и с тем, что американские военные не располагали вертолетами для десантирования, а взять танкер на абордаж не получалось.
The Independent непрозрачно по этому поводу намекнула, что «многодневное преследование контрастирует с заявленными амбициями администрации Трампа о захвате нефтяных танкеров и свидетельствует об ограниченности оперативных возможностей береговой охраны».
Использование в операции по захвату «Маринеры» британских возможностей в этом контексте выглядит особенно красноречиво. Равно как и участие Лондона в раздувании этой истории в СМИ, как выдающегося успеха в деле давления на Россию.
Теневой флот правит морями
Для понимания: по весьма приблизительным подсчетам S&P Global, теневой флот танкеров, которые используются для транспортировки подсанкционной нефти насчитывает 889 кораблей. По этим же данным, 586 из них принадлежат России. 16 дней Береговая охрана США охотилась за одним пустым танкером…
При этом неопределенное количество судов продолжает регистрироваться под российским флагом, чтобы избежать американских европейские санкций. По данным специализированного мониторингового агентства Lloyd’s List Intelligence, в 2025 году число таких кораблей выросло на 40%, а их количество перемещений увеличилось на 201%.
В массе обозначенных выше общедоступных знаний, история с «танкером-беглецом» становится с одной стороны куда менее значительной, чем было представлено, с другой – еще более запутанной. Инфоповод тонет в контексте.
Александр Лукашенко весьма красноречиво прокомментировал произошедшее.
«Я им всегда говорил, но и своего старшего брата предупреждал, и прямо накануне этого мерзкого мероприятия (похищения Николаса Мадуро и всего последующего – Ред.): не было бы только спектакля со стороны американцев и всего Запада, не разыграли бы они нас в очередной раз. И сегодня я абсолютно убежден, что это так. Зачем было захватывать совсем недавно пустой российский танкер под флагом России? Зачем это нужно было делать, если вы хотите мира в Украине? И много-много мыслей рождается после этих событий», — отметил он.
Береговая охрана США захватила нефтяной танкер Olina, — подтвердили в южном командовании американской армии
Выводы: первый и второй
При этом обратим внимание, что американские официальные лица прокомментировали захват корабля по-разному. Если Пит Хегсет (он был первым) заявил, что судно было российским, то дальше почему-то Вашингтон всячески старался избегать этот нюанс, а вице-президент Джей Ди Вэнс рассказал в интервью, что российская принадлежность и вовсе была фикцией.
Позднее на вопрос о «Маринере» Трамп заявил, что «не хочет говорить об этом». На следующий день после интервью Белый дом распорядился освободить двух единственных россиян из состава экипажа «Маринеры». Не похоже на победные реляции и потрясание кулаками, не правда ли?
Произошедшее на первый взгляд начинает казаться несогласованным, спонтанным и бессмысленным с практической точки зрения PR-решением кого-то в Вашингтоне.
Но куда больше он выглядит американским предупредительным сигналом о том, что в Западном полушарии надо играть по правилам, установленным на Капитолийском холме. В то же время, сигнал – ограниченный, без намерения развивать конфликт на пустом месте. И это – первый вывод.
Прошел один(!) день, и тема «Маринеры» накрылась Гренландией, и то, что у нас было подано как дипломатический скандал и национальное унижение, мгновенно растворилось в дискуссиях о «развале НАТО». Прошло два дня, и уже сама Гренландия фигурально ушла под воду под тяжестью «Орешника».
Отсюда второй вывод. Сюжет с танкером показывает, что наше (как, впрочем, и любое другое) информационное пространство может быть перегрето за несколько часов, и для этого много усилий не нужно. Необходимо просто нажать на нужные этно-психологические-кнопки, пощекотать древние обиды и комплексы, напомнить о прежних поражениях и пережитых от них стыде и позоре – и готово.
Судя по всему, это что-то про нашу самооценку и неуверенность в себе.
