Языковой демарш Пашиняна: первый шаг к разрыву?
Аналитик Халатян о том, как отказ от русского языка вскрыл глубину кризиса в отношениях Армении и России
На саммите ШОС в Бишкеке Никол Пашинян стал единственным лидером страны СНГ, отказавшимся выступать на русском языке. Формально это его право — русский не является обязательным для лидеров государств на таких мероприятиях. Однако контекст важен: раньше Пашинян говорил по-русски, а теперь перешел на армянский.
В самой Армении большинство населения не придало этому эпизоду большого значения, потому что серьезность кризиса в двусторонних отношениях затмевает такие мелочи.
Тем не менее, если бы Пашинян всегда выступал только на государственном языке, это было бы нормой. Но переход именно сейчас, на фоне ухудшения отношений с Москвой, воспринимается как сознательный демонстративный жест. Это лишь маленькая толика из тех проблем, которые накопились за последние годы.
Что волнует армянское общество?
Вместо языковых споров людей гораздо больше беспокоят экономические и политические последствия разрыва с Россией. Подорожание газа, торговые ограничения, необходимость искать новые рынки — все это ударит по кошельку каждого гражданина.
Кардинальный пересмотр отношений с Россией спустя десятилетия не может не вызывать тревогу. Часть общества, примерно треть, считает, что курс на Запад правильный и своевременный. Другие опасаются за безопасность и экономику. Большинство понимает серьезность момента, и равнодушных почти нет.
В 2021 году, когда проходили выборы, российская сторона заняла равноудаленную позицию, не вмешиваясь в процесс. Но это и была фактическая поддержка Пашиняна, потому что Запад его и так активно поддерживал. Ему было достаточно, чтобы Россия не мешала. Москва сделала ставку на то, что Пашинян останется и выполнит трехсторонние договоренности по Карабаху. Этого не произошло.
Выборы 2021 года: упущенный шанс?
Удивительно, но многие российские эксперты и журналисты, наблюдая за кампанией пятилетней давности, не предвидели нынешнего кризиса. А между тем все было прогнозируемо.
Запад тогда использовал все ресурсы для поддержки Пашиняна, и равноудаленный подход Москвы стал для него подарком. Теперь, спустя годы, можно констатировать, что ставка на Пашиняна не оправдалась. Отношения скатились в пике, и дно еще не достигнуто.
Пашиняну удалось создать новую политическую реальность в Армении: если раньше любой кандидат в лидеры пытался заручиться поддержкой Москвы, то теперь такая поддержка стала скорее отягчающим обстоятельством. Благодаря мощной информационной кампании Запада Россия была представлена как виновница всех бед Армении, а все светлое и хорошее — как исходящее от Запада. Этот нарратив закрепился в сознании значительной части общества.
Давление на оппозицию и молдавский сценарий
На последних выборах, несмотря на мощное информационное давление, аресты оппозиционных активистов и открытую поддержку Запада, оппозиционные силы набрали почти 40% голосов. Это о многом говорит.
Власти целенаправленно запугивают общество, хотя массовых задержаний на улицах пока не происходит. Армения движется по пути, который уже проходили Грузия при Саакашвили, Молдавия при Санду, Украина. Европейцы и армянские прозападные эксперты активно продвигали так называемый «молдавский сценарий» выборов: полная поддержка Запада, запрет пророссийских сил, ограничение их участия. Этот сценарий частично реализован.
При этом в Армении пока нет таких радикальных мер, как запрет русского языка или переписывание истории Великой Отечественной войны, но тревожные симптомы уже проявлялись: в прошлом году были случаи ограничения освещения Дня Победы на государственном телевидении.
Церковь под ударом: дело Католикоса
Особый фронт борьбы — Армянская апостольская церковь. Власти пытаются оказать давление на Католикоса Гарегина II, надеясь заставить его уйти в отставку. Однако эта стратегия пока не сработала. Католикос держится стойко, и даже те иерархи, которые перешли на сторону властей, не получили поддержки в народе. Более того, давление на церковь привело к росту популярности самого Католикоса.
Причина в том, что за пределами Армении живет в два-три раза больше верующих Армянской апостольской церкви, чем в самой стране. И они в подавляющем большинстве поддержали Католикоса, что делает его фигуру неуязвимой для локальных репрессий.
Арест или отстранение Гарегина II не решит проблему, а только усугубит ее: духовный лидер останется духовным лидером, даже за решеткой. Пашинян, видимо, осознает это, но в силу своего характера вряд ли откажется от идеи. Возможна тактическая пауза, но в долгосрочной перспективе он попытается додавить, пользуясь поддержкой Запада, который готов закрывать глаза на любые нарушения ради ослабления российского влияния.
Прошла ли Армения черту?
Общество пока не прошло точку невозврата. Есть оппозиционные силы, которые выступают против разрыва с Россией — не потому, что они пророссийские, а потому что считают это невыгодным для Армении. Однако правящий режим настроен антироссийски, и он будет двигаться по выбранному курсу, несмотря на возможные экономические потери.
Российская сторона предлагает провести референдум по вопросу отношений с Москвой, чтобы общество само выбрало свою судьбу. Это логично, ведь если власти примут решение, а потом общество пострадает от последствий, это будет несправедливо. Но даже если референдум состоится, не исключено, что под влиянием убеждения и запугивания большинство проголосует за евроинтеграцию. Поэтому важно, чтобы решение было действительно волеизъявлением народа, а не манипуляцией.
В любом случае, Армения сейчас повторяет ошибки других постсоветских стран, идет по проторенной дорожке, которая ведет к конфликту с Россией, экономическому кризису и потере суверенитета. Остановить этот процесс может только осознание обществом того, что разрыв с Москвой не гарантирует безопасности и процветания, а, напротив, ставит страну перед новыми рисками. Но пока власть уверена в своей безнаказанности, а Запад продолжает подпитывать антироссийские настроения, шансов на перелом немного. Армения движется к точке, откуда возврата уже не будет, и этот момент, возможно, ближе, чем кажется.
