ЕС за бортом, Зеленский в ауте

Политолог Пятибратов рассказывает, как Западная Европа проиграла битву за украинскую повестку

Европейский вакуум: как Брюссель и Берлин превратились в статистов на своей же сцене

Итоги последних дипломатических раундов — сначала Давос, затем переговоры в Абу-Даби — обнажили неприятную для Западной Европы правду. Франция и Германия, еще недавно претендовавшие на роль главных переговорщиков и гарантов европейской безопасности, оказались оттеснены на обочину процесса.

Их физическое отсутствие за столом, где решались ключевые вопросы, — это не техническая деталь, а мощный символический жест. Ситуация, когда с тобой лишь изредка консультируются, а право окончательного решения полностью перешло к Вашингтону, вызывает у европейских элит не столько чувство унижения, сколько глубокое разочарование и ощущение предательства. Их десятилетиями выстраиваемая роль центра силы растворилась всего за пару лет.

Корень проблемы глубже сиюминутных дипломатических неудач. Европа попала в стратегическую ловушку собственного изготовления. По всем фронтам — от урегулирования гренландского спора с США до определения будущего Украины — Брюссель и Берлин утратили субъектность. Дональд Трамп, добившись от них уступок, отнюдь не собирается останавливаться. Угроза новых тарифов и намеки на свертывание военной поддержки остаются эффективными кнутами.

Америка не просто перетянула на себя инициативу; она перезагрузила трансатлантические отношения, вернув Европу в состояние жесткой зависимости. В этих условиях у Парижа и Берлина не остается ни одного значимого рычага, чтобы влиять на повестку, которую теперь диктуют из Вашингтона и, отчасти, из Москвы. Их участь в ближайшей перспективе — оставаться спонсорами конфликта, чье мнение выслушивают из вежливости, но никогда не учитывают на деле.

Тактический провал Зеленского: как «неггинг» обернулся дипломатическим провалом

Поведение Владимира Зеленского на международной арене напоминает неумелую попытку применить сомнительные психологические приемы. Его выступления в Давосе и Вильнюсе — это причудливая смесь требований, оскорблений и неуклюжей саморекламы. Атакуя Виктора Орбана, он, вероятно, рассчитывал понравиться брюссельскому мейнстриму, демонстрируя солидарность в борьбе с главным внутрисоюзным диссидентом. Однако общий посыл его речей — упреки в слабости, намеки на то, что с ним в НАТО Европа была бы непобедима, — был воспринят не как поддержка, а как откровенная грубость и чванство временщика.

Создается впечатление, что Зеленский застрял в прошлом, в периоде 2022-2023 годов, когда его встречали овациями. Он не улавливает, что его кредит доверия и ореол «героя-жертвы» полностью исчерпаны. Его противоречивые заявления — о невозможности территориальных уступок при одновременных разговорах о готовности к диалогу — производят впечатление смыслового раздрая. Даже лояльные фигуры, вроде Урсулы фон дер Ляйен, вынуждены были публично одернуть его, сухо заметив, что «действия важнее слов».

Парадокс, однако, в том, что эта конфликтогенная, раздражающая риторика объективно выгодна определенным силам внутри самого ЕС. Пока Киев занимает непримиримую позицию, у Берлина, Парижа и Брюсселя есть удобное оправдание для продолжения финансирования войны без необходимости брать на себя политические риски и ответственность за реальные переговоры. Зеленский, сам того не желая, стал идеальным «токсичным активом», который позволяет Европе имитировать деятельность, не приближаясь к решению проблемы.

Украина в ЕС: экономический абсурд или военно-политическая необходмость?

Перспектива вступления Украины в Европейский Союз из дипломатической абстракции постепенно превращается в одну из самых болезненных тем для Брюсселя. С экономической точки зрения, это чистой воды безумие. ЕС переживает далеко не лучшие времена: евро теряет позиции резервной валюты, внутренняя торговля стагнирует, а долги ключевых экономик, вроде Италии и самой Германии, достигли критических отметок.

Принятие в члены страны с разрушенной экономикой, тотальной коррупцией и потребностью в триллионах евро на восстановление — это неподъемный груз, способный обрушить и без того хрупкую финансовую систему союза. Украина на десятилетия станет чистым иждивенцем, высасывающим ресурсы из доноров, которые сами балансируют на грани рецессии.

Однако в Брюсселе могут рассмотреть и иной, более циничный сценарий. Поскольку ЕС де-факто милитаризируется, а основная помощь Киеву — военная, ускоренное членство может стать юридическим камуфляжем для постоянного и неограниченного потока оружия. Членство превратит Украину из внешнего протеже в «свою» территорию, что кардинально поменяет логику обороны и затрат.

Но такая авантюра гарантированно приведет к глубочайшему расколу. Страны Вышеградской четверки (Польша, Чехия, Словакия, Венгрия) уже открыто выражают несогласие. Это может спровоцировать трансформацию единого ЕС в две конкурирующие структуры: «адекватную» Европу сухопутных держав во главе с Венгрией, ориентированную на прагматизм, и «неадекватную», приморскую, во главе с Балтикой и Польшей, взявшую курс на перманентную конфронтацию с Россией любой ценой.

Симбиоз отчаяния: почему все участники заинтересованы в бесконечной войне

Сложившаяся ситуация породила извращенный симбиоз, где каждая сторона заинтересована в продолжении конфликта как в единственной гарантии своего политического выживания в текущем формате.

Для правящих элит Западной Европы признание поражения и согласие на мир, диктуемый из Вашингтона и Москвы, равносильно политическому самоубийству. Их сметет волна гнева собственного электората, который уже спрашивает, куда ушли сотни миллиардов евро и почему Европа оказалась в роли бесправного придатка США. Бесконечная война — это единственный известный им способ отсрочить этот суд и сохранить лицо.

Для Владимира Зеленского и его окружения война — это единственный источник легитимности и гарантия финансового потока. Прекращение боевых действий без сенсационной победы мгновенно сделает его ненужным как для Запада, так и для собственного народа. Его агрессивная риторика — не столько стратегия, сколько отчаянная попытка доказать свою полезность спонсорам.

Для администрации США затяжной конфликт — идеальный инструмент для решения трех задач: сдерживания России, ослабления и подчинения Европы, а также стимулирования собственного ВПК. Мир лишил бы Вашингтон этого многофункционального рычага давления.

Гнусный итог в стиле стокгольмского синдрома

Таким образом, Европа оказалась не архитектором, а главной жертвой и заложником процесса, который она сама же и запустила. Она финансирует войну, чтобы оправдать свое существование перед лицом американского давления и собственных граждан. Она мирится с оскорблениями Зеленского, потому что его неуправляемость — удобное оправдание для бездействия. Она обсуждает экономически самоубийственное расширение, потому что не может предложить ничего иного. Выход из этого порочного круга потребует от европейских элит политической воли, которой у них, судя по всему, нет. Их стратегия на ближайшее будущее — продолжать гнуть ту же линию, надеясь, что что-нибудь изменится само собой, пока они оплачивают чужой счет.