Бразилия на грани: 80-летний Лула против 45-летнего Болсонару — и все это в американской удавке

Колумнист Ясинский о том, почему второй тур решает судьбу не только Бразилии, но и всего Глобального Юга

Бразилия подошла к голосованию на президентских выборах в состоянии глубокого раскола. С одной стороны — 80-летний Лула да Силва, с другой — 45-летний сенатор Флавио Болсонару. Опросы показывали равенство, и первый тур это подтвердил. Разрыв меньше двух процентов, но за этой цифрой больше двух миллионов голосов. Сторонники Лулы ждали другого результата. Они были уверены, что пусть первый тур никто не выиграет, но у их кандидата будет больше. Реальность оказалась неприятной.

Неявка стала главным действующим лицом. На выборы не пришли больше 33 миллионов человек. При этом общая явка рекордная — свыше 80% бразильцев проголосовали. До 25 октября этим людям придется как-то определиться. Вопрос в том, смогут ли они вообще это сделать. Риск повторения волнений после того, что уже произошло, остается высоким. Каждый кандидат будет менять кампанию. Луле да Силве нужно что-то менять точно.

Но дело не только в Бразилии. Это Глобальный Юг. Бразилия — ключевая страна, где многое решается. То, что произойдет сейчас, сильно повлияет на всю Латинскую Америку, на Африку, на весь Юг. Никогда в истории бразильских выборов разрыв между кандидатами не был настолько мал. И это делает второй тур не просто местной драмой, а геополитическим узлом.

Удобрения против доктрины Монро

Лулу в Штатах называют левым политиком, но это упрощение. У него есть траектория левых сил, однако по ориентации он скорее левоцентрист. Болсонару — ультраправый. Его отец, бывший глава государства, сейчас в заключении за попытку организации государственного переворота. Это те же силы, которые оправдывали фашистские перевороты в Латинской Америке в 1960-е и 1970-е годы. Череда переворотов в Южной Америке началась в 1964 году со свержения демократического правительства Жоао Гуларта. Чили, Аргентина и все остальные были потом.

Мы видим откат не просто левых сил. Это откат суверенитета Латинской Америки перед доктриной Монро. У Трампа было много успехов в последние годы. Венесуэла, Куба, Колумбия, Эквадор, Перу — везде к власти возвращаются правые. Причем не просто правые, а ультраправые, полностью ориентированные на Трампа. Если в Бразилии Болсонару выиграет 25 октября, это будет огромный удар не только по прогрессивным силам страны, но и по всей Латинской Америке.

Но не все так линейно. Агропромышленный комплекс Бразилии огромен. Есть объективная зависимость от российских удобрений. Отец нынешнего кандидата, когда был президентом, вел проамериканскую, антироссийскую и антикитайскую линию. При этом он исправно покупал российские удобрения. В этом была необходимость. Сектор, который привел его к власти, — крупные бразильские поместья, сельскохозяйственная олигархия. Она нуждается в российских удобрениях. Поэтому экономическая политика Бразилии не так линейна, как хотелось бы идеологам.

БРИКС: выйти нельзя остаться

Аргентина при Милее отказалась от членства в БРИКС даже как наблюдатель. Но при всей своей эксцентричности он отменил пошлины на ввоз российских удобрений. Это показательно. Если Трамп напрямую потребует от Бразилии выйти из БРИКС, а Болсонару станет президентом, он подчинится. Если прямого требования не будет, конфликты внутри самого блока все равно придется решать.

На первом романтическом этапе БРИКС воспринимался чуть ли не как новая антиимпериалистическая сила. Сейчас в нем участвуют очень разные государства с разными приоритетами и мотивациями. Больший вред БРИКС может принести не выход страны, а ее сохранение внутри при саботаже серьезных решений. Такая страна сыграет роль троянского коня и ослабит проект изнутри.

России выгодно не то, чтобы какая-то страна покупала чуть больше или чуть меньше. Ей выгодно, чтобы страны обладали максимальным собственным суверенитетом. Тогда с ними можно выстраивать отношения на равных. Это важная политическая задача, которая предопределит будущее. Краткосрочная экономическая выгода здесь вторична.

33 миллиона молчунов и пасторы с наличными

Вмешательство США в латиноамериканскую политику — не новость. Генпрокуратура Бразилии уже говорила о попытках Вашингтона заносить деньги и влиять на результаты. Разговоры о миллионе долларов в поддержку ультраправого кандидата выглядят преуменьшением. США всегда активно вмешивались. Работают не только деньги, но и СМИ, церкви, кинематограф, экономические лобби. USAID отменили, но на его место пришли другие структуры. Информационная и когнитивная война продолжается.

Симпатии бразильского общества к Китаю велики. Опросы показывают, что среди сверхдержав, влияющих на Бразилию, именно Китай пользуется наибольшей поддержкой. Но почти 33,5 миллиона человек остались политически пассивны. Их нужно как-то подтолкнуть проголосовать за Лулу. Проблема в люмпенизации населения. Пандемия, дистанционное обучение, кризис образования сделали свое дело. Многие латиноамериканцы политически дезориентированы, пассивны и менее идеологизированы. У них меньше классового сознания, чем у предыдущих поколений.

Примерно 27% бразильцев — не католики, а евангелисты. Они находятся под огромным влиянием США. Это и есть электорат Болсонару и ультраправых. Пасторы ориентируют своих прихожан голосовать против левых. Голосование латиноамериканцев все менее идеологизировано и рационально, все более эмоционально. Когнитивная война научилась профессионально управлять эмоциями малообразованных людей. Это произошло в Аргентине с Милеем. Это недавно произошло в Колумбии. Латинская Америка переживает трагический этап истории.

Почему Латинская Америка — фабрика насилия

Тема наркокартелей и организованной преступности связана с главным нерешенным вопросом региона — огромной структурной бедностью. Нищета — питательная среда для всех этих явлений. Они находятся под политическим контролем местных олигархических элит. Эти элиты — тесные союзники и по сути марионетки США. Разницы между республиканцами и демократами особой нет. Республиканцы делают то же самое, но без лицемерия. Демократы — более элегантно, с разговорами о правах человека. Контроль над наркотрафиком никогда не ослабевал. Это один из главных рычагов управления местной политикой и ресурсами. Наркобизнес — главный актив США в Латинской Америке.

Наемничество — прямое следствие той же бедности. Пальму первенства на Украине держат колумбийские наемники, но бразильцы занимают одно из следующих мест. Когда в стране нищета, люди с трудом читают и пишут, а с детства привыкли к животному выживанию, появляется рынок жестокости. Украинский режим оседлал этот рынок. Он может легко перекинуться на любой другой регион Латинской Америки. Колумбия отличается тем, что там почти весь период независимости, особенно последние 80 лет, идет непрекращающаяся гражданская война всех против всех. У людей есть опыт насилия и привычка к нему.

Если не решить внутренние социальные проблемы, латиноамериканские страны будут фабрикой наемников. Независимо от того, какая политическая сила у власти. Левыми правили во дворце и нескольких соседних кварталах. В сельской местности, в глубинке контроль сохраняли ультраправые боевики и наркоструктуры, связанные с армией и госбезопасностью. Армия Бразилии тоже проходила подготовку в США. Говорить о патриотизме новых поколений бразильских военных красиво, но трудно сказать, насколько это соответствует действительности. Люмпенизация населения продолжается. Люди ничего не понимают ни в политике, ни в истории. Они заняты выживанием. В таких условиях проходят бразильские президентские выборы. Луле выиграть будет сложно. У правых шансов сейчас намного больше.