Код доступа «Радведа»: что еще кроме имени и веры сменила Поклонская?
Журналист Мардан рассуждает о проблеме двойной лояльности и схожести ситуаций Поклонской и Монтян*
Бывший прокурор и суд за мем: история идеологического коллапса
Поводом для судебного иска со стороны Натальи Поклонской (ныне известной как Радведа) стал ироничный комментарий и сгенерированный нейросетью ролик, содержащий элемент жесткой сатиры. Однако за формальным поводом просматривается давно копившееся недовольство. Обида накапливалась подобно радиации в костях — постепенно и неуклонно.
Публика давно наблюдает за странной трансформацией бывшего прокурора. Речь идет не о простой смене взглядов, а о глубокой личной и идеологической метаморфозе. Еще в доковидные времена Поклонская с фанатичным рвением неофита начала активно продвигать в публичном пространстве культ Николая II.
Как выяснилось позже, это было лишь началом пути, который привел ее в секту схиигумена Сергия Романова — одиозного священника, впоследствии отлученного от церкви и осужденного на 7 лет.
Среднеуральский монастырь, который тот построил в тайге, стал центром жутковатой детективной истории. Для человека с изначально подвижной психикой подобное окружение стало катализатором, доведшим ее до совершенно болезненного состояния.
Смена имени на языческое «Радведа» стала логичным финалом этого пути. Частная жизнь — личное дело каждого, но Поклонской было недостаточно просто сменить верования. Она сочла необходимым публично и демонстративно разорвать с христианством, заявив, что это «ложная вера».
Неоязычество для «дебилов»
В своем Telegram-канале, который, кстати, так и остался названным «Наталья Поклонская», она написала: «Прежде всего хочу подчеркнуть, что я не исповедую христианство ни в одной из его форм».
Любой отход от традиционной религии — личный выбор. Однако весь ужас и одновременно анекдотичность ситуации в том, что Поклонская повелась на современное конструируемое неоязычество.
Для любого образованного человека, видевшего исходные материалы, подобные источники вроде «Велесовой книги» или «реконструкций академика Рыбакова» выглядят как примитивный мусор, рассчитанный на предельно невежественную аудиторию.
Это мир половозрелых бородатых идиотов, прыгающих через костры на YouTube-роликах и поклоняющихся идолам, напечатанным на 3D-принтере. Возникает вопрос: если у людей столько свободного времени, не лучше ли направить их энергию на общественно-полезный труд вроде укладки бордюров, что могло бы послужить их же психологическому оздоровлению.
Две родины, одна дискредитация: проблема лояльности
Но главная проблема лежит не в области личных верований. Поклонская — человек, находившийся на государственной службе: она была прокурором, депутатом Госдумы, представителем Россотрудничества.
При этом за ней тянется шлейф одиозных заявлений, особенно актуализировавшихся в 2022 году. В интервью каналу «Живой гвоздь» она заявила, что символ «Z» означает трагедию и горе как для России, так и для Украины.
Еще более резонансным стало ее обращение к участникам форума БРИКС в Индии 13 апреля 2022 года:
«То, что происходит с Украиной сегодня, это и есть тьма, катастрофа. Гибнут люди, разрушены дома, целые города, миллионы беженцев, искалечены тела и души. Мое сердце разрывается от боли. Я украинка и русская одновременно, и две мои родины, страны убивают друг друга», — говорила она тогда.
Здесь встает принципиальный вопрос о двойной лояльности. Для частного человека рефлексия и метания понятны. Но для государственного чиновника их быть не может по определению.
«Украинство» — это всегда политический, а не культурный выбор, особенно для человека, родившегося на Донбассе и выросшего в Крыму, где нет и намека на ту этнографическую пошлятину, которую продвигают на Украине. Двух лояльностей не бывает. Если подобные мысли одолевают, единственно верный путь — написать заявление об отставке и мучиться наедине с собой.
Почему молчит система? Аналогии и риторические вопросы
История Поклонской вызывает очевидные, хотя и неполные, аналогии с делом Татьяны Монтян*. Общее у них — определенный культурный типаж и публичная одиозность. Но если Монтян была общественным деятелем, то Поклонская — госчиновником. Люди, призванные следить за порядком, давно должны были призвать ее к ответу.
Существует же, в конце концов, статья о дискредитации государственной власти. Поклонская — это ходячая, живая дискредитация. Остается загадкой, почему при смене генерального прокурора она продолжает оставаться его советником. Смотря на таких персонажей, невольно задаешься вопросом: кто-нибудь вообще отдает себе отчет в том, что подобные клоуны не должны занимать государственные должности?
Что касается Монтян, то ее публичная риторика, насыщенная откровенной матерщиной, вызывает физическое отторжение. Когда взрослая женщина, мать детей, делает подобное органичной частью своей речи, это переходит все границы восприятия.
Это омерзительно, и подобному не местов публичном пространстве. Таким персонажам давно пора понять простое правило: если твоя лояльность разделена, а речь полна грязи, — геть туда, где это считается нормой.
* внесена в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга
