СУХАРЕВ — РЕПОРТЁРАМ: Финансовый капитал и реальная экономика в России двигаются на разных рельсах уже тридцать лет. Это главная стратегическая ошибка

В утреннем эфире РЕПОРТЁРОВ «Утро добрым не бывает» экономист Олег СУХАРЕВ объяснил, почему убыточность банков не говорит о кризисе, но наводит на серьёзные размышления и в чём кроется проблема общесистемного планирования в России.

Убыточность финорганизаций — это не следствие частных ошибок, а признак общеэкономической неблагополучности

Системного кризиса пока нет, но показатель плохой и наводит на серьёзные размышления. Чудес в экономике не бывает. Если за небольшой промежуток времени вдвое выросло число убыточных финорганизаций, значит, кредитный механизм не работает.

А не работает он потому, что не функционирует экономика. Все дифирамбы и розовые цвета говорят об одном: есть серьёзные проблемы. Выданные кредиты не возвращаются либо гасятся с такой доходностью, что банк уходит в убыток. Но важна деталь: «банковские монстры» финансовых потерь не испытывают.

В минус уходят средние и малые кредитные организации. Они не справляются с текущей ситуацией, спланировав кредитные портфели в иных условиях. Поэтому рост убытков — главный сигнал общеэкономического неблагополучия, а не просто частных ошибок.

Основная причина не в санкциях и инфляции, хотя они присутствуют. Центробанк десятилетиями проводит одну и ту же монетарную политику, которая не способствует сращиванию реальной экономики с финансовой. Оба элемента крутятся сами по себе.

За тридцать с лишним лет в России не удосужились организовать эту смычку. Бюджетное планирование абсолютизируется и подменяет собой общесистемное. Я не выступаю против этого, но когда трех-пятилетней стратегии нет, казна существует сама по себе.

Китаю нужно наше пространство, а не индустриализация России

Нынешняя макроэкономическая и монетарная политика не позволяет развиваться реальным производствам. Собственных средств не хватает, нужен кредитный авансовый капитал. Без него Китай не развивался бы теми темпами, которыми это делал. Он наладил именно такую смычку. У нас — нет, и шаги по её налаживанию тоже не видятся.

Есть ещё потуги относительно переориентации наших сырьевых потоков на Восток, в частности в Китай. Это весьма ощутимая доля. Но я как-то был на одном из круглых столов с китайскими партнёрами и задал им прямой вопрос: «Может ли КНР помочь России в неоиндустриализации?». Один из китайцев ответил: «У России один ресурс — пространство».

Больше меня туда не приглашали. Наша страна — мощная держава, желающая сохранить свою наукоёмкость. Нужно ли это Китаю? По большей степени нет. Зачем мы тешим иллюзии насчёт Пекина? Почему мы не честны сами перед собой? Наша несырьевая продукция КНР не нужна.

Рост несырьевых доходов в России — это хороший сигнал. Но нам нужна масштабная наукоёмкая программа развития

Рост объёмов несырьевых доходов — хороший знак. Оживилось сельское хозяйство, оборонка дала прибавку, кое-какое оборудование начали экспортировать. Но всё это по крупицам.

Нужна масштабная программа неоиндустриализации на наукоёмких основах с привлечением РАН, восстановлением управляемости академии и отраслевой науки, которая потеряна. Без неё не будет ни технологического лидерства, ни независимости.

Число спутников на орбите — это отражение и качества производственных линий, и внутренней начинки, и опыта. Этой связки в России нет. А Китай за тридцать лет без политического плюрализма, управляя структурой экономики и перемещая трудовой ресурс, стал третью мировых патентов в генетике и строит орбитальную станцию.

Мне ранее рассказывали: китайские наладчики приглашали на сборку российского оборудования уборщиц, чтобы те стояли и смотрели. На вопрос зачем, ответили: «Она может подать идею». Это может вызвать улыбку. Но мне не до этого.