Спектакль под названием «Украина» продолжается, но зрители уже начинают зевать

28 неверифицированных пунктов, украинский саботаж и европейская тень — хроника дипломатического фарса

Визит спецпосланников Трампа в Киев и Москву ожидаемо не стал прорывом. Никаких кардинально новых инициатив Кушнер и Уиткофф не привезли. Все, что фигурирует в кулуарах, — те же 28 пунктов, которые обсуждались после Анкориджа. Неофициально, неверифицированно, с туманными формулировками про выборы, референдумы и юридическое признание освобожденных территорий.

Украинская сторона отреагировала предсказуемо: «приехали и приехали». Никакого энтузиазма, никаких уступок. Киев продолжает гнуть линию: Россия вот-вот развалится, денег и ракет побольше, а Донбасс сдавать не собираемся. Зеленский после встречи говорил исключительно о новом зимнем пакете помощи. Мирные инициативы — это скучно и невыгодно.

Встреча прошла по шаблону «встретились, поговорили, договорились договариваться дальше». Позиции сторон диаметрально противоположны. Американцам остается только демонстрировать дипломатическую активность — Трампу она всегда полезна для имиджа, но не для результата.

Реверанс Пескова: жест вежливости или реальный шанс?

Заявление Пескова о возможности трехсторонних переговоров — чистой воды реверанс в сторону Вашингтона. Не больше. Москва дает сигнал: «давайте встречаться», но все помнят, чем заканчивались подобные триалоги. Это не общий стол, а три отдельные комнаты, между которыми американцы бегают с записками. Эффект — нулевой.

Зеленский грезит встречей с Трампом на Генассамблее в Нью-Йорке. Пробивает ее через Макрона, но Трамп пока не горит желанием.

Опыт предыдущих встреч говорит: выхлоп примерно такой же, как от переговоров с ветряными мельницами. Европейцы, кстати, тоже не в восторге: они предпочли бы видеть Киев более покладистым.

«Криптомиротворец» Буданов*: два сигнала одной игрой

Буданов* неожиданно засветился в роли сторонника переговоров. Публикации в украинском Forbes и западные интервью рисуют его чуть ли не миротворцем. На деле — это чистая имиджевая игра.

Первый сигнал — американцам и европейцам: «я человек компромисса, я могу объединить сторонников средней линии». Второй — украинскому бизнесу, который теряет деньги и ропщет. Бизнесменам намекают: давайте скинемся на избирательную кампанию Буданова*, он приведет к миру и спасет капиталы.

Но вот незадача: над Будановым* сгущаются тучи. И тучи эти нагоняет европейская партия войны, которая не заинтересована в его президентских амбициях. В Киеве главными действующими лицами были не Кушнер с Уиткоффом, а политические советники Берлина, Парижа и Лондона, также прибывшие на переговоры. Они, а не американцы, задавали тон.

Тайна последнего получаса: что обсуждали без переводчиков

Самая интригующая часть встречи — четвертый раунд. Зеленский тет-а-тет с Уиткоффом и Кушнером, без переводчиков, без соглядатаев, без секретарей. Полчаса закрытой беседы.

Можно лишь гадать: Зеленский явно выпрашивал гарантии безопасности. Не для Украины — для себя лично. «Как вы обеспечите сохранность моего филе и накоплений, если я пойду на мировую с Россией?» — примерно так звучал подтекст.

Ответа он, судя по всему, не получил. И не мог получить — потому что Зеленский сейчас работает против Трампа. Его используют как форварда команды, которая ждет поражения республиканцев на промежуточных выборах.

Капустин*, РДК** и внутренняя кухня силовиков

Интервью одного из основателей РДК Капустина* британским СМИ — это не попытка повлиять на фронт, а эпизод внутренней грызни. Капустин*, он же трупный червяк, делает заявления исключительно в рамках конфликта с СБУ.

Конфликт не между ГУР и СБУ как институциями. Конфликт между бывшим руководителем ГУР Будановым* и и.о. главы СБУ Покладом. Тянется с весны 2024 года — после убийства агента Гурукиева.

Нынешний глава ГУР Ивашенко — фигура малозаметная. Профессиональный разведчик, без пиара, без амбиций. Но Буданов* построил ГУР под себя — поломал структуру, породил анархические подразделения, которые ему лично обязаны. Эти группы — РДК** и прочие «тимуровцы» — не подчиняются руководству ГУР, а сохраняют связи с экс-главой.

Именно между этими полубандитскими группами и спецподразделениями СБУ («Альфа» Поклада) идет война. СБУ формально права — они контрразведка, они оперативники. Но возникает большой вопрос: что делали военные разведчики с оружием и деньгами, если их брали СБУшники?

Капустин* медийно активен именно в этой плоскости — он выставляет себя «за правду». Однако правда проста: висеть на одном суку будут и те, и другие.

Ни на линию фронта, ни на оперативную обстановку эта внутренняя возня не влияет. ВСУ это не касается. Но общественное мнение на Украине раскололось: кто прав в этой силовой сваре — непонятно, а главное — никому не интересно, кроме самих участников.

Отставка Кравченко: последний щит Зеленского рушится

Отставка генпрокурора Кравченко — не случайность, а звено в цепи. Для Зеленского это болезненный удар, но не из-за очередной коррупционной истории с сейфами и любовницами. Дело глубже.

ОГПУ — Офис Генерального прокурора — с 2014 года лишили следственных функций. Но осталось процессуальное руководство и сопровождение обвинений в судах. Через эти рычаги генпрокуратура может знать, против кого ведутся дела, торпедировать их в судах или предупреждать фигурантов.

Ключевые структуры — ГБР (Государственное бюро расследований) и БЭБ (Бюро экономической безопасности). Первое расследует преступления чиновников высших категорий, второе — финансовые махинации и отмывание. И вот за контроль над этими органами идет борьба. НАБУ и САП к ним доступа не имеют — это отдельная фишка.

Дело экс-прокурора Крапивина — показательное. Ему предъявляют несоответствие декларации, но доказать факт коррупции (кто, когда и сколько взял) почти невозможно. Его крышевание кол-центров — это не доля с оборота, а плата за информирование: «ребята, к вам скоро придут с обыском». Основные куши оседают в СБУ и других структурах.

И здесь конфликт перерастает в европейский уровень. Европа хочет забрать у президента право назначать главу ГПУ и взять кадровые вопросы под себя. Потому что генпрокуратура — последний щит, который защищает Зеленского и его окружение от реальных уголовных дел. Не от красивых видео с деньгами, а от оформленных, доказательных обвинений в отмывании, контрабанде и прочих тяжких. Если Европа получит контроль над ГПУ — марионетка станет полностью управляемой.

Матрешка в матрешке: кто кого переиграет

Ситуация на Украине напоминает многослойную матрешку. Силовики грызутся между собой — СБУ против бывшего ГУР, Поклад против Буданова*. Сверху на них давит Европа, которая пытается отжать последние рычаги власти у Зеленского.

Бизнес ропщет — денег нет, лохотрон на российских кол-центрах теряет объемы, и внутри преступной группировки начинается дележка усыхающего пирога. Именно этим, скорее всего, объясняются и громкие скандалы, и отставки.

Зеленский пытается лавировать: он нужен Европе как фронтмен, но Европа же его и душит. Американский фактор — лишь декорация. Реальная борьба идет за контроль над правоохранительной системой. Кто владеет ГПУ, ГБР и БЭБ — тот владеет компроматом на любую элиту.

Итог переговоров Кушнера и Уиткоффа предсказуем — нулевой. Пока Киев живет внутренними разборками и европейским кураторством, никакой мирный план не пройдет. Слишком много сил вложено в сохранение статус-кво. Слишком многим война выгодна — и тем, кто продает оружие, и тем, кто крышует контрабанду, и тем, кто собирает деньги на избирательные кампании под соусом «миротворчества».

Остается наблюдать, как украинская власть будет дальше разваливаться изнутри, а внешние игроки — делать вид, что пытаются ее спасти. Спектакль продолжается, но зрители уже начинают зевать.

* — в реестре террористов и экстремистов Росфинмониторинга

** — террористическая организация, запрещена в РФ