Санкции против России могут исчезнуть за один день

Достаточно одной стране ЕС проголосовать против. Но желающих пока нет

Современный мир вошел в эпоху идеального раскола. Любая значимая инициатива собирает примерно половину голосов «за» и половину «против», а решают исход буквально несколько процентов. Это правило работает и в Исландии, и в Шотландии, и в Германии, и в Швейцарии, где через четыре недели пройдет очередной всенародный референдум. На кону — возвращение к жесткому нейтралитету, отмена санкций против России и сворачивание связей с НАТО.

Показательный пример — Исландия. Небольшая страна рядом с Гренландией, которую Дональд Трамп не прочь присоединить к США, позавчера провела всенародный опрос: начинать ли переговоры о вступлении в Евросоюз. Исландия, Норвегия и Швейцария — три европейские страны, которые географически находятся в Европе, но не входят в «общий европейский колхоз». Исландцы сказали «нет»: 52,8% проголосовали против начала переговоров.

Мотивация понятна. В ЕС стремятся страны вроде Украины, Грузии или Молдавии — обнищавшие и разорванные идеологически, культурно, социологически. Они надеются, что Брюссель поднимет их хотя бы до уровня Болгарии или Прибалтики. Да, там деиндустриализация, молодежь уехала, но пенсии платят исправно из брюссельской сберкассы. Исландцам же такой «подъем» не нужен — у них и так все в порядке.

Шотландия и Саксония-Анхальт: 2–3% решают судьбу

Второй пример — Шотландия. Два года назад она как часть Соединенного Королевства голосовала за независимость от английской короны. Результат — 47% с небольшим за выход. Снова разница в пару процентов определила, останется ли Шотландия в составе бывшей Великой Британии.

Третий случай — германская земля Саксония-Анхальт. Там живут всего 3% населения Германии, и в следующее воскресенье эти 3% могут привести к власти «Альтернативу для Германии» — партию, представляющую альтернативу брюссельскому и берлинскому обкомам.

Три или четыре процента решают, сможет ли АдГ стать единой силой в этой маленькой земле. Мир турбулентен, и завтрашний день непредсказуем.

Швейцария: закон обратной силы не работает

Возвращаясь к Швейцарии: опросы показывают колебания плюс-минус пять процентов. Однако даже если народ проголосует за укрепление нейтралитета, отмены уже введенных санкций не будет. Закон обратной силы не имеет. Если инициатива пройдет, изменится конституция, которая урежет полномочия правительства в будущем. Но прошлые решения останутся в силе. Прошлое менять нельзя.

Тут всплывает бельгийский кейс. Король Бельгии подписал указ, позволяющий задним числом признать недействительными решения судов от 2023 года. Российские бизнесмены обращаются в суды, чтобы вернуть инвестиции из евроклира, а Брюссель взял и поменял закон. Но король — не демократия. Король имеет свою силу, и его решения могут оспариваться в конституционном суде. Бельгия — конституционная монархия, где заправляют судьи, а не абсолютная власть монарха.

Наглядный пример — соседнее княжество Лихтенштейн. Правящий князь разрешил наследовать престол девочкам, но с оговоркой: только тем, которые еще не родились. Уже живущие принцессы королевами не станут. Закон смотрит вперед, а не назад. Та же логика применима и к швейцарскому референдуму: любые изменения касаются только будущего.

Санкции — это не закон, а волюнтаризм

Санкции против России — не правовой акт, а чисто политическое решение. Они не прописаны ни в каком документе, поэтому судиться против них бессмысленно. Приходишь к судье, подаешь на орган, который ввел санкции, а железобетонные бюрократы отвечают: «У нас были соображения, но бумаги мы вам не дадим». Они не хотят разрушать фундамент своей власти.

Но санкции могут исчезнуть за один день. Как утренний туман: солнце встает, и последние клочки растворяются в низинках. Для этого нужно, чтобы хотя бы одна страна Евросоюза из 27 проголосовала против продления. Тогда весь санкционный пакет растворится в воздухе, и Европе придется жить не по понятиям, а по закону.

Многие в России возлагали надежды на Венгрию и Виктора Орбана. Ему нужно было всего один раз поднять руку и сказать: «Я не продлеваю санкционную политику». И все — санкции стали бы историей. Он этого не сделал. То ли его подкупали, то ли он выходил в туалет в момент голосования, и решение принималось единогласно в его отсутствие. Все так называемые друзья России в сегодняшнем раскладе имеют очень мало веса.

Германия: суицидальная политика и «Альтернатива»

В Германии в ближайшие дни объявят, что Россия ведет активную гибридную войну против Европы и конкретно Германии, что хочет взрывать самолеты в аэропортах. Вся эта бездоказательная история станет очередным бетонным блоком в основании понимания, что Россия — абсолютное зло, с которым нужно бороться до горького конца.

Немцы, если что-то взяли на мушку, способны самоубиться о любой железобетонный блок —Россию или спасение климата, неважно. Суицидальная политика в современной Германии и Евросоюзе преобладает над здравым смыслом.

«Альтернатива для Германии» имеет шансы взять власть, но не за неделю и не за месяц. Реалистичный срок — два года. При этом партия неоднородна. У нее два сопредседателя. Алис Вайдель — сильно проамериканская и прокитайская дама. Раз в месяц ужинает с китайским послом, говорит по-китайски, работала на германские государственные структуры, по сути шпионила в Китае несколько лет. Тино Крупалла и другие яркие деятели из Восточной Германии — за конструктивный диалог с Россией. Какая фракция возьмет верх — покажет время.

Деньги на войну: наперстки Урсулы

Урсула фон дер Ляйен не собирается отнимать вклады европейских граждан. Она хочет поступить с ними ровно так, как с российскими активами: не забирать, а заморозить, под это выпустить структурированные продукты, заложить их в Европейский центральный банк и получить кэш. Это простой наперсточный прием, которым американцы пользуются десятилетиями, печатая неконтролируемые доллары и залезая в гигантские долги. Германия стоит на этих рельсах с 2012 года. В 2013–2014 годах Марио Драги уговорил Ангелу Меркель сорвать резьбы нормального финансового регулирования и печатать ничем не обеспеченные деньги.

Для сравнения: денежная масса М2 в США — около 23 триллионов долларов на 350 миллионов населения. В Евросоюзе на 500 миллионов — 17,5 триллиона евро. Можно легко напечатать еще 10 триллионов ничем не обеспеченных евро, чтобы жонглировать ими в мире. Альтернативных валют не так много.

Показательно, что министр финансов России Антон Силуанов накануне находился в США на встрече министров финансов G20. Обсуждают там, очевидно, не спасение рубля и не процентные ставки Центробанка, а спасение доллара, евро и всего западного контура. Южную Африку с этой встречи выгнали. Российский представитель мог бы остаться дома из солидарности с БРИКС. Но поехал. Рубль там явно не главная тема.