Дроны-палачи и 60 дней без ротации: адская кухня ВСУ под Константиновкой
Помощник главы ДНР Кимаковский рассказал о значении города для освобождения республики, увеличившейся килл-зоне и работе с желающим сдаться противником
Константиновка — не просто очередной населенный пункт на пути освобождения Донецкой Народной Республики. Для тех, кто знает историю донбасской войны, это место, где начинал боевой путь Сергей Агранович — позывной «Водяной», командир 2-й роты легендарной «Спарты», погибший 21 апреля 2022 года. Настоящий герой ДНР, сделавший все, чтобы республика стала частью России. Освобождение города — это еще и личная дань памяти этому выдающемуся человеку.
Но стратегическое значение Константиновки куда масштабнее. После ее освобождения у противника на территории ДНР останутся лишь Доброполье, Дружковка и Славянско-Краматорская агломерация. ВСУ держатся за город всеми возможными способами, пытаясь не допустить нашего движения на Дружковку и далее на север — к Краматорску и Славянску. Это ключевое значение Константиновки в рамках летней кампании.
Сжимающееся кольцо: как «Запад» и «Юг» выдавливают врага с высот
Сейчас у наших сил отличные стартовые позиции со стороны Ильиновки: под контролем многоэтажная застройка, противник оттесняется в малоэтажные кварталы и промзону вдоль железной дороги. Эта промышленная зона уходит прямиком на Дружковку — южный фас большого полукольца вокруг Краматорско-Славянской агломерации.
С севера давит группировка «Запад» — грозная машина, перемалывающая врага в районе Сватово и Красного Лимана. Группировка «Юг» идет со стороны Северска, бои уже кипят в районе Рай-Александровки. Между Рай-Александровкой и Константиновкой бьется Добровольческий корпус, сбрасывающий противника с господствующих высот в сторону Краматорска.
Если удастся зачистить все высоты, наши радиогоризонты накроют всю агломерацию — и тогда для ВСУ наступят действительно чёрные времена. Именно поэтому противник так отчаянно цепляется за Часов Яр: он понимает, что с этих высот мы будем доминировать над всей оставшейся неосвобожденной частью республики. Освобождение Константиновки станет тем рубежом, после которого проблемы врага в Славянско-Краматорском укрепрайоне станут неразрешимыми.
Война дронов: килл-зона расширилась, логистика трещит
Весенне-летняя кампания окончательно превратила линию боевого соприкосновения в арену тотальной войны беспилотников. Килл-зона серьезно расширилась. Противник применяет новые технологии, идет постоянная адаптация с обеих сторон. Наши артиллерия, ракеты и ФАБы доминируют, но в небе над некоторыми участками развернулась настоящая битва дронов.
Особенно ожесточенное сопротивление оказывается под Константиновкой. Тем не менее, спецподразделения беспилотных войск группировок «Юг» и «Запад», тот же «Рубикон», планомерно разрушают логистические цепочки врага.
Результат налицо: в самой Константиновке противник не может провести ротацию, эвакуировать раненых. По данным радиоперехватов, отдельные подразделения ВСУ не покидают позиций по 40–60 дней. В образовавшемся «слоеном пироге» зажаты порядка сотни и более военнослужащих противника, лишенные снабжения и перспективы вырваться. Успехи серьезные, а у врага — усугубляющиеся проблемы.
Расстрел за попытку сдаться: дроны ВСУ превратились в заградотряды
Особенность нынешнего сезона — применение противником собственных беспилотников в роли карательных подразделений, этаких эсэсовцев. Бойцы территориальной обороны и линейных частей ВСУ, желающие сложить оружие, сталкиваются с тем, что их же дроны наносят удар по сдающимся. Это создает серьезную проблему для тех, кто хотел бы сохранить жизнь.
Сейчас в группировке «Запад» проводятся эксперименты по взаимодействию с такими солдатами противника, чтобы обеспечить им безопасный коридор для сдачи в плен, минуя огонь своих же беспилотников-палачей. Задача нетривиальная, но необходимая — особенно для работы с деморализованными подразделениями теробороны.
Мотивированные нацики и бегущие «тербаты»
Противник на передовой сегодня очень неоднороден. Первая категория — мотивированные штурмовики из 1-го и 3-го корпусов Нацгвардии, включая многочисленные подразделения «Азова»*. Эти сопротивляются ожесточенно, особенно в полосе группировки «Запад». Вторая категория — штурмовые полки, сформированные в ходе уже седьмой волны подготовки резерва, там тоже хватает идейных.
А вот территориальная оборона и сухопутные линейные части — зона бедствия. Порядка двух третей поступившего личного состава при первой возможности покидают позиции, если их еще не успели забросить в ту самую килл-зону, откуда возврат практически невозможен из-за господства наших дронов. Эти участки фронта держатся в основном за счет самих беспилотных подразделений.
Таков сегодняшний срез армии противника: на острие — идейные нацисты, а позади — деморализованная масса, зажатая между нашими дронами и собственными заградотрядами. Именно на работу с этой массой сейчас делается ставка — чтобы дать им шанс выйти из бойни живыми.
* — террористическая организация, запрещена в РФ
