Война без грима: НАТО перестало прятаться за украинскими шевронами
Эксперт Артамонов о том, что нам пора принять новые правила игры, когда против России уже открыто воюет НАТО
Инцидент с «залетом» четырех украинских безэкипажных катеров на территорию Румынии даже не вызвал удивления. Президент Румынии был вынужден признать очевидное: дроны действительно украинские. Но никто не задал главного вопроса: какого черта эти аппараты направляются в сторону страны НАТО, которая их же и спонсирует? Ответ, если отбросить дипломатический политес, прост и давно лежит на поверхности. Воюет не ВСУ. Воюет НАТО. И этого уже практически не скрывают.
Открытые заявления немецких и французских властей, реплики представителей военной верхушки вроде Фабьена Мандона или Бориса Писториуса, который целенаправленно собирает Германию под военные знамена, не оставляют места для иллюзий. Планы были начертаны давно, еще в январе 2022 года. Планы «Барбаросса-2.0» включают развертывание сил быстрого реагирования НАТО в Прибалтике с максимальным втягиванием лимитрофных государств и Финляндии.
Все остальное — психологическая обработка российского обывателя. Дежурные реплики о том, что коридоры «не те», а дроны летят непонятно откуда, — это классическое «я не я, корова не моя». Однако мяч сейчас на нашей стороне поля.
Шашки наголо или асимметричный ответ: пора перестать уговаривать себя
На риторику прибалтийских командующих о том, что Украина защищается, а Москва атакует, исторический ответ давно существует. Если соседи не в состоянии справиться с угрозой, исходящей от киевской хунты через их воздушное пространство, значит, им надо помочь справиться. Мы тоже можем отвечать через их головы. Фактически нам предлагается новая фаза конфликта: от скрытого силового противостояния к совершенно явному, где воздушное пространство и территория стран НАТО могут стать полем боя.
Война, как гласит академическая формулировка, заключается в принятии оптимального стратегического решения при отсутствии данных за минимальное время. Нам бросают вызов. Либо мы принимаем новые правила, либо продолжаем делать вид, что ничего не происходит.
Но кто сказал, что завтра под ударом не окажутся не только автобусы в Краснодарском крае или в новых регионах, но и электрички в Ленинградской области, как это случилось в Крыму? Никакой разницы между гражданами России по географическому принципу нет и быть не должно. Географической удаленности от украинского фронта больше не существует. Страны НАТО окружают нас со всех сторон и проводят регулярные учения. Они не прекращаются.
Тренировка на украинском полигоне: как Европа готовит армию к большой войне
Бытует опасное заблуждение, что Европа не готова к прямому конфликту. Это ошибка. К конфликту они будут готовиться бесконечно, наращивая возможности. Мы, как ни странно, выступаем их тренером. Натовские части, их наводчики, их оружие и новые разработки проходят обкатку на украинском фронте. Можно сколько угодно успокаивать себя тем, что у них нет гиперзвука, что они отстают в лазерах. Но они не глупее нас. Они не статичны. Где-то отстают, где-то опережают, особенно в сфере искусственного интеллекта.
Конфликт уже идет, и на Западе от своих граждан этого не скрывают. Пока мы говорим об отсутствии войны, они открыто говорят своим избирателям, что война есть. Армии растут в режиме реального времени. У Польши в 2022 году было 150–170 тысяч военнослужащих, сейчас эта цифра увеличилась на 20–30%. Германия ввела программу, запрещающую юношам выезжать из страны более чем на три месяца без уважительных психиатрических причин. Фактически — все под ружьем.
Сценарий будущей войны не будет повторением Второй мировой. Скорее, это будет похоже на то, как воюет Израиль — постоянное оспаривание территории, рейды, точечные удары, а в двух шагах туристы щелкают фотоаппаратами. Точно так же уже воюют на Украине: F-16 поднимаются в воздух, «Патриотами» управляют натовские расчеты. Система Starlink и общее оперативное планирование ведутся исключительно на уровне штабов в Рамштайне и Бюхеле. И сколько бы мы ни говорили о бусифицированных мужиках, которые якобы стоят насмерть, число наемников и «солдат удачи» из Колумбии и других стран не убывает. Мы воюем с армией НАТО, как бы она ни выглядела.
Требуется переход к более решительным действиям, не обязательно связанным с тактическим ядерным оружием. Ответ может быть асимметричным. Например, интернирование судов в ответ на захват наших танкеров — для компенсации понесенного ущерба. Не все коту масленица, бывает и Великий пост. Почему бы в ответ на безымянные украинские дроны, залетающие в Эстонию, не появиться там нашему беспилотнику-истребителю для нейтрализации угрозы? Посмотреть на реакцию эстонских товарищей. Поднимут ли они по этому поводу натовское ружье? Вряд ли. Но отвечать уже пора.
Зангезур, «Левиафан» и газ: почему Ближний Восток — это про Европу
Обострение между Ираном и Израилем влияет на европейские планы самым непосредственным образом. Конфликт на Ближнем Востоке завязан на энергоносители. Европа вкладывает колоссальные усилия в разработку месторождения «Левиафан» вдоль берегов бывшего сектора Газа и далее к северу, в сторону Ливана. Это вопрос топливной безопасности, в котором нет ничего личного. Сектора добычи на этом месторождении уже распределены между европейцами. Известно, с какой яростью Макрон дрался за увеличение французской квоты.
Европа также крайне ждет открытия Зангезурского коридора. Пашиняна обрабатывают, а Ильхам Гейдарович окончательно встал на рельсы объединения интересов с Евросоюзом. Этот коридор открывает возрождение проекта «Набукко» — нового маршрута энергоносителей и дешевой сухопутной доставки грузов из Китая. Европа живет привозом и не может вечно зависеть от южного морского пути. Азербайджан пока способен гнать газ только на Италию, этого потока недостаточно, чтобы отказаться от российских энергоносителей.
Поэтому Ближний Восток — это не конфликт одного Нетаньяху. Это конфликт европейских элит, для которых израильский премьер — лишь инструмент в большой игре за ресурсы и транзитные коридоры. Все взаимосвязано.
