Очевидное-невероятное: какую роль сыграло израильское лобби в войне США против Ирана
Бывшие и нынешние сторонники Трампа задают неудобные вопросы о том, кто принимал решение атаковать Исламскую республику
Значение израильского лобби в войне против Ирана – едва ли не самая обсуждаемая тема в США. Сюжет, еще десять лет назад считавшийся исключительно конспирологическим, обсуждение которого необратимо влекло за собой обвинения в антисемитизме и соответствующие репутационные риски, нынче занимает всех. Особенно — в среде бывших и нынешних сторонников Дональда Трампа.
Белый дом так и не представил американскому обществу причин, по которым поставил мир на грань крупнейшего за десятилетия энергетического кризиса. Разговоры про иранское ядерное оружие не выглядели убедительными в июне прошлого года, сейчас – тем более.
И потому все больше политических комментаторов и аналитиков говорят о том, что администрация Трампа своим решением атаковать Иран обслуживает, в первую очередь, интересы не той страны, которой руководит.
Религиозный аспект
Израильское лобби в США существует на протяжении последних 80 лет, а с начала 1970-х стало последовательно набирать политический вес. Примечательно и важно, что особенно сильны его позиции были в периоды, когда у власти находились консерваторы и политики с «религиозным мышлением» (что это такое и откуда оно в США, мы писали здесь).
Израильская правоконсервативная партия «Ликуд», которую сейчас возглавляет Биньямин Нетаньяху, начала выстраивать связи с американскими политиками-евангелистами с момента основания в 1973 году. С течением времени эти отношения только укреплялись.
Первые крупные успехи пришли к середине 1980-х, когда Белый дом занимала администрация Рональда Рейгана. Недавно в сети всплыло интервью того времени, в котором Нетаньяху (тогда – посол Израиля в ООН) рассказывал о «сильнейшем израильском лобби в Конгрессе и Сенате» и о том, что «США не может принудить Израиль к чему-либо».
Рост влияния при Рейгане
Параллельно, начиная с 1940-х годов, постепенно росло влияние, с одной стороны, проповедников диспенсационализма и христианского сионизма, с другой – неоконсерваторов, которые к середине 1980-х перекочевали из Демократической партии в стан «рейгановских» республиканцев. И те и другие считали поддержку Израиля безусловной необходимостью.
Появилось несколько религиозных (вроде «Морального большинства») и политических институтов (например, Heritage Foundation), продвигавших эту повестку в американском обществе.
На этот же период пришелся первый взлет политического влияния израильских лоббистских организаций. Конечно, в первую очередь, это Американо-израильский комитет по общественным связям (AIPAC) и аффилированные с ним организации вроде Американо-израильского образовательного фонда (AIE). Влияние это заключалось в финансовой поддержке перспективных с точки зрения Тель-Авива политиков, компрометация сторонников палестинского сопротивления и работа с массмедиа.
Важно отметить, что AIPAC никогда не делал ставку исключительно на демократов или республиканцев – партийная принадлежность того или иного кандидата в Конгресс никогда не имела особого значения.
Неоконы и Ирак
Значение израильского лобби в американской политике было серьезным, но не определяющим. Однако к началу 2000-х получило еще один импульс – вместе с возвращением неоконов в Белый дом при Джордже Буше-младшем.
В августе 2008 года Нетаньяху в интервью Ma’ariv заявил, что Израиль извлек пользу «из одного события — терактов 11 сентября в Нью-Йорке и Вашингтоне и американской войны в Ираке», потому что они «склонили общественное мнение американцев в нашу пользу». Сам премьер-министр Израиля уже на протяжении нескольких лет открыто призывал Вашингтон атаковать Иран и Ирак, так как те, по его словам, разрабатывали оружие массового уничтожения, в том числе – ядерное.
Джон Миршаймер, первый, кто в США осмелился исследовать феномен израильского политического лоббизма, позднее заявлял, что вторжение в Ирак 2003 года стало результатом воздействия трех сил: неоконсервативной концепции «Американской империи», нефтяного и израильского лобби.
Конгрессмены, не согласные с решением Белого дома начать войну в Ираке и связавшие его с работой израильских групп влияния, зачастую подвергались остракизму. Так, например, случилось, с членом Палаты представителей, демократом Джимом Мораном. Вскоре после его выступления в конгрессе The Washington Post обвинило его в антисемитизме и назвало «жалким подобием конгрессмена».
Много денег и политическая «независимость»
По данным AFNPT, в 2024 году AIPAC потратил $100 млн на 389 кандидатов в Конгресс (26 в Сенате, 363 в Палате представителей). 318 кандидатов из них были избраны.
По информации Open Secrets, один из приближенных Трампа, преданный сторонник Украины и Израиля, сенатор Линдси Грэм*, за несколько лет получил от произраильских структур более $1 млн. Спикер Палаты представителей республиканец Майк Джонсон – $3,11 млн, лидер демократов в Сенате Чак Шумер – $4,45 млн. И так далее.
Но это капля в море сравнению с анонимными частными взносами. Один из героев снятого Al Jazzera (и запрещенному к показу в США) документального фильма бывший директор AIPAC Эрик Галлахер, речь идет о «приблизительно 200 семьях», финансирующих через комитеты политического действия (PAC) тех или иных кандидатов.
Когда стесняться уже нечего
Что же касается Дональда Трампа, то он своих связей, в общем-то, никогда не скрывал.
Один из самых состоятельных людей мира, игорный магнат Шелдон Адельсон, на протяжении многих лет был крупнейшим частным донором партии. По рассказам Галлахера, в 2016 году он по просьбе Трампа потребовал от всех произраильских организаций в США поддержать кандидатуру республиканца.
После его смерти в 2021 году дело продолжила его вдова Мириам Адельсон. Больше того, она лично присутствовала на выступлении Трампа в кнессете в октябре 2025-го и удостоилась отдельной реплики от президента США. «У нее на счету 60 миллиардов долларов», а затем Трамп добавил: «Думаю, она скажет: «Нет, больше». Он назвал ее замечательной женщиной, чья преданность стране была настолько глубокой, что однажды она отказалась отвечать, что любит больше — Израиль или Соединенные Штаты.
Крупнейшим донором второй президентской кампании Трампа стал основатель Oracle и медиамагнат Ларри Эллисон. При этом свою жизненную миссию занимающий четвертое место в списке самых богатых людей планеты бизнесмен формулирует так: «Помогать Израилю». Oracle имеет действующие контракты и с ЦРУ, и с Ми-6, и со структурами госбезопасности еврейского государства.
К слову, влияние израильского лобби в Соединенном королевстве едва ли не сильнее, чем в США. Но это – тема для отдельного разговора.
В команде Трампа преобладают политики, напрямую работавшие с произраильскими лоббистскими структурами. Среди таковых правконсервативные американские комментаторы отдельно отмечают Майка Помпео, Джей Ди Вэнса, постпреда США при ООН Майка Уолца и директора ЦРУ Джона Рэтклиффа. Последние двое всю политическую карьеру построили на сотрудничестве с AIPAC.
Глава аппарата Белого дома, одна из самых влиятельных персон в администрации Трампа, Сьюзи Уайлс, в 2020 году возглавляла предвыборный штаб Биньямина Нетаньяху.
Ушедший в отставку руководитель аппарата директора национальной разведки Джо Кент в интервью Такеру Карлсону рассказал о присутствии израильских официальных лиц на секретных совещаниях в преддверии атаки на Иран.
Таким образом, в сочетании с религиозным фактором, израильское лобби получило беспрецедентную в американской истории степень влияния на принятие внешнеполитических решений в Белом доме. И возможно – исторический шанс. С учетом того, с какой скоростью нарастают антиизраильские настроения в американском обществе, для Западного Иерусалима это – последняя в ближайшей перспективе возможность воплотить в жизнь масштабные геополитические интересы.
* — в реестре террористов и экстремистов Росфинмониторинга
