Школьная реформа: сокращение до десятилетки как часть глобальной концепции
Историк и писатель Четверикова оценивает инициативу уменьшения нагрузки на школьников и ее последствия
В дискуссиях о сокращении школьного образования до десяти лет часто звучит мнение, что «ничего не меняется» — мол, многие и так пропускали четвертый класс. Однако анализ показывает: за этими изменениями стоит не просто корректировка сроков, а глубокая трансформация самой философии образования. Вопрос не в том, хорошо это или плохо. Вопрос — зачем это делается.
Советская десятилетка: всеобщее качество, а не элитарный лифт
В Советском Союзе к обязательному десятилетнему обучению шли долго. Когда его ввели, это стало уникальным мировым явлением. Не просто прогрессом, а ситуацией, когда всем без исключения обеспечивалось одинаковое массовое и при этом очень качественное образование.
Ключевой момент, который радикально отличает ту систему от сегодняшней: обязательная десятилетка касалась абсолютно всех. Неважно, заканчивали ли ребята 10 классов или уходили в ПТУ и техникумы после 8–9-го. Они обязательно завершали изучение программы по всем предметам. Те, кто шел на завод, должны были окончить вечернюю школу молодежи. Все получали полноценное десятилетнее образование.
Сегодняшние ссылки на то, что «и раньше были ПТУ, и раньше рабочие уходили», лукавят. Раньше рабочий обязательно получал массовое образование. Без этого он не мог дальше продвигаться.
Перестройка и смена концепции: от знаний к компетенциям
С началом перестройки концепция образования изменилась. Советская система не вписывалась в глобальный рынок труда, в который страну тогда усиленно встраивали. Первый министр образования при Ельцине Днепров прямо заявил: нужно встроиться в глобальную образовательную систему, чтобы стать конкурентоспособными.
Начали внедрять программы, разработанные на Западе, ЮНЕСКО и в первую очередь — Европейским круглым столом промышленников. Эти структуры меняли концепцию образования.
Обычно обращают внимание на следствия: проблемы с учителями, программами, учебниками. Но мало кто говорит, что изменилась сама концепция. В СССР была триада: знание, умение, навыки — при обязательном нравственном и физическом воспитании, на основе научных знаний. Новая концепция, разработанная ЮНЕСКО и внедрявшаяся последователями так называемого деятельностного подхода (психолог Асмолов, ставший замминистра Днепрова, продолжал традиции педологов 1920-х годов), исходила из другого.
Главное — компетенции, которые заказывает бизнес. Рынок труда диктует, что нужно. Это связано с концепцией человеческого капитала, на которую Запад перешел еще в 1990-е. Образование стало рассматриваться как капитал, вложенный в человека, и делилось на две части: общий капитал (базовые знания, которые должно обеспечить государство) и компетенции, нужные рынку труда (их должен обеспечивать бизнес, вкладывая в человека то, что нужно для получения прибыли).
Итоговая формулировка — «обучение на протяжении всей жизни». Человек получает только то обучение, которое требуется рынку труда здесь и сейчас.
Функциональная грамотность вместо знаний
ЮНЕСКО ввело понятие «функциональная грамотность» как критерий оценки качества образования и конкурентоспособности стран. Это способность человека функционировать в той сфере, где он работает. Функциональная грамотность включает: читательную, математическую, естественно-научную, финансовую грамотность, а также умение функционировать в условиях глобальной конкуренции и, наконец, критическое мышление (креативность). Именно эти пять проявлений, а не знания, стали главным критерием.
Российские реформы 1990-х годов были сознательным встраиванием в эти глобальные требования. Закон об образовании 1992 года разделил школу на три ступени: начальное, основное общее и среднее общее. Но обязательными в законе прописали только первые две. Конституция 1993 года закрепила это: обязательны только два этапа. Третьей ступеньки там нет.
Позже, когда в 1990-е из школ массово вышли полтора миллиона детей, закон поменяли, сделав обязательной и третью ступеньку. Но в Конституции это осталось.
Профильное обучение и отсечение старших классов
В соответствии с концепцией 2002 года начали переходить на профильное обучение старших классов. Изначально профильные классы предполагались обязательными, потом это заменили «по желанию». А когда возникла острая потребность в рабочих руках, которых не хватает, власти вспомнили о Конституции: обязательны только 9 классов.
Недавно принят закон — о так называемых «кухаркиных детях». Ребята, которые не хотят идти в старшие классы, могут сдавать только два экзамена. Дальше — либо на работу, либо в средне-профессиональное училище.
Все это делается сознательно. В федеральных образовательных стандартах ввели не только понятие знаний, но и требования к универсальным учебным действиям. А с 2018 года функциональная грамотность стала обязательной для оценки учеников. Была подписана программа с ОЭСР. Тогдашняя глава Минпросвещения Ольга Васильева благодарила представителей ОЭСР за помощь во внедрении этой системы.
Принимался проект «Национальное образование», где первым пунктом значился переход на международную систему оценки качества образования — то есть на оценку функциональной грамотности, чтобы войти в десятку ведущих стран. В 2023–2024 годах, при принятии третьего поколения ФГОС, функциональная грамотность была включена в образовательные стандарты.
Ее измеряют Московской системой качества образования (тесты МЦКО), ВПР и другими тестами, которыми изводят детей.
Цифровой профиль и социальный рейтинг
Главным становится не оценка знаний, а оценка личности. Формируются индивидуальные профили обучения, цифровые профили обучающихся. Для системы социального рейтинга. Сейчас вводится так называемая «оценка за дисциплину» — но это не та дисциплина, что была в советское время. Это оценка различных проявлений ребенка: поведение, участие в тех или иных мероприятиях. Все складывается в систему рейтинга. Затем планируют ввести интегральную оценку личности — тот самый цифровой профиль обучающегося.
Сокращение сроков обучения — тоже сознательное. Реформаторы давно говорили: дети имеют слишком много ненужных знаний, нужно резко сокращать содержание. Это происходит везде.
Сегодня молодежь подготовлена, но некуда идти работать. Промышленность закрывается, предприятия останавливаются. Общий уровень технологического развития промышленности крайне низкий. Говорили про роботизацию, а в итоге не только никакой реальной роботизации нет — все больше нужна простая рабочая сила. Отсюда — резкая реализация на сокращение образования.
Образованные люди рынку труда не нужны. Раньше стояла задача подготовить всех, сделать образованными независимо от социального происхождения и от того, будешь ли ты поступать в вуз. Десятилетка обеспечивала общий фундамент образованного человека. Никто не знает, как сложится судьба. Сегодня ребенок не хочет учиться дальше, а завтра захочет получить специальность — и у него всегда будет эта возможность.
Сегодня этой возможности нет. Профильное обучение отсекает детям 9 класса возможность получить 10–11 классов. Им навсегда закрывают доступ к высшему образованию. Идите в ПТУ. Но уровень образования в ПТУ таков, что ребята, приходящие на предприятие, не знают элементарных вещей. Они не могут работать на крупном сложном производстве. Фактически получаются просто профаны.
Где сегодня есть идеальная школа?
На вопрос о том, существует ли сегодня страна с желаемой системой образования, ответ короткий. В определенных странах для высших слоев общества есть школы и образовательные центры, которые заимствуют программы и учебники советской системы. Но это для избранных, для элиты. В Европе много классических школ и гимназий, обучающих по традиционным принципам педагогики, но до советского уровня им далеко.
Советская система создавалась десятилетиями, впитывая все лучшее из русской и мировой классической педагогики. И соединяла это с демократизмом — массовые школы для всех. Фактически все получали элитное классическое образование. Единая система, общая социальная политика, кадровая политика, обусловленная заказами промышленности, сельского хозяйства, науки.
Уровень общего образования был настолько высок, что американцы после запуска советского спутника прислали делегацию во главе с адмиралом Риковером. Он сказал: угроза исходит не от военно-промышленного комплекса СССР, а от качества образования. Советскую систему невозможно повторить.
Проводился эксперимент: взяли советского мальчика из простой средней школы (рос без отца, погибшего на войне, ходил в кружки, читал книги) и американского мальчика из обеспеченной семьи. Наблюдали месяц. Выводы были неутешительными для американцев.
Концептуальный тупик: люди-ордеры и человеческий капитал
Можно много говорить о повышении зарплат учителям, о замене учебников. Но это следствия. Система же такова, что концепция образования сформулирована так: образованные люди не нужны. Нужны те, кто обслуживает конъюнктурные интересы рынка труда и конкретных компаний.
Не случайно дополнительным образованием сегодня занимается не государство, а Агентство стратегических инициатив — представитель крупных транспортных систем и компаний, которые готовят нужных им служебных людей.
Спецпредставитель президента по цифровому развитию Дмитрий Песков ввел понятие «люди-ордеры» — люди, владеющие акциями, состоящими из других людей. Он же сформулировал понятие «человек одной кнопки». И заявил: главный товар — таланты детей, которых только 10%. Нужно подумать, что делать с остальными. В отношении остальных — психотехники.
Эти категории внедряются в официальные документы. Профессор Лукша, один из авторов форсайт-проекта «Образование 2030», прямо пишет: главный рынок — рынок человеческого капитала. Нужно обеспечить людей-ордеров. В документе слово употребляется официально. Людей, которые владеют акциями других людей.
Сегодня нет понимания человека как личности. Есть понимание человека служебного, человека функции. Функциональная грамотность — это и есть производство из детей людей функции.
Техногенные катастрофы и агломерации как довершение картины
Концепция полностью вписывается в глобальный рынок труда. Предприятия закрываются. Новейших технологий нет. Большая часть науки занимается псевдоразработками — трансгуманизм, геномы, искусственный интеллект, роботы. Параллельно собираются посылать на Луну атомную станцию и лететь на Марс. А в это время рельсы ржавые. Недавно поезд упал с рельсов — рельсы ржавые, потому что никто не занимается.
Техногенные катастрофы происходят постоянно. Живем на советских запасах. Никакой реконструкции не было. Новых предприятий не создают — закрывают старые. Центр Хруничева переносят из Москвы в Омск и Пензу. Десятилетиями вкладывали в мощное производство. Теперь перевозят, потому что 92 гектара в Москве слишком дорого — капиталистические принципы требуют сокращать издержки. В Москве предприятий почти не осталось.
На вопрос о том, куда идти работать в столице, ответ очевиден. В Москве строят невероятное количество высотных зданий, при том что кризис и огромные проценты по ипотеке. В экономической проекции это ад кромешный. Были пять крупнейших предприятий, останки химмашкомбината, уникальные производства. Все зачищено. Строятся монстры-человейники, в которых никто не будет жить.
В основе этого — концепция комплексного развития территории и реновации, которая исходит из концепции агломерации. Вместо множества городов создаются 15 центров, которые затягивают все население страны. Остальное — обесчеловечивание. Малые города исчезают. А раз города исчезают — зачем школы в провинции? Вся социальная структура уничтожается, потому что не вписывается в глобальный концепт агломерации.
Детей сегодня загружают псевдонагрузкой. Специально делают так, чтобы не давать знаний — иначе психика не выдержит. Появляются девиантные состояния. И это лечится просто: теперь планируют в обязательном порядке вводить систему психокоррекции.
