Кровавая десятина

Военный эксперт Рамм объясняет, почему Нигерия стала полем битвы за христиан и как Россия пытается удержать равновесие

Раскол в стане джихадистов

Ситуация в Нигерии вновь привлекла внимание мирового сообщества после нападения террористов на деревню, где погибли прихожане Русской православной церкви. ИГИЛ* взяла на себя ответственность и сделала заявление, которое звучит как приговор для местных жителей: набеги будут продолжаться до тех пор, пока они либо не примут ислам в его радикальной трактовке, либо не начнут платить десятину. Это не просто очередная вспышка насилия, а системная проблема, уходящая корнями в глубину африканских конфликтов.

Традиционно зоной активности в Нигерии была организация «Боко Харам»*. Долгое время она считалась филиалом ИГИЛ*, и между ними сохранялось некое равновесие. Однако недавно произошел резкий разрыв отношений. Две группировки фактически начали делить сферы влияния, и в результате этого передела мирное население оказывается меж двух огней.

Методы у них старые, как мир, — запугать местных и обложить их данью. Это классика африканской войны, хорошо знакомая по фильму «Кровавый алмаз». Пусть действие там происходит в другом регионе, но принцип везде одинаков: поглощение территорий, вымогательство, насилие.

Африканская война: кто против кого?

Специфика африканских конфликтов в том, что они крайне запутаны. Стороны могут меняться ролями за два-три дня, и невозможно с ходу определить, кто с кем воюет. Вспомнить хотя бы Большую африканскую войну в районе Великих озер, которая бушевала в 1990-х и 2000-х годах. Там все настолько переплелось, что участники сами не всегда понимали, кто против кого.

Именно поэтому российское присутствие, в частности Африканский корпус, делает ставку на подготовку местных сил, а не прямое участие в боевых действиях. Опыт Центральноафриканской Республики показал: когда у местных появляются нормально подготовленные части, они сами могут наводить порядок. А втягиваться в бесконечную партизанскую войну, где все воюют против всех, — значит потерять там не один десяток лет.

Возникает закономерный вопрос: насколько эта террористическая идеология, пришедшая с севера Африки и Ближнего Востока, опасна для нас? Коренные жители Нигера или Мали вряд ли поедут в Россию, чтобы вступать в радикальные формирования на Северном Кавказе. Угроза хоть и опосредованная, но она вполне реальна. Россия активно расширяет свое присутствие в Африке — экономическое, военное, политическое. Мы становимся заметной мишенью. Если раньше фокус террористических организаций был направлен на американцев, то теперь, с появлением российских инструкторов, российских компаний и дипломатических миссий, внимание смещается на нас.

Можно ожидать внезапных нападений на российских граждан и объекты в тех регионах, где мы работаем. Это не будет похоже на теракт в Москве, но создаст серьезные проблемы для нашей деятельности в Африке. Уже сейчас понятно: чем глубже мы заходим в этот регион, тем острее становимся целью.

США, Франция и Россия: битва за Сахель

Французов из их бывших колоний выдавили, но не только мы. Активно выдавливают и американцы. В том же Нигере существовала американская база, формально — совместный проект с Парижем. Но на деле всегда было ясно, что США рано или поздно подомнут под себя французское влияние, оставив бывшей метрополии роль статиста для сохранения лица. С появлением России передел пошел по-жесткому. Маски сброшены.

Сейчас США пытаются договориться с Мали об использовании воздушного пространства для своих беспилотников. Это не совместная операция с Францией, а самостоятельный шаг Вашингтона. Более того, на юге Ливии, вблизи границ ЦАР и Мали, уже замечены вооруженные формирования, в составе которых колумбийцы, украинцы и американские «зеленые береты». Это зона отработки так называемых нетрадиционных боевых действий — черных спецопераций, где США пытаются закрепиться любой ценой.

Франция же, утратившая реальные возможности, все еще мучается фантомными болями. Эмманюэль Макрон заявляет о готовности вкладывать деньги в борьбу против России в Африке, но это скорее шум падающего дуба. Где-то подгадить они могут, но перехватить инициативу у Парижа уже не получится. Слишком много было утрачено за последние годы — как политического веса, так и военного присутствия.

Что дальше?

Нигерия — лишь один из фронтов. Конфликт там будет тлеть еще долго. «Боко Харам»* существует уже лет 40, и даже глобальная война с террором, которую вели американцы, не смогла его уничтожить.

Африканская почва слишком плодородна для радикальной идеологии. И если мы хотим защитить и своих единоверцев, и свои интересы, придется учиться действовать на этой сложной, зыбкой земле, не повторяя ошибок предшественников.

Главное — не ввязаться в войну, где все против всех, а создать условия, чтобы местные сами могли обеспечить порядок. Тогда и десятина ИГИЛ* останется только в их кровавых фантазиях.

*- террористическая организация, запрещена в РФ