Ритуальные протесты
Востоковед Нелидов о японских политиках, загнавших себя в ловушку
Претензии Японии на южные Курилы давно превратились в ритуал. Десятилетиями японские политики обещали вернуть «северные территории». На этом зарабатывались голоса, осваивались бюджеты пропагандистских программ. Сейчас любой японский политик в глубине души понимает: эти территории никогда не станут японскими. Они вошли в состав СССР по итогам Второй мировой войны и остались за Россией как правопреемницей.
Проблема в том, что развернуть назад невозможно. Слишком много дано обещаний. Политик, который признает реалии, совершит политическое самоубийство. Поэтому заявления о возврате территорий продолжаются. Они ничего не стоят, но демонстрируют японской публике, что премьер и чиновники отстаивают национальную честь. То, что ничего не получается и не получится, — уже другой вопрос. Такова логика политики.
Поездка президента России на Курилы вызвала шум в Японии. Но переоценивать геополитический вес визита не стоит. Южные Курилы — такая же территория России, как любая другая. Высшее руководство обязано интересоваться благополучием людей, которые там живут, развитием территорий, укреплением обороноспособности. Особенно учитывая, что Япония наращивает военную мощь. Многие называют это милитаризацией.
Логично показать: про эти территории не забывают, о людях думают и заботятся. Учения, проведенные на Дальнем Востоке, — ответ на рост военного бюджета Японии и перевооружение сил самообороны. В условиях региональной гонки вооружений повышение боеготовности российских войск — стандартная практика. Сводить все к сигналу Токио неверно. Свои люди и их безопасность важнее геополитических комбинаций.
Япония не будет воевать за Курилы: приоритеты — Китай и КНДР
Вопрос о военном решении курильского вопроса однозначен: Япония воевать с Россией за острова не будет. Развивая военный потенциал, японцы ставят иные приоритеты.
Основные угрозы, на парирование которых нацелена военная политика, — Китай и Северная Корея. Эти угрозы затрагивают и российскую безопасность: Россия — часть Азиатско-Тихоокеанского региона, ее территории в непосредственной близости, Пхеньян и Пекин — близкие партнеры, Пхеньян вообще союзник.
Если посмотреть, где строятся новые японские базы и идет перевооружение, все заточено на гипотетический конфликт с КНДР и в большей степени с Китаем. Совсем исключать наличие у Японии военных планов на любой случай нельзя: в генштабах любой страны есть планы на все варианты. Но приоритеты очевидны. В программных документах японцы начали упоминать Россию как угрозу, но формулировки разные. Основное направление — два подрегиональных соседа.
Запрет на въезд: японцам нельзя на «свои» территории
Японского присутствия на южных Курилах нет. До 1945 года Японии принадлежали не только Южные Курилы, но и юг Сахалина, все Курилы до Камчатки. Население после войны в организованном порядке отправили обратно в Японию. Людям пришлось переехать, как и из других бывших колоний. Ситуация напоминает Калининградскую область, откуда уехало немецкое население.
Сейчас на Курилах почти нет этнических японцев. Бизнесмены из Японии присутствуют в микроскопических количествах. Но интересный момент: японское правительство запрещает своим гражданам ездить на Южные Курилы. С российской точки зрения любой японец может получить визу и поехать. Но с японской — поездка по российской визе будет признанием российского суверенитета. Поэтому Токио запрещает.
Некоторое время существовала лазейка — гуманитарная программа безвизовых поездок для посещения могил предков. Это была единственная допустимая с японской точки зрения возможность побывать на этих территориях. После 2022 года Россия программу приостановила. Теперь японцы сами ограничивают своих граждан от посещения территорий, которые называют своими.
Мирный договор: де-факто есть, де-юре нет
Перспективы мирного урегулирования курильского вопроса зависят от двух аспектов. Первый — возможность конструктивного политического диалога между Россией и Японией. Сейчас его нет. Все будет зависеть от исхода украинского кризиса. Когда цели СВО будут достигнуты, Россия рано или поздно начнет восстанавливать отношения со странами Запада. В рамках этого движения восстановятся и отношения с Японией.
Второй аспект — территориальные претензии и мирный договор. Японские и западные источники называют это территориальным вопросом. С российской точки зрения территориального спора нет, есть только территориальные претензии Японии. Проблемой считается отсутствие мирного договора. Но де-факто мирный договор существует: Московская декларация 1956 года восстановила дипломатические отношения и прекратила состояние войны. Суть мирного договора — прекращение войны, и она выполнена.
Отсутствие более всеохватывающего документа не мешало развитию отношений до 2022 года. В Восточной Азии территориальные споры есть у многих стран, и это не препятствует сотрудничеству. У Японии споры с Южной Кореей, Китаем, Тайванем. У Китая споры с южными соседями. Если есть экономическая заинтересованность и политическая воля, отношения развиваются неплохо. Нерешенность территориальных проблем не является блокирующим фактором.
Поэтому ставить во главу угла территориальные претензии Японии, считать, что пока Япония не откажется от них, полноценных отношений не будет, — не совсем правильно. Если есть готовность, воля и взаимная заинтересованность, отношения могут развиваться. Сейчас этого нет, но причина не только в территориальных претензиях. Главный тормоз — украинский кризис и общая конфронтация с Западом.
