Ланч-брейк между раундами: зачем приезжал Дональд Трамп в Китай и с чем оттуда уехал
Иран, Тайвань и все-все-все
Всё пропало
Состоявшийся 14 мая визит Дональда Трампа в Китай породил массу комментариев, сводившихся к одному выводу. Президент США не добился никакого результата, ни одна из поставленных целей не была достигнута, Пекин ни в одном из пунктов повестки не пошел на уступки.
Мейнстрим-медиа по всему миру, и особенно – европейские, добавляют к этому поражающее воображение открытие: гегемон повержен. КНР всё увереннее занимает позицию самостоятельного центра силы.
Отдельные авторы указывают на «победу Пекина при любом раскладе» и триумф «мягкой» ближневосточной стратегии Китая над традиционным американским «ломом».
По пунктам
Между тем, в этой поездке очень много неизвестного.
С одной стороны, перечень вопросов для обсуждения Трампа и Си Цзиньпина естественным образом формировался повесткой: Иран, Тайвань, торговля.
С другой, ни в одном из многочисленных интервью ни ранее (а визит, как известно, переносился), ни непосредственно перед тем, как отправиться через океан, Трамп не обмолвился о целях пекинской встречи, хотя и всячески рекламировал ее эпохальность. Таким образом, вся повестка – плод коллективных размышлений журналистов и экспертов.
Иран?
Что касается иранского вопроса, то различные эксперты по каким-то своим причинам предполагали, что Пекин и Вашингтон согласуют если не конкретный план ближневосточного урегулирования и послевоенного устройства, то по крайней мере «дорожную карту». При этом, повторимся, никаких намеков по этому поводу ни одна из сторон не делала — ни до, ни после.
Теперь же вся мировая пресса говорит о сокрушительном поражении Трампа и триумфе Си. Дескать, президент США прилетел угрожать председателю КНР или предлагать ему коммерческие сделки, но в любом случае никакого успеха не добился. Как написала по этому поводу израильская Haaretz,«Китай не собирается «спасать» Трампа от его проблем с Ираном — возможно, он даже поступит наоборот».
Тайвань?
Что же до Тайваня, то впервые за многие годы президент США значительно смягчил риторику по этому вопросу. Несмотря на то, что, по его словам, политика Вашингтона на этом направлении не изменилась, он вполне однозначно указал, что не намерен поддерживать Тайбэй, если тот (вновь) «провозгласит независимость» или проще говоря – попробует спровоцировать обострение.
Более того, программа поставки вооружения на остров стоимостью $14 млрд поставлена Трампом на паузу. Тем не менее, Тайвань, очевидно, остается в фокусе внимания Вашингтона.
Торговля?
Кто-то обратил внимание на широкое представительство крупного американского бизнеса (кстати, в составе делегации не было представителей BlackRock – за корпорацию внезапно взялся американский Минюст). В китайской прессе вообще по этому поводу царила церемониальная тишина.
Ничего сенсационного стороны не сообщили и по итогам встречи. Вернее, они скорее удивили благожелательной нейтральностью комментариев – даже президент США.
Трамп заявил, что считает визит в Китай «историческим моментом».
«Могу лишь сказать, что это был огромный успех… Мы заключили отличные сделки. Мы заключили отличные торговые соглашения… Многое произошло, и вы еще услышите об этом — но это был невероятный успех», — рассказал он.
Какие это были сделки, если не считать намерений КНР приобрести 200 самолетов Boeing и спасти таким образом летящую в банкротство корпорацию – тоже никакой внятной информации. Возможно, Трамп прав, и мы еще услышим подробности.
Присутствие же первых лиц американского бизнеса едва ли может удивлять или указывать на что-то особенное. КНР – главный торговый партнер США; в марте в Париже прошел очередной раунд американо-китайских переговоров и там, кстати, стороны достигли «предварительного консенсуса» относительно сельскохозяйственных товаров и редкоземов.
В конце концов, ставка на крупный на корпоративный бизнеса как на инструмент продвижения национальных интересов прописана в американской Стратегии национальной безопасности. Там же КНР объявлена «ключевой угрозой» и заявлено о цели достижения «взаимной выгоды и справедливости», чтобы восстановить экономическую независимость Америки.
«Китай инвестирует сотни миллиардов долларов в тех людей, которые сегодня были в этой комнате. Именно поэтому они приехали, — заявил Трамп в интервью Fox News. — Там были практически все крупнейшие бизнес-лидеры».
Итак, и в этом случае никаких сюрпризов.
В действительности ни у кого нет никакого понимания, о чем разговаривали Дональд Трамп и Си Цзиньпин и к каким договоренностям пришли. Есть исключительно предположения, основанные на событиях актуальной мировой повестки.
Миропорядок
Визит американского президента продолжался один день. Встречи такого уровня исключительно редко носят «ознакомительный» или «предварительный» характер и очень тщательно готовятся. В данном случае об этом просто бессмысленно говорить.
При этом, на 20 мая запланирован (!) визит Владимира Путина. Единственным крупным СМИ, отметившим эту последовательность, стала испанская El Mundo, написавшая, что поездка российского президента – «не просто дипломатическая встреча, а эпизод формирования нового мирового баланса сил».
В отсутствие конкретной информации мы можем оперировать только крупными, почти абстрактными определениями. Но может быть, во многом, именно о них и шел разговор.
Однополярный мир уже рухнул, и теперь посреди глобального хаоса основные игроки, продолжая прямо или опосредованно, зачастую — презрев правила, агрессивно конкурировать друг с другом на пяти континентах и в то же время пытаются договориться там, где видят точки соприкосновения.
Гнев, торг и принятие – всё и сразу. Валютная система и контроль над ресурсами, глобальная логистика и судьба региональных союзников и групп влияния, контроль над вооружениями и воздействие на других крупнейших игроков, новые правила торговли и гонка технологий. Колоссальные темы, бесконечность вопросов. И всего один день.
Гнев и торг увидели все, принятие констатировал Трамп:
«…председатель Си кое-что мне сказал… Впрочем, он не имел в виду последние 15 месяцев… Он сказал: «Америка – это нация, которая находится в упадке». А я ответил: «Вы правы».
