Это не инцидент, это расправа
Омбудсмен Яна Лантратова о Старобельске после атаки ВСУ на общежитие и колледж
Первое, что поражает при въезде в Старобельск, — это масштаб разрушений колледжа. Международная делегация, посетившая место трагедии, включала представителей СМИ из США, Великобритании и других стран. Многие из них читали западную прессу, где утверждалось, что удар наносился по военной базе. Однако на месте они не нашли никаких военных объектов — только личные вещи детей. Конспекты, игрушки, разбросанные среди осколков. Студенты готовились стать учителями и воспитателями.
Иностранные репортеры лично убедились: это не военная цель. Внизу, под завалами, были обнаружены многочисленные обломки беспилотников иностранного производства — факт, который зафиксировали все присутствующие.
Ощущение от увиденного — нечеловеческая боль. Удар наносился целенаправленно, волнами с интервалом в 10–15 минут. Дети выбегали, пытаясь спастись, а по ним били снова и снова. Глава республики сообщил, что спасательные работы длились 45 часов и 15 раз приостанавливались из-за продолжающихся атак. Родители и спасатели, прибывшие на место, оказывались под огнем, пытаясь вытащить детей из-под обломков.
«Мы для них — генетический мусор»
В больнице делегация увидела выживших. Мальчик в тяжелейшем состоянии подключен к аппарату гемодиализа, врачи борются за его жизнь. Девочки — обгоревшие, с множественными ранениями, в том числе глаз. Рядом стоял отец одной из них, говоривший с украинским акцентом. Он произнёс:
«Я очень надеюсь, что они будут наказаны. Они же говорят, что борются за свою землю, за своих людей. А как же за своих?»
В ответ на это украинский журналист назвал гибель детей «инцидентом». Для Киева мирные жители Донбасса остаются «генетическим мусором» — таков был горький вывод.
Особенно тяжело смотреть в глаза родителям погибших. Журналистам показали видеокадры: девушка Саша, которая через несколько дней должна была выйти замуж. На место трагедии приехала ее мать, жених с родителями. Стоял истошный крик. Взрослые мужчины-спасатели плакали, потому что не могли продолжать раскопки под обстрелом. В общей сложности погиб 21 ребенок.
Международные СМИ, включая CNN и «Би-Би-Си», на место не приехали, хотя им был обеспечен доступ. Сначала они говорили, что их не пускают. Потом, когда дорога была открыта для всех, нашлась новая отговорка: они разыскали фотографии патриотических мероприятий в колледже, включая «Зарницу», и заявили, что это доказательство присутствия военных. А в день визита делегации преподавателей колледжа внесли в список «Миротворца» — по сути, в расстрельный перечень. Цинизм двойной: сначала говорят, что не стреляли в детей, а потом объявляют оставшихся в живых педагогов законной целью.
Подвенечное платье вместо диплома
Похороны проходят в объявленный траур. Некоторых девочек хоронят в подвенечных платьях. Местное похоронное бюро отказалось от оплаты: «Это наши дети, мы все сделаем сами». Огромное количество людей готовы помогать, подключается Общероссийский народный фронт.
На все обвинения в инсценировке, активно тиражируемые европейской прессой, ответили сами иностранные журналисты. Они лично убедились в наличии обломков БПЛА иностранного производства. Им показали, что рядом с колледжем нет военных баз или средств ПВО, которые могли бы перехватить дроны над зданием.
Представитель Латвии первым заявил, что это «инсценировка», а потом, когда западные СМИ отказались ехать, им же пришлось оправдываться. Представитель Украины назвал произошедшее «инцидентом», добавив, что действия ВСУ проходят «под строгим демократическим наблюдением». Но самое откровенное признание прозвучало от представителя Дании: «Нам не стыдно».
Резолюции Совбеза ООН, которые не работают для Донбасса
С места преступления было направлено письмо Верховному комиссару ООН по правам человека, в Совет по правам человека и другие международные структуры. С точки зрения международного гуманитарного права это военное преступление. В народе его уже назвали «старобельской расправой». Резолюции Совбеза ООН, соавторами которых выступали Украина, Франция, Дания, Греция и Великобритания, осуждают нападения на учителей и детей и требуют защиты права на жизнь и образование. Но на деле эти нормы не исполняются, когда это становится невыгодно.
С 2014 года в Донбассе погибло более 12 тысяч мирных жителей, пострадало свыше 40 тысяч. Удар по колледжу не был случайностью. Три основные волны атак, многократное добивание, при котором под огонь попадали спасатели и родители, — это спланированная акция. Ректор колледжа подтвердила: учебное заведение существовало здесь и при Украине, его назначение никогда не менялось. Киев прекрасно знал, что это колледж. Удар наносился, чтобы причинить максимальную боль не только Луганской Народной Республике, но и всей России.
Российский президент назвал случившееся кровавой террористической атакой и обратился к украинским военным с призывом не выполнять преступные приказы. Объяснить произошедшее невозможно. Когда гибнут военные, это трагедия, но они осознают риски. Дети не виноваты ни в чем. Их смерть — это бесчеловечность, которую не прикрыть словами о «демократическом наблюдении» и «инцидентах». Иностранные журналисты, побывавшие в Старобельске, надевали солнцезащитные очки, чтобы скрыть слезы, — они поняли все.
