Две Америки, один труп: как убийство консерватора изменит все
Смерть Чарли Кирка - не банальное преступление, последствия которого могут выйти далеко за пределы Америки
Убийство активиста-трамписта Чарли Кирка в нашей стране было воспринято в основном с равнодушием. Дескать, это чисто американские внутренние разборки, которые нам здесь едва ли не на руку будут: чума, дескать, на оба ваши дома.
Однако международный обозреватель «Известий» Андрей Кузмак считает иначе. Действительно, имя Чарли Кирка в нашей стране было известно двум небольшим категориям граждан: микроскопическому сообществу американистов и молодым людям, заинтересованным глобальным процессом «культурных войн», эпицентр которых по естественным историческим причинам находится в США.
Для всех остальных в России, где Традиция и Модерн в основном пересиливают Постмодерн и где исторический опыт отчаянно пытаются сохранить реальной, а не декоративной ценностью, дискуссии о трансгендерах, абортах и социализме (в которых Кирк был одним из главных действующих лиц) представлялись каким-то детским садом, еще одним доказательством напыщенной американской «тупизны» наивности.
Редкие комментарии Кирка о России всегда относились к внутриамериканскому контексту: о нашей стране он знал не более остальных своих сограждан, то есть – ничего, и, по-видимому, желанием знать больше не горел.
Однако, как бы нам не хотелось коллективно забыть кое-что из недавнего прошлого, в настоящее время все, что происходит у них там отдается у нас тут. Как говорил Освальд Кобблпот, (цитирую я один несвежий американский фильм): «то, что вы сливаете в унитаз, я ставлю на камин».
Когда проповедь становится маскировкой
Общение Кирка с американской молодежью в кампусах и интернет-шоу было пищей для огромного числа молодых умов по всему миру. Фигура «проповедника» — часть культурной традиции США. Кирк был одним главных проповедников не только трампизма как политического направления, но американского консерватизма, который прямо сейчас насмерть (как видно, буквально) схватился с «прогрессивными» левыми идеями. Та самая «ползучая гражданская война», о которой последние годы заявляли все специалисты по Америке — не политическая, а культурная и цивилизационная. Она проецируется на все хронические проблемы американского государства и в контексте каждой из них провоцирует насилие: доверие к правящему классу, расовый вопрос, вопрос отношений федерального правительства и отдельных штатов, религия, иностранное вмешательство, изоляционизм и «исключительность». К этому добавляются производные проблемы, которыми в последние 30 лет никто толком не занимался: опиоидная и фентаниловая эпидемии, миграция, преступность, состояние инфраструктуры, отношения с «союзниками».
«Сделать Америку снова великой» в данном контексте представляется попыткой «отмотать пленку» в те времена, когда части проблем просто не было, другая часть покоилась под толстым маск-ковром «американской мечты» и глобального лидерства, а с третьей население было готово мириться, потому что на другом конце земного шара сидели злые «красные». Вот, поэтому ничем не заканчиваются скандалы вроде «дела Эпштейна», а президент США шокирует общественность взаимоисключающими заявлениями. Положение Трампа как политика и как живого человека – хрупкое.
BLM, но для белых?
Главная особенность царящего в стране раскола – кардинально разное восприятие происходящего и абсолютная невозможность компромисса. Жуткое убийство украинской беженки Ирины Заруцкой (о котором Кирк высказывался незадолго до гибели) – типичный пример.
Половина Америки увидела расу преступника (85% преступлений по расовым мотивам совершают афроамериканцы), 14 судимостей (вышел досрочно) и диагностированную шизофрению (каждый третий бездомный в США – душевнобольной, в тюрьмах содержится в десять раз больше психически нездоровых людей, чем в лечебницах).
Вторая половина заявила, что Заруцкая – это «Джордж Флойд белых» (что же будет если обвинение таки-добьется смертельной инъекции для ее убийцы?) и «праве на насилие». На CNN рассказали, что «никто не знает, почему этот человек сделал то, что он сделал, но он страдал». При этом в «синих» штатах продолжается процесс декриминализации ряда преступлений – параллельно с лозунгами о необходимости борьбы с «диктатурой Трампа».
Пропасть между «двумя Америками» ширится. И «предчувствие гражданской войны», которое ощущают 40% граждан США – это не фигура речи. Примечательно, что и среди таковых одна половина считают возможной причиной начала конфликта правый экстремизм, вторая — …экстремизм левый.
О рейтинговых антирекордах и глобальных последствиях
Еще в одном опросе правильным текущее направление страны назвали 76% республиканцев и 0,4% демократов – такого колоссального разрыва в оценках политической реальности не наблюдалось никогда. Буквально, два мира — два Шапиро.
На этом фоне продолжают слабеть позиции традиционных политических сил. Республиканцы держатся на иерархии, выстроенной Трампом и «Проектом 2025», которую, впрочем, сам президент США сам время от времени старательно раскачивает, избавляясь от союзников.
Для Демпартии нынешние рейтинги и вовсе –35-летний антирекорд. Таким образом, в условиях глубокого кризиса лидерства и идей для многих насилие становится единственным инструментом политического отрицания и протеста. В стране, где на одного человек 1,2 зарегистрированных ствола, сценарий насилия массового – более чем вероятен.
Почему в этом контексте убийство Чарли Кирка важно для нас? Вспомните, в какую сторону мир повернул после двух революций и гражданской войны в России? Какие события стали их логическим продолжением? Надо ли теперь объяснять, почему однажды всё это может стать нашей проблемой?
